VOOKstock-Project

Главная  |  MP3  |  VOOKstock-Gallery  |  Материалы  |  Гостевая книга  |  ЧАТ  |  Архив  |  О Проекте
   |  ALEX KERVEY & T-OUGH PRESS (filial)   |     ССЫЛКИ     |  VOOKstock-Project (english version)  |   


ДЕМОНЫ ПЛОТИ

ПОЛНЫЙ ПУТЕВОДИТЕЛЬ
ПО СЕКСУАЛЬНОЙ МАГИИ ПУТИ ЛЕВОЙ РУКИ

НИКОЛАС И ЗИНА ШРЕК



Перевод – Катя Матвеева
Редакция - Алексей Воронков, Алекс Керви

Ордену Бабалон, Ордену Сехмет и их союзникам. Посвящается Памяти Барона Юлиуса Эволы, который положил начало работе по пробуждению пути левой руки на Западе, и Кэмерон, которая послужила аватарой спящей силы Шакти на Западе. Искренне благодарим всех, кто помогал нам в исследованиях и подготовке материала на разных этапах написания этой книги, в том числе Д. М. Сарасвати, Дженет Сондерс, Ананду Парих, Кевина Рокхилла, Брайана Г. Хейса, Лоранда Брахакса, Форреста Дж. Акермана, Петера-Р. Кёнига, доктора Стефана Хёллера, Уолтера Робинсона, Лори Лоу, Джинн Форман, доктора Джорджа Григориана, WO Dens Вены и Парижа, сотрудников Государственной библиотеки в Берлине, Tibet House, Леона Уайльда и Джеймса Уильямсона.



- Давайте поговорим о самом загадочном предмете из всех – о сексе. Секс -  это электромагнитное явление.
– Уильям С. Берроуз

Желание – великая сила.
– Андре Бретон

- Das Ewigweibliche zieht uns hinan.
(Вечная Женственность/ Тянет нас к ней.)
– Доктор Фауст. II Часть «Фауста» Гете

ПРОЛОГ
Книга, которую вы держите в руках – это путеводитель в том смысле, что она будет сопровождать вас в путешествии.
Дорога, по которой мы отправимся, пролегает через земли непостижимой красоты и опаснейшие пропасти. Она известна как Путь Левой Руки. Немногие вступали на этот путь, но еще меньше тех, кто прошел его до конца, абсолютного конца.
К несчастью, большинство ранее доступных публике карт сей загадочной страны начертаны людьми, не сделавшими на этом пути ни шагу. Однако же, они берутся предупреждать о леденящих кровь опасностях, коими он усеян, уверенные в том, что тяжелая эта дорога приведет лишь к самому мрачному из тупиков. Эти горе-картографы поспешат вас уверить, что выбравшие эту не очень-то светлую тропу, все как один – глупцы, умалишенные, мерзавцы и преступники. (Что ж, в последнем предупреждении, возможно, и есть доля истины, но прирожденный искатель не должен опрометчиво доверять чужим свидетельствам).
Существуют иные карты, изготовленные несколько менее робкими индивидами, их описание немного ближе к истинному положению вещей. Но эти путеводители содержат лишь поверхностные сведения о самых удобоваримых аттракционах для туристов, занятых беглым осмотром достопримечательностей. Все темные переулки, сомнительные районы и кварталы красных фонарей их внимание благоразумно обходит стороной, раз и навсегда посчитав все это негодным для общественного потребления. Более того, подобные карты подчас пестрят столь кустистыми разъяснениями, что путник теряется в догадках – а что же ждет в конце?
И, наконец, попадаются карты, составители которых не просто претендуют на роль экскурсоводов, но гордо объявляют себя властелинами этого левого пути во всем его многообразии, провозглашая его самым дивным местом из всех возможных. Но стоит опрометчивому путнику обратиться к таким картам хотя бы по поводу самых несложных дорог, незамедлительно выясняется, что в этих руководствах немало путаницы. Складывается впечатление, что причина этой мешанины – в устоявшемся очевидно-некорректном использовании терминологии. Место, недвусмысленно обозначенное на таких картах как «путь левой руки» при ближайшем рассмотрении оказывается совершенно не той дорогой.
«Демоны плоти», задуманные, среди прочего, в качестве поправки к вышеописанным неверным указателям и окольным путям, рассматривает эту, до сих пор неверно понимаемую, дорогу с совершенно другой точки зрения. На нашей карте мы постараемся обрисовать для вас схему дорог во всей полноте ее трехмерной топографии и сложности, начиная со времени ее давнего возникновения на древнем Востоке. Также мы проникнем под внешний слой этой дороги и вскроем археологические слои темной волны, накопившиеся, пока она петляла сквозь время. Сопровождая вас в путешествии, мы снабдим вас практическими указаниями для продвижения по пути левой руки в современном Западном мире, который доселе не дал никому надежного компаса.
Но довольно метафор, связанных с картами и дорогами. Давайте взглянем пристальнее, ведь вы взяли эту книгу, чтобы почитать о сексе.
И, действительно, о сексе говорится много на ее страницах, содержащих летопись бесконечного разнообразия эротического опыта. Начиная от алхимического использования менструальной крови и спермы, и заканчивая ритуальным поклонением вагине. Секс с распутными монахами и храмовыми проститутками, от Тибета до Вавилона. Некрофильский секс на кремационных площадках. Копрофильский секс в Сицилии. Кровосмесительный секс в Индии. Вампирский секс в Китае. Оргазм как жертвоприношение. Пролонгированный оргазм. Совокупление с богинями. Физический транссексуализм. Совокупление с бестелесными сущностями. Сексуальное рабство. Сексуальное доминирование. Сексуальный транс. Древний Египет: анальный секс между Сетом и его племянником Гором. Оральный секс. Аутоэротический секс. Групповой секс. Телепатический секс. Всевозможные сексуальные секты. Тантрический секс. Гностический секс. Сатанинский секс. Секс с юными девственницами. Геронтофильский секс. Секс с чужими женами. И даже секс с Иисусом.
Однако, многотелесная панорама полиморфного наслаждения, вырисовывающаяся в этой книге, ставит своей целью не просто подкинуть свежий стимул пресытившимся или пощекотать нервы ennuyé* (* Ennuyé (фр.) – тоскующий. – Здесь и далее примечания переводчика.) развратникам, предложив им еще не опробованные перверсии. Важно подчеркнуть: существует принципиальная разница между глубоким наслаждением, которое дает секс сам по себе как физиологический и эстетический опыт, и сексом как традиционным средством магии либо инициации. Вырванные из контекста неприкрыто чувственные пикантности, о которых повествуется на этих страницах, могут быть – и, скорее всего, будут – истолкованы ошибочно, если данную разницу не принимать во внимание.
В то же время, должно отметить, что саму тему сексуальной магии склонны муссировать с изрядной долей лицемерия как сами практикующие ее маги, так и те, кто просто наблюдает за их действиями. К примеру, многие из любопытствующих зрителей выхватывают кое-какие вещи из самого поверхностного уровня эротической магии ради того, чтобы выучить несколько сексуальных приемчиков, дабы хоть чуть-чуть разнообразить свою пресную интимную жизнь. В большинстве случаев подобные неверно понятые заигрывания с сексуальной магией оказываются пустой тратой времени, поскольку мало чего дают в плане физического удовольствия и абсолютно ничего – в плане магического опыта. А некоторые сексуальные маги со склонностью к фарисейству встают на позицию, более пригодную для школьного учителя, утверждая, что данное мало распространенное явление «аморально», «духовно вредно», а то и заявляя, что в сексуальной магии недопустим даже намек на страсти или эмоции. И наоборот, сама идея эротической магии может вызвать смешок у профанов, которые посчитают ее неумно-неприличной шуткой и откажутся верить, что практикующие оную заняты чем-то большим, чем просто удовлетворением своих плотских аппетитов под прикрытием эзотерической доктрины.
Корень такого ханжеского отношения – та жуткая пошлость, в которую современный Запад превратил Эрос.
При подобном настрое кое-кто из наших потенциальных читателей, вполне вероятно, посчитает данное руководство по сексуальной магии пути левой руки инструкциями по нечистым и дешевым удовольствиям из области слегка замаскированной порнографии. Если брать буквально слово «порнография», изрядно оклеветанное, то в переводе с греческого – porno («блудница») и graphia («письмо») – оно означает «писать о блудницах». Так что для тех, кто горячо надеется, что данная книга окажется порнографической, сообщаем: да, на этих страницах немало повествуется о блудницах, в строго техническом смысле. Разумеется, все упомянутые блудницы связаны с древнейшим ars amatoria священной проституции. Раз уж проституция некогда выполняла благородную и сакральную функцию, то почему не назвать ее священной? Такая формулировка будет иметь более революционный и мощный смысл, нежели заученное повторение заезженных мнений о данном роде занятий. Британский автор Анджела Картер, чьи жестокие сказки часто переполнены бурной и сюрреалистической сексуальностью, однажды предположила следующее:

«Моральным порнографом можно назвать художника, который берет порнографический материал как часть логики мира сексуальной вседозволенности для всех полов и создает модель, по которой предположительно существует этот мир. Его задачей становится полная демистификация плоти и последовательное откровение через бесчисленные моделирования сексуального акта. Во власти порнографа стать террористом воображения, сексуальным партизаном, чья цель – перевернуть наши самые основные понятия о такого рода отношениях, сделать сексуальность самой главной и первичной формой существования, а не способом на время отдохнуть от жизненного процесса, показать, что ежедневные контакты в супружеской постели – не более чем пародия на самих себя».

Предложенный Картер образ выворачивающего наизнанку табу «сексуального партизана», осуществляющего тотальную демистификацию плоти, во многом отлично объясняет суть работы сексуального мага на пути левой руки, о которой и пойдет речь в книге. Ведь для магов пути левой руки сексуальность есть даже нечто большее, нежели «первичная форма существования» – измененное состояние острейшего эротического экстаза в потенциале является божественной формой существования, хаотическим танцем двух магнетически притянувшихся противоположных энергий, дающим ключ к созданию третьей силы, превышающей человеческую. Паре, высвобождающей сокровенную, заново проявляющуюся физически силу пути левой руки, прятавшуюся в их соединенных оргазмом телах, сложно будет возвратиться к запрограммированному существованию, которое она вела раньше. Мужчина и женщина, однажды вкусившие свободы пути левой руки, достижимой через сексуальные ритуалы, обожествляющие их участников, выходят из той стандартной игры, в которую по общим правилам играют все люди.
Если путь левой руки опасен – а с этим соглашаются и его противники, и сторонники – то одной из главных опасностей является опасность свободы в мире, практически инстинктивно делающим своим главным приоритетом сокрушение свободы во всех ее возможных проявлениях. Все формы власти удерживались на плаву лишь путем жесткого подавления возможности полного развития сексуальной энергии в своих подданных и подчиненных. Путь левой руки, метод сознательной активации уровней эротической энергии, остающейся практически неизвестной при общепринятых отношениях, можно рассматривать как угрозу любой иерархии, настойчиво ставящей преграды превращению человека в бога. Сексуальный гнозис пути левой руки – это потенциальный шанс взрастить героическую, цельную личность из блеющего мяса человеческого стада.
Работы эксцентричного (по мнению некоторых – безумного) психолога Вильгельма Райха о неиспользованных возможностях для человеческого сознания, которые таит оргазм, частично совпадают с древними учениями о пути левой руки. В книге «Массовая психология фашизма» Райх признает, что полная эротическая свобода представляет собой угрозу любому общественному механизму контроля. Неосознанно следуя свойственному пути левой руки культу Шакти, божественной сексуальной силы женщины, он писал: «Сексуально пробужденная женщина, сознающая и утверждающая себя в этом качестве, будет означать тотальный крах всей авторитарной идеологии». Джордж Оруэлл в своей антиутопии «1984», которая и по сей день остается актуальным диагнозом современному культу власти, тоже осознавал, что ограничение сексуальной энергии является одним из самых коварных оружий авторитаризма. Джулия, героиня оруэлловского «1984», раскрывает для себя секрет Эроса: «Уинстон так и не смог, а она постигла глубинный смысл сексуального пуританизма Партии. Дело, оказывается, не только в том, что половой инстинкт создает свой собственный мир, неподвластный Партии, и потому его следует, по возможности, уничтожить. Гораздо важнее другое – половое воздержание порождает истерию, и это очень хорошо, потому что истерию можно трансформировать в милитаристский угар, в культ вождя»*. (* Цитаты из Оруэлла здесь и далее приводятся в переводе Д. Иванова и В Недошивина.)
Адепт пути левой руки, радикально индивидуализированный и порвавший с заблуждениями массы через систематическое нарушение табу и достижение трансцендентного «мира как такового» сексуальности, вряд ли потонет в бездумных страстях толпы. В самом раннем историческом документе, посвященном темной волне, к которому мы обратимся, индийской Вама Марге, четко постулируется эта составляющая бросаемого обществу вызова. В индийском пути левой руки отказ посвящаемого следовать тем или иным религиозным ограничениям своего общества, касающихся запрета на секс с представителями иных каст, употребление вина и определенных видов «нечистой» пищи, есть та основа, на которой он или она превзойдут человеческое в себе и обретут божественный статус. В более экстремальных сектах пути левой руки, таких как, скажем, Агхори, нарушение глубоко укорененных табу идет куда дальше. Невзирая на то, что этот важнейший компонент социальной диверсии либо игнорировался, либо смягчался интерпретаторами, настроенными более умеренно, нежели авторы данной книги, вы сможете увидеть, что именно этот отказ играть по правилам, которые диктуют другие, составляет один из наиболее характерных факторов различия между путем левой руки и остальными, не столь антагонистичными видами сексуальной магии.
Несложно ошибиться и привнести в нарушение общественных и религиозных обычаев чисто политический смысл. Но, однажды сбросив один вид физических шор, маг пути левой руки не станет менять его на другой. Он (она) стремится достичь состояния сознания, при котором все формы ортодоксии либо ставятся под вопрос, либо отвергаются.
Даже на данной начальной стадии проницательный читатель успеет догадаться, что, говоря о сексуальной магии пути левой руки, мы подразумеваем не исключительно движение гениталий в каких-то колдовских целях. Да, ключевым инструментом достижения просветления здесь является пробужденная сексуальность. Но главное – традиция пути левой руки обрисовывает метод подхода ко всем аспектам существования, философскую концепцию – или «любовь к Софии» – некий механизм действия, способный изменить целиком и полностью психобиологическую структуру человека, а не только его пенис или ее влагалище.
Кто-то возьмется утверждать, что сексуальная магия пути левой руки есть форма инициации, сознательно рассчитанная на безнадежно зашоренный мир. Концепция пути левой руки постулирует, что данный метод наиболее всего пригоден для апокалипсического и беспорядочного времени, которое сейчас переживает человечество, эры, называемой в традиционном индийском учении «Кали-юга». Чтобы полностью пробудить сознание в таких зловещих условиях требуются исключительные методы. Шаг первый – отказаться от горя и отчаяния, которые данные времена способны породить, и с радостью отдаться хаосу распадающегося мира, мерцающему и иллюзорному зрелищу, излучаемому вульвой темной Кали. И одним из величайших инструментов преображения, над коим владычествует Кали, является плоть, особенно плоть, окутанная пламенем желания.
Независимо от традиции пути левой руки в собственном смысле слова дохристианская античность недвусмысленно признавала, что измененные и сверхъестественные состояния сознания, достижимые через сексуальное, приобщают к миру божественного. На самом деле, многие сходные термины, обозначающие сексуальное в современном языке, несут на себе неизгладимые следы древнего осмысления природы человеческой сексуальности как магической – и даже сакральной. Слово «эротика» заставляет вспомнить бога Эрота, «афродизиак» отсылает к богине Афродите, в то время как «венерический» происходит от имени Венеры. Происхождение магического смысла слова «фетиш» вполне известно – оно восходит к португальскому feitico, т.е. «предназначенный для колдовства, магии». Кто возьмется отрицать, что та могучая сила, неодолимо влекущая фетишиста к сексуальному фетишу, есть ни что иное, как очарование, восторг – магические по своей природе? Путь левой руки, во всех его вариациях, сознательно возвращает Эросу то некогда возвышенное место, которое он раньше занимал в человеческой жизни, узнавая спящую божественность секса даже в практиках, почитаемых профанами омерзительными и позорными.
В основе своего подчас противоречивого рассмотрения сексуально-магических символов и концепций «Демоны плоти» постулируют универсальный биологический феномен, по всей видимости, неотъемлемо присущий человеческому сознанию и сексуальности. Как мы увидим, концепция пути левой руки, сформулированная в индийской Тантре, дает очень точное описание этой психосексуальной алогичности. Также мы будем пользоваться формулировкой «темная волна», означающей неприродное, вездесущее бытие не только в пределах специфической культурной традиции, но также силу, находящуюся в самом теле.
Итак, мы обозначили центральную роль секса в пути левой руки; теперь у читателя может возникнуть вполне законный вопрос: где начинается «магия», заявленная в подзаголовке названия данной книги. Как уподобляющая богам энергия, присущая сексуальному экстазу, свелась к нынешнему девальвированному состоянию, так и искусство магии, некогда сакральное, в современном мире деградировало. Само слово в первую очередь вызывает ассоциации либо с показухой и фокусами шоу-бизнеса, либо приводит на ум образ вульгарного оккультиста-дешевки, напялившего непременную «магическую» робу и увлеченно декламирующего доктринерские «магические» формулы, как правило, в тщетной надежде наколдовать себе малость денег, заработать которые иначе ума не хватает, или же приворожить свой объект желаний, не напрягая себя усвоением социальных норм, необходимых хотя бы для ведения разговора. Иными словами, магия, по крайней мере, на Западе, выродилась в экзотическую игрушку для неудачников, стала работать на достижение иллюзорных и эфемерных целей, осуществить каковые стоило бы через «мирское» развитие личной компетенции.
Магия, в перспективе предложенной здесь концепции пути левой руки, является далеко не тем топорно сработанным предметом общего потребления, каким она стала в современном оккультном мире. Речь пойдет о Великой Работе, о сексуально-алхимической трансформации человека в полу-божество, а не об обучении двум-трем хитроумным салонным фокусам. В индуистском пути левой руки великие маги – это дивья или бодхисатвы, кому нет нужды прибегать к чему-либо, хоть смутно напоминающему ритуал, для проведения радикальной трансформации майи – субстанции, из которой состоит сознание и материя. Магические способности, как их понимают на Западе, могут возникнуть вследствие эротической инициации, но они вторичны по отношению к радикальному переносу сущности на более высокие ступени бытия, что составляет raison d’être* (* Raison d’être (фр.) – смысл.) пути левой руки. В древних эллинистических и гностических традициях, каковые мы относим к манифестациям темной волны, дивья соответствует волхву, магу (magus), т.е. человеку, чьи магические способности основываются на внутреннем стремлении сущности к демоническим уровням сознания.
Поскольку такое бытие составляет цель работы всех сексуальных магов темной волны, мы не собираемся снабжать читателя партитурами заклинаний-заговоров или сценариями ритуалов. Также мы не будем вооружать вас списками демонов, гарантированно повинующихся вашим приказам или же безотказно действующими заклятиями, перед которыми не устоят объекты ваших низменных страстей. Если вы настолько легковерны, что стремитесь обрести подобные мгновенно срабатывающие универсальные средства, тогда, скорее всего, наш постоянный акцент на важности самостоятельного магического труда как внутреннего процесса самообожествления напугает и оттолкнет вас. Эта книга разъясняет издавна сложившиеся методики пути левой руки, активизирующие вечный процесс развития, предпринимаемый дивья или волхвом на пути левой руки; при этом мы намеренно воздержались от механического обучения читателя набору внешних трюков. Здесь нет рекомендаций вроде: 1) Откройте вагину. 2) Введите пенис. 3) Уверенным голосом скажите волшебное слово.
Подобные советы бесполезны, если не сказать – оскорбительны, для интеллекта мага, начинающего свой путь. Догматические инструкции, по нашему опыту, не порождают великих магов – они доказывают лишь, что читатель может послушно выполнять команды. Эти методы наименьшего сопротивления и упрощения не создают должного трения для постигающего путь левой руки, а без оного нет абразивного усилия, необходимого, чтобы в личности посвящаемого вспыхнула искра. «Демоны плоти», претендующие, без ложной скромности, на звание Тантры двадцать первого века, задуманы так, чтобы вызвать это трение, а не разбавить путь левой руки в удобоваримое материнское молоко для младенцев. По этой причине наша книга, несмотря на наличие описаний практических методов действия, говорит не «как надо», ее главная задача – ответить на вопрос «зачем». По нашему мнению, один из признаков истинного мага левой руки составляет умение интегрировать комплексные символические системы, синтезировать их со своим личным опытом и на основе этого синтеза вырисовывать свой единственный и неповторимый маршрут на пути левой руки.
Одно из наиболее распространенных и ошибочных представлений о сексуальной магии, связанной с путем левой руки или каким-либо иным, заключается в убеждении, что ее практика состоит исключительно в порождении сильного, сосредоточенного на оргазме, желания. Будь это правдой, вряд ли кому-нибудь понадобилась целая книга на данную тему – последней фразы с лихвой хватило бы для получения полноценного сексуально-магического образования. На самом деле, это представляет один из самых нехитрых методов сексуального колдовства; и, хотя маг пути левой руки может экспериментировать с ним как со средством проверки на иллюзорность всех ментальных феноменов, он даже близко не стоит с гораздо более важными методами достижения сексуального прозрения, такими как кундалини, перестраивающими сознание на божественные уровни осмысления, которые полностью выходят за рамки инфантильно-«позитивной» модели популярной сексуальной магии.
Возможно, массовое распространение подобного представления, даже среди тех, кому следовало бы, в принципе, знать и получше, основано на том, сколько всего написано об Алистере Кроули и его «сексуальной магике», повседневная практика каковой и в самом деле представляет собой чуть большее, чем управление желанием и оргазмами. Но именем Кроули, пусть он и превратился посмертно в самый известный «брэнд» западной сексуальной магии, вся сексуальная магия не исчерпывается. Идея магического оргазма не брызнула в один прекрасный день из чресл Кроули. Мы собираемся показать, что на самом деле многие традиционно приписываемые Великому Зверю 666 «открытия» принадлежат ныне позабытым предтечам Кроули из псевдорозенкрейцеров, среди которых – афроамериканский сексуальный маг П.Б. Рэндольф и немецкий спермофаг Теодор Ройсс, равно как некоторые из современников и предшественников развивали те же самые концепции более адекватно, нежели сам Мастер. Еще мы попробуем разрешить спорный вопрос, а был ли вообще Кроули истинным магом пути левой руки.
В связи с последним замечанием стоит подчеркнуть, что сама практика сексуальной магии не учит собственно пути левой руки. Не всякий сбрендивший оккультист, хоть раз объявивший свой оргазм магическим событием, с необходимостью является посвященным пути левой руки. И точно так же, отсутствие элемента сексуальности в магической практике представляет собой несомненный признак, что в ней отсутствует связь с путем левой руки в классическом смысле.
Мы помещаем сексуальную магию в исторический контекст, анализируя деятельность некоторых ярких исторических персонажей, занимавшихся оргазменной магией в контексте современного Запада. Но считаем нужным уточнить: мы не ставим задачу вдохновить читателя на то, чтобы «повторить и превзойти» жизнь этих людей и связанные с ними легенды. Путь левой руки ставит четкую задачу самообожествления – фанатизм и культовое поклонение позапрошлогодним «всем звездам», насаждаемое обилием оккультной литературы, совершенно не состыкуется с целями пути левой руки. Если и говорить об отношении к известным и малоизвестным учителям сексуальной магии прошлого, то адепту пути левой руки подобает испытывать к ним не благочестивое уважение, а непочтительность. На самом деле, в процессе трансформации вашего сознания от просто человеческого к божественному посредством эротической инициации здоровая доля непочтительности, направленная к собственным притязаниям, обязательна.
В мире много людей, проштудировавших тысячи книг по магии, но так и не осуществивших ни единого настоящего магического действа. Это явление настолько распространено, что даже получило название «кабинетный маг». Разумеется, в наши намерения не входит с помощью данной книги взрастить еще более мерзкий феномен – постельного сексуального мага. Мы исходим из посылки, что вы читаете наш текст как вводный обзор сексуальной магии левой руки, а не просто ради извращенного удовольствия, а значит, нижеописанные принципы стоит воплотить своим телом, через действие в реальном мире, а не воспринимать их как интеллектуальную абстракцию.
Конечно, были написаны и другие книги, в которых делалась попытка что-то сказать о тайнах сексуальной магии. Но, с нашей точки зрения, большинство предыдущих трудов поставленной задачи не решили. Льстим себя надеждой, что свою цель мы определили точнее. В основной массе случаев ранее доступные тексты о сексуальной магии низвели пронзительную силу, которую достигает сексуальный маг на уровень сладеньких розовых слюней пассивной романтики. Самые свежие издания сместили акцент в сторону вялой и сопливой эмоциональности, свойственной так называемому движению нью-эйдж. Малодушные гиды этого пошиба предлагают своим читателям полностью обеззараженную и цивилизованную вариацию сексуальной магии. Если ваши представления о ней почерпнуты лишь из таких недоброкачественных источников, надеемся, что эта книга послужит очищающим антидотом от предыдущих недоразумений.
Не последним из этих недоразумений, которые мы хотим ликвидировать, является совершенно некорректное и исторически неверное понимание самой сущности пути левой руки, превалировавшее последние сто лет на Западе. Одна из задач при написании нашей книги состояла в том, чтобы дать правильное определение предмету, о котором многие думают, что знают его, но на деле это оказывается не так – по крайней мере, об этом свидетельствуют объективные критерии, которые мы можем обозначить. Попыткой строго придерживаться при написании книги того, чем конкретно является путь левой руки, мы только начинаем воплощать в жизнь более сложную задачу, состоящую в выработке непротиворечивой рабочей модели темной волны на Западе. Выстроенной, может статься, на обломках прошлого, этой рабочей модели, вполне вероятно, потребуется еще лет пятьдесят-сто, чтобы сформироваться окончательно.
Несмотря на то, что мы сами практикуем сексуальную магию, данная книга ни в коем случае не ставит целью набрать новых сторонников и последователей течения. Как мы покажем далее, путь левой руки, невзирая на все его анти-авторитарные составляющие, представляет собой крайне элитарный вид инициации. Из этого не следует с неизбежностью, что адепты пути левой руки считают себя выше непосвященных – мы лишь имеем в виду, что темная волна – не для всех, и никогда не станет дорогой миллионов. В процессе чтения вы, возможно, откроете для себя, что не подходите для данной школы инициации.
Сексуальное – это выраженная в материальном мире метафизическая концепция полярностей – инь и ян, Шива и Шакти, роза и крест, единство и преодоление противоположностей. «Демоны плоти» являются именно тем, что они описывают, их можно интерпретировать как собственно акт сексуальной магии. Будучи замыслом, рожденным полярными эротическими силами мужской и женской сексуальности, генерированными авторами, эта книга иллюстрирует то, как объединенная сексуальная энергия двух магов способна вызвать к жизни третью, демоническую, сущность. Формируя из совместно выработанных двумя магами формулировок и ракурсов некое единое целое, мы ставили целью породить магический элемент, который будет жить некой, независимой от его создателей, жизнью. Всякий раз, когда два мага работают вместе, результатом становится порождение подобной стихийной силы; Уильям С. Берроуз и Брайон Гайсин называли этот феномен «третьим разумом». Подобно тому, как сексуальная магия левой руки создает сверхчувственное пространство, где весьма различные по природе своей мужская и женская сила могут вступать в общение и преодолевать границы своего пола, точно так же сдвоенный голос этой книги вещает с позиции, превосходящей мужское и женское.

КНИГА ПЕРВАЯ:
Темная волна на Востоке



I.
ВАМА МАРГА
Принципы пути левой руки



Совокупляющийся Будда: притча о пути левой руки
Индийская притча о пути левой руки из тантрического фольклора прекрасно показывает различие между отрицающими мир религиозными практиками и экстатическими методами, необходимыми для освобождения в ходе Кали-юги. В данном рассказе зашифрованы почти все фундаментальные постулаты инициации пути левой руки.
Сказание повествует о приключениях одного Васиштхи, выведенного в образе идеального йога, почитаемого ортодоксальными индусами. Васиштха – мудрый брамин, крайне уважаемый, благоразумный, законопослушный человек, олицетворяющий принцип верности традициям и отрицания мира. Шесть тысяч лет он вел мученическую жизнь аскетического самобичевания, был образцом бесполой, свободной от желаний добродетели и истово медитировал в полном соответствии с индуистскими правилами и нормами. И все же, невзирая на его строгий аскетизм и святость, Великая Богиня, которой он поклонялся, так и не соблаговолила явиться ему.
Взбешенный неудачей, Васиштха теряет свое прославленное бесстрастие, и впадает в столь сильный гнев, что осмеливается проклясть недоступную богиню, не внявшую его иступленным и праведным молитвам.
Брамин, отец Васиштхи, уговаривает сына воздержаться от богохульства и попробовать все сначала, хотя подозревает, что тот сам виноват и даже должным образом не узнал богиню. мудрец берет себя в руки и, следуя отцовскому совету, возвращается к размышлениям о божестве как о волшебной женской сущности, сияющей подобно десяти тысячам солнц, из которой состоит вселенная; или как об удивительно прекрасном и нежном духе, наполнявшем дерево Бодхи, под ветвями которого индийский царевич Гаутама Сиддхартха стал Буддой (дерево Бодхи можно сравнить с другим мифическим растением – Древом познания, с которого змей дал Еве запретный плод познания).
Так ему удается добиться успеха. Наконец, Великая Богиня является мудрецу в образе Сарасвати, одном из своих шакти-обликов, с единственной целью – сообщить удручающую новость, что он совершенно впустую провел те шесть тысяч лет в медитации по ведийским законам торжественной серьезности и умерщвления плоти. Вместо этого, как говорит она смущенному йогу, он должен постичь учение о просветлении Каулы (Каула является одной из самых ранних сект пути левой руки из всех известных). А изнуряй он себя традиционным аскетизмом и йогой, смеется богиня, он не сумеет узреть хоть на мгновение даже ее божественную ногу, не говоря уже обо всем ее небесном облике.
«Почитай меня, не мучая себя лишениями и болью!» – восклицает, маня, Шакти. Покидая Васиштху, она повелевает ему отправиться в Гималаи, где его обучат истинному пути освобождения, предназначенному для этой эпохи.
Преданно следуя воле богини, Васиштха идет в скрытое в Гималаях царство, называемое Махасина. Там наш аскет встречает не кого иного, как бога Вишну, принявшего облик самого Будды, а за ним следуют несколько учеников. Но, к ужасу Васиштхи, мутноглазый Будда с учениками явно пьяны, наги и, без сомнения, находятся в состоянии сексуального возбуждения.
Васиштха донельзя поражен, увидев, как Будда с подвижниками бесстыдно пустились в нескончаемую оргию с толпой восхитительных красавиц. Под сладострастно распущенными волосами на женщинах нет ничего кроме нежно бряцающих колокольчиков, вызванивающих эротический ритм во время совокупления. Это великолепные деви, чьи любовные объятья составляют высший миг посвящения.
Рассерженный Васиштха надменно втолковывает Будде, что путь его ложен, ханжески возмущается, что его позорные действия противоречат любому святому учению Бога и человека. Разве не сам Будда учил, что кама (желание) есть причина человеческих страданий? Будда, пьяно посмеиваясь, не соглашается с обвинениями и замечает, что ложным путем идет как раз Васиштха, поскольку принял наваждение за реальность. Нетрезвость и страсть, коим радостно предается он со своими учениками, являются ритуальными инструментами просветления, объясняет Будда, а прекрасные женщины, телами которых они наслаждаются, суть образы Великой Богини, которую они славят тайным обрядом инициации Каула.
Затем Будда начинает знакомить Васиштху с путем левой руки, обучая его методам достижения эротического просветления. Отдавшись вместе с сопровождающими Будду красавицами эротическим ритуалам, Васиштха входит в прямой контакт с Великой Богиней, Той, которая так долго избегала его. В миг долгого небесного наслаждения, когда его тело соединяется с телом Великой Богини в человеческом обличье, мудрец вдруг достигает освобождения, которое он многие тысячи лет тщетно искал на пути самобичевания.
Если отбросить необычную образность и региональную экзотику, притча о мудреце Васиштхе обрисовывает дорогу, которая ждет каждого мага пути левой руки. Идущие этим темным путем движутся из места своего рождения в загадочную страну, где все известные нормы переворачиваются, а сексуальное наслаждение открывается как великая пробуждающая сила. Защищаясь от прочих пуританских культов, стремящихся обуздать благородную мощь Эроса, адепты пути левой руки выбирают неограниченную свободу.


Основные принципы пути левой руки
Словосочетание «путь левой руки» имеет очень конкретное значение и точный смысл, крайне далекий от той неясной универсальности, которую ему с первого взгляда можно приписать из-за неверного употребления этого выражения на Западе на протяжении многих десятилетий; мы выявим это значение, разобрав оригинальное санскритское сочетание Вама Марга, переводом которого является это понятие.
И все же, невзирая на четкое определение, проверенное тысячей лет постоянного употребления в Индии, историческая реальность пути левой руки практически игнорируется в угоду современным фантазиям, не имеющим почти никакого отношения к фактам. Приступая к корректировке некоторых искаженных представлений, вызванных существующим положением вещей, мы должны поговорить о пути левой руки на его языке, как можно вернее придерживаясь оригинальных источников. Данный способ поможет не впасть в модный постмодернистский деконструктивизм, столь любимый современными академическими учеными с одной стороны, и в равной мере избежать сбивающей с толку придури типичного оккультиста с другой. Оба лагеря сыграли свою роль в замутнении истинного смысла эротического гнозиса пути левой руки.
Одним из базовых положений неумирающей магической философии, которое мы хотим особо подчеркнуть в данной книге, есть постулат о том, что слова обладают собственной властью. Восстанавливая более точное понимание слов «путь левой руки», мы ставим целью возродить хотя бы часть утраченной силы традиции сексуальной инициации. Лучше всего для начала исследования по определению данного понятия изучить его историю и предысторию, вычленить самые существенные принципы. Чтобы по-настоящему постичь темный путь чувственной самотрансформации, нам следует прежде обратиться к истокам пути левой руки, зародившегося в Индии.
Корни пути левой руки, несомненно, уходят в глубокое прошлое, он был основан на сексуальных культах, посвященных темной богине, которые существовали в высокоразвитой цивилизации долины реки Инд задолго до завоевания этого региона ариями. После подавления агрессивными арийскими силами, попавшими в Индию через Афганистан, методы сексуальной инициации пути левой руки пережили второе рождение в различных еретических сектах Индии приблизительно тысячу лет назад. Хотя сексуальные практики пути левой руки упоминаются в некоторых древнейших священных индийских текстах, складывается впечатление, что в упорядоченное, записанное учение они сложились лишь с возникновением Тантры. Путь левой руки принял более систематизированный вид в секретной доктрине средневековых тантрических сект, но в девятнадцатом веке новая агрессивная сила – на сей раз в облике сексуально подавленных паладинов Британской империи – попыталась вновь изжить этот культ.
То есть, чтобы говорить об индийской традиции пути левой руки следует обратиться к доктрине эротического просветления, возраст которой составляет как минимум 2500 лет, к относительно недокументированной доарийской истории субконтинента. И для того, чтобы понять одну из причин секретности Вама Марги, современному магу следует усвоить, что она является освобождающей силой, которой приходилось постоянно сражаться, чтобы выжить в условиях подавления враждебной властью, посчитавшей ее неудобной из-за сексуального подхода к духовному пробуждению.
Наше определение концепции пути левой руки можно свести к нескольким ключевым компонентам. Эти принципы можно приложить как к западной левосторонней сексуальной магии, так и к ее древнему восточному истоку. Трактовка инициации в теории пути левой руки, неважно, где, кем и в каком культурном контексте она практикуется, будет обязательно включать ряд ключевых элементов.
По сути своей путь левой руки это:

1). Трансформация человеческого сознания в сознание божественное через активизацию сексуальных истечений физических и тонких тел в процессе эротических ритуалов.

Если посвященный – мужского пола, данный сексуальный гнозис традиционно происходит при участии женщины в роли любовницы-инициатрикс. Женщина-инициатрикс есть ключевой сексуальный источник пути левой руки; движущая энергия темной волны исходит непосредственно от нее. Во время ритуального сексуального акта происходит нечто большее, чем просто половое сношение – получается магический обмен, передача силы через тонкие механизмы желания, привлечения и эротического слияния.
Вместе пара отправляет культ радости, цель которого – не что иное, как обожествление его участников. Отчасти ключевое значение сексуальности можно вычленить из того факта, что основное различие между путем левой руки и гораздо более распространенным путем правой руки состоит, прежде всего, в акцентуации физической сексуальности, которая характерна для первой доктрины и полностью отсутствует во второй.
Хотя путь левой руки уделяет значительное внимание физическому взаимодействию эротических полярностей, воплощенных в мужской и женской сексуальности, при этом он также ставит целью экстатическое преодоление всех видимых оппозиций, таких как добро и зло, жизнь и смерть, свет и тьма, дух и плоть, красота и уродство, ad infinitum*. (* Ad infinitum (лат.) – (и так) до бесконечности.)

2). Сексуальная экзальтация женского принципа силы во вселенной, известного в санскрите под названием Шакти.

Этот вселенский мистицизм женщины, который в его межкультурном аспекте мы будем иногда называть Женским Демонизмом, представляет собой движущий фактор для посвященных левой руки, вне зависимости от их пола. Для магов мужского пола инициация пути левой руки включает обретение этой женской энергии внутри себя через сложную систему телесных упражнений, включающих и физические контакты. Посвящаемая женщина стремиться в как можно большей степени стать носителем принципа Женского Демонизма. В итоге она становится жрицей шакти, посредницей между этой священной силой и миром видимостей, и одновременно – воплощением самой многоликой богини Шакти.
Важно подчеркнуть в самом начале нашего исследования, что это женское начало, высвобождаемое на пути левой руки, не есть социальная роль женщины в образе жертвенно-пассивной жены, плодовитой матери, которую так любят традиционные религии. Но Вама Марга не повторяет и современную феминистическую модель реальности, где все женщины – святые мученицы, а все мужчины – развратные монстры. Хотя шакти возвращает к ныне вытесненному архаическому пониманию женской сути как священной воительницы, божественной охотницы и священной блудницы или иеродулы, женский принцип, который стремятся обрести посвящаемые, радикально превосходит женщину как естественный феномен, давая соприкоснуться с неприродной, теневой стороной ее энергии.

3). Инициация через сознательное нарушение глубоко укорененных внешне-социальных и внутренне-личностных табу, индивидуальный разрыв с наследственными нормативными ценностями и радикальное переворачивание всех видов общепринятых представлений и ортодоксии.

Традиционное высказывание из тантрической Вама Марги дает данному принципу следующую сжатую формулировку: «Через то самое действие, из-за которого люди сотни миллионов кульп горят в аду, именно через это действие достигает освобождения йог». Метод сознательного переворачивания известен в рамках пути левой руки под названием випарита-карами или обратное действие.
Как писал Джордж Оруэлл в «1984»: «Быть благонадежным значит не думать, не иметь потребности думать. Благонадежность – отсутствие сознания». В этом смысле путь левой руки является со стороны его последователя сознательной ересью по отношению к доминирующей культуре (неважно, какой), разрушением сомнамбулической ортодоксии ради совершенно осознанного состояния пробужденного существования. Однако инициацию пути левой руки нельзя сводить к чисто умозрительному разрыву с человеческим стадом. Как видно из вышеприведенного высказывания, данные трансгрессии должны представлять собой поступки, физические действия, совершенные в реальном мире, дабы в итоге свершилась истинная самотрансформация. Не через мысль приобщается тот, кого посвящают в путь левой руки к темной волне, а через действие. Идти путем левой руки значит определенным способом действовать, а не предаваться умствованиям или, того хуже, читать о неких действиях.
4). Путь левой руки в высшей степени элитарен, и потому его избирают, всем и каждому он не подходит, не может он быть и естественным следствием некой ситуации. Он ориентирован на индивидуальное сознание и не связан с коллективным самосознанием как социальное существо или как субъект бытия – с божественным или естественным законом. Пускай современный мир живет демократическими понятиями полной открытости всего для всех, темная волна, в каких бы формах она ни проявлялась, базируется на той предпосылке, что некоторые вещи сообщаются лишь определенным личностям, в свое время и при соответствующих обстоятельствах.

Путь левой руки закрыт для обычных мужчин и женщин, которые для него немногим превосходят стадных животных (санскр. пашу). Считается, что темная волна доступна лишь для тех, кто обладает характером воина-героя (санскр. вира) или божественной (санскр. дивья) личностью. Инициация пути левой руки всегда начинается с осознания, что все человеческие существа рождаются в этом мире стадными животными. Главная цель пути левой руки – Пробуждение (санскр. Бодхана) – осуществляется через активное усилие, направленное против присущего всем от рождения низкого уровня сознания (супта или сон), рассматриваемого как естественное качество человека-животного.
Это пробуждение происходит благодаря дисциплине ментального и физического контроля, сексуальным ритуалам, нарушению запретов и экзальтации Женского Демонизма, что позволяет адепту разорвать путы, удерживающие зверя. Через этот процесс последователь Вама Марги становится героем; это значит, что он освобождается от сдерживающих обычного человека условностей и познает реальность напрямую. Однако оговоримся, что данный поиск «героического» бытия не значит, что посвящаемый (посвящаемая) на путь левой руки стремиться улучшить или укрепить общество, в коем он (она) живет. Напротив, когда герой или героиня пересекает все границы, сдерживающие его (ее) сознание, весьма вероятно, что те, кто остался во власти обыденной морали, покажутся адепту пути левой руки невежественным быдлом.

5). Способ инициации, активно использующий эту жизнь, этот мир, эту физическую сферу, это тело, как средства достижения озарения и Пробуждения. Путь левой руки – не бегство от реальности, но конфронтация со всей совокупностью физического и психического существования, несущая в себе как наслаждение и радость, так и ужас и смерть.

Путь левой руки однозначно отвергает практику воздержания, аскетизма, самоотречения и традиционное отрицательное отношение к тому, что составляет основную массу духовных методик на западе и Востоке. Распространившееся в последние десятилетия на Западе представление о типичном свами или махариши как о создании исключительно «не от мира сего» чуждо темной волне. Хотя гнозис пути левой руки расширяет человеческое сознание до божественного состояния бытия вне ограничений времени и природы, это не есть дорога, ведущая к некой туманности где-то там, в великой запредельности.
Одна из тайн пути левой руки – в том, что это «где-то там» находится прямо здесь, в твоем собственном теле. То есть темная волна стремится к освобождению в этой жизни и в нынешнем физическом теле посвящаемого, а не в посмертном существовании или же через реинкарнацию.

Индуистские и буддийские направления пути левой руки
В связи с самыми различными культурно-историческими условиями, превалирующими в каждом из регионов, данные элементы пути левой руки отчетливо наблюдаются в традиционной восточной модели и несколько более расплывчато – в ее многочисленных западных вариациях. Изучение тантрического пути левой руки по первоисточникам, как он изложен в рамках индуизма – а также его вариантов, сложившихся в контекстах тибетского буддизма и китайского даосизма – позволит сексуальному магу лучше прочувствовать энергию, составляющую суть темной волны. В данной вводной статье о ключевых концепциях восточного пути левой руки мы сосредоточим свое внимание на индуистской разновидности темной Тантры, которая, по всей видимости, лучше всего прижилась в практике западных сексуальных магов и, кроме того, имеет преобладающее влияние на нашу собственную практику.
Ко всему прочему, Тантра левой руки также оказала значительное влияние на буддистов Махаяны, в особенности на школу Ваджраяна, в первую очередь основывающуюся на тибетском ламаизме, в значительной мере вобравшем в себя принципы шаманской сексуальной магии добуддийской религии Бон, изначально существовавшей в Тибете. Ваджра или тибетский Дордже представляет собой многоярусный символ, выражающий твердость эрегированного пениса, удар молнии, соединяющий яркой вспышкой небеса и землю, и подобную алмазу твердость души, закаленной в сексуальных ритуалах пути левой руки. Удар молнии Ваджра также понимался как острая пронизывающая тело сексуальная энергия. Ваджру можно уподобить получению «золота» в западной алхимии, созданию абсолютно индивидуального себя как неразрушимой силы. Другое значение слова Ваджра – монархический скипетр фаллической формы, принадлежавший тибетским властителям, знак сакральной власти, даруемый ее обладателям. (Этим он напоминает скипетр египетских фараонов Васет, отличавшийся узнаваемой фаллической формой головы бога Сета.)
Один из самых почитаемых духовных учителей средневековья Друкпа Кюнле был открытым приверженцем пути левой руки, он известен под прозвищами «Безумный йогин» и «Божественный сумасброд». Он учил своих последователей, что энергию сексуального наслаждения можно превратить из заурядного генитального оргазма в путь к просветлению. Согласно легенде, он делал то, что проповедовал, посвящая в свое учение мириады женщин без разбора, пока нищенствующим святым бродил по Тибету. Отвергая принцип отрицания желания, проповедуемый в традиционном буддизме, Друкпа использовал эмоции, желание и эротическую страсть как инструменты пробуждения учеников через наслаждение. Он подвергал насмешке общепринятые нравы и своими шокирующими поступками вел учеников к пробуждению и избавлению от иллюзий. Откровенное следование пути левой руки, подобное практикам Друкпы, среди буддистов встречается редко.
Как правило, тибетские монахи, практикующие сексуальные ритуалы, держат их в строжайшей тайне. По всей видимости, так же поступал недавно почивший Калу Ринпоче, претендовавший на звание целомудренного аскета, невзирая на то, что всю жизнь использовал своих учениц в качестве ритуальных сексуальных партнерш. Уж такова человеческая природа, что подобная таинственность способствует втягиванию в сексуальную эксплуатацию различных непросвещенных индивидов. К примеру, кое-кто из престарелых тибетских монахов навязывает себя в качестве любовников юным и наивным последовательницам, обещая взамен «хорошую карму». В таких случаях естественно заподозрить, что тайны пути левой руки Ваджраяны служат для оправдания вполне земных сексуальных отношений, лишенных функции посвящения. Разумеется, данный тип «мирской» сексуальной эксплуатации, осуществляемый под маской духовного руководства, в восточных культурах, является скорее исключением. Западный оккультизм грешит этим сплошь и рядом.
Метафизические предпосылки буддийского учения строятся на желании, ведущем к полной дезинтеграции сознания до состояния небытия и на отрицании всех феноменов как майи, то есть несуществующих реально проекций сознания. Понятно, что эти концепции в меньшей степени относятся к цели, состоящей в достижении независимого божественного сознания, что составляет неотъемлемую часть замешанной на индуизме модели пути левой руки.
В рамках пути левой руки, представляющего еретическое течение в индуизме, система символов и художественное воплощение, сексуальные ритуалы, жесты и произносимые мантры понимаются как закодированные знаки некоего сокровенного аспекта реальности. Сокровенная реальность, хоть и недоступная дремлющему сознанию, тем не менее, рассматривается как феномен, нечто существующее. Адепты буддийского пути левой руки – несмотря на использование сходных сексуальных ритуалов, символики и техники – точно так же убеждены, что, в конечном итоге, их практики – не более чем необходимые шаги к великому Ничто, пустоте, скрывающейся за миром чувственно постижимого. Для них по-настоящему существует лишь это ничто. Об этой существенной разнице надо помнить, когда мы будем рассматривать две ветви эротической инициации пути левой руки.
Учитывая вышеизложенное, можно интерпретировать буддийские учения пути левой руки, например, упомянутую Важдраяну, как способ генерирования самообожествленной, созданной через сексуальное, личности, не сливающейся воедино с небытием нирваны. Наилучшим образом данное положение иллюстрирует традиция бодхисатвы – полностью пробужденного адепта, который не продолжил несущий страдания цикл перерождений, не вошел в нирвану, но продолжает следовать путем левой руки, существуя в качестве сверхчеловеческой демонической сущности. Адепт, достигший уровня бодхисатвы, как считается, получает власть просвещать менее опытных, хотя и пребывая в бестелесном состоянии.
Эта идея, в очень упрощенном – если не сказать, в зачастую искаженном – виде проникла в западную магическую традицию в форме историй о «Тайных Вождях» или «Вознесшихся Мастерах», якобы предвидящих духовное развитие человечества. Такие влиятельные на Западе оккультные движения, как Герметический Орден Золотой Зари, Теософия и Телема Алистера Кроули, все до одного претендовали на происхождение от сущностей, подобных бодхисатвам, что можно отнести к признакам влияния буддийского пути левой руки. Однако, невзирая на сей факт, все упомянутые оккультисты в один голос упорно настаивали на том, что следуют строго путем правой руки, обзывая путь левой руки дурным и недобрым. Эта вечная путаница на Западе точного смысла двух путей, как мы увидим, возникает сплошь и рядом.
Скрытность, свойственная восточному пути левой руки, всегда допускает двусмысленную гипотезу о существовании истинной внутренней доктрины, открытой лишь некоторым посвященным, каковую «прикрывает» более ортодоксальная внешняя доктрина, сообщаемая профанам. Лишь подобная внутренняя доктрина способна дать объяснение, каким образом адепты буддийского пути левой руки могут преследовать цели, столь чуждые буддизму традиционному.
Хоть мы и уделим немного времени сексуальной магии пути левой руки в Тибете, но вообще буддизм склонен искажать саму суть магии как таковой. К чему, по большому счету, совершать с помощью магии изменения во вселенной, каковая сама по себе мыслится как всего лишь иллюзия? И все же технику тибетской магии левой руки можно использовать и без обращения к связанным с ней философским предпосылкам. Метафизика еретического пути левого руки в индуизме основывается на радикально ином понимании реального/ирреального, которое в большей степени совпадает с установками западных сексуальных магов. В Инь-дао (форме священного эротизма, сложившегося в древнем Китае) также предлагается ряд концепций, эффективных для межкультурного применения в современной эротической инициации. Можно смело утверждать, что тантрический путь левой руки распространился, в том или ином виде, по всему Востоку. В период исламского завоевания Индии он даже принарядился в суфийские одежды, еще некоторое время процветал в Японии до тех пор, пока пуританский дух сурового конфуцианства не пресек его влияние в этом регионе.
Хотя данный раздел книги будет посвящен восточной модели пути левой руки, мы будем постоянно сопоставлять ее принципы с их реализацией в древних магических практиках Средиземноморья и Европы. Рассматривая темную волну через призму различных традиций, мы получим более полное представление о ней.

Синтез двух миров
Хотя мы постоянно подчеркиваем, что путь левой руки per se* (* Per se (лат.) – по существу.) имеет однозначно индийское происхождение, мы далеки от желания внушить современным западным сексуальным магам некритично-романтическое представление о превосходстве «загадочного Востока» над Западом, якобы более просвещенным и сохранившим традицию истинной духовности, что составляет типичное заблуждение в эзотерических кругах. Не существует чисто восточного райского уголка пути левой руки, а ежели таковой и был, то давно претерпел изменения под воздействием колонизации и глобальной вестернизации.
Современному магу несложно вообразить себе фантастическую волшебную страну, где безупречно-безгрешные Великие Мастера свято хранят тайны, приобщиться к коим возможно лишь в затерянных гималайских ашрамах. Подобный полет фантазии, крепко укоренившийся в магической традиции Запада, привел к тому, что не один представитель западной культуры, отказавшись от какого бы то ни было критического мышления, по уши увяз в ямах экзотики и непривычной терминологии. Это выбор в пользу эскапизма, тупик, куда невольно забрело немало сексуальных магов, вступивших на путь левой руки.
Нам часто доводилось наблюдать магов, совершивших здоровый разрыв с религиозной либо социальной ортодоксией, сформировавшей их (а это один из первых шагов при инициации на путь левой руки), только ради того, чтобы взамен стать заложниками догмы другого, возможно, менее известного, религиозного мракобесия. В связи с тем, что постхристианская религиозно-магическая традиция несколько беднее по сравнению с более живыми восточными традициями инициации, складывается впечатление, что люди на Западе вообще склонны заболевать синдромом «трава по ту сторону забора всегда зеленее». И как следствие, часто случается, что западный человек преодолевает запреты иудео-христианства, либо атеизма, лишь затем, чтобы пасть к ногам гуру и принять равный объем иных запретов. Прогрессом это вряд ли можно назвать; скорее это просто обмен одного набора некогда усвоенных табу на менее привычную форму несвободы.
Вместо того чтобы следовать этой дорогой, мы обозначаем основные принципы сексуальной магии пути левой руки и реализуем их в условиях урбанистического трансглобального мира, а не занимаемся ностальгической реконструкцией провинциального мира Индии прошлого, где изначально сложился путь левой руки. Сексуальную магию пути левой руки, как мы постараемся показать, можно успешно применять в любом культурном контексте – она ни в коем случае не сводится к экзерсисам в ностальгии по ушедшему золотому веку в заморской земле. Мы взяли за аксиому положение, что та специфическая символика, какая была значима для адепта культа из маленькой деревушки в строго контролируемой, кастово-структурированной Бенгалии семнадцатого века, не может один в один использоваться в работе последователя пути левой руки, действующего в условиях хаотичной антикультуры двадцать первого века. Поэтому мы собираемся дать детальный исторический обзор учений пути левой руки, при сем не забывая, что современный сексуальный маг может – и должен – «подгонять» эти методики под себя так, чтобы они соответствовали его/ее нынешним желаниям и обстоятельствам.
Вообще, данный универсальный подход отвечает традиции практики пути левой руки. Один из постулатов тантрического пути левой руки утверждает, что это учение годится для всех посвященных Кали-юги в любом культурном контексте, а не ограничено восточными регионами его происхождения.
Но, как следует из нашего опыта, путь левой руки в его традиционной восточной концепции, как знание, передаваемое по цепи от учителя к ученикам, не вполне приемлемо для невротического психосексуального контекста, в котором зажато западное сознание. Психолог-мистик Карл Юнг, сам тайно практиковавший сексуальную магию, занимался исследованиями вершин и глубин восточных духовных учений. Он пришел к выводу, что если среднестатистический человек западной культуры взялся изучать ориентальные дисциплины по самоперерождению, то он (она) вполне реально рискует оказаться на грани психотического срыва. Хотя мы не собираемся заходить столь далеко, не вызывает сомнений, что методику восточного пути левой руки действительно следует адаптировать, дабы она оказалась по-настоящему эффективной как способ инициации западного сексуального мага.
Данный подход некоторые традиционно-тантрические гуру посчитают ни чем иным, как возмутительной ересью, но заметим, что путь левой руки по сути свой ересь. Однако мы находим идею адаптации логическим продолжением развития принципов этого пути. Искусство эротической инициации – не статичный церемониал, сохранившийся с былых времен, который должно снова и снова старательно воспроизводить без отсебятины, но живая традиция. И как во всякой живой традиции, именно инновации и адаптации, привносимые нынешними адептами, а не культурно и исторически обусловленные ограничения ушедших веков, должны составлять ее жизнеспособность.
Поскольку данный раздел посвящен почти исключительно учениям о традициях пути левой руки в их первоначальной форме, современный сексуальный маг поразится ряду ограничивающих факторов. Самый яркий пример: практикующие сексуальную магию женщины обратят внимание на то, что, несмотря на почтение, которое предписывает Вама Марга по отношению к Женскому Демонизму, в описании ритуалов предлагается относительно мало рекомендаций касательно женщин, участвующих в них. Тантрические тексты излагают свое учение, обращаясь исключительно к адептам мужского пола, и мы должны быть готовы к этой односторонности в традиции, которая описана в многочисленных средневековых индийских и тибетских книгах. Несомненно, в наше время последовательница пути левой руки вольна использовать означенные методики по ходу своей самотрансформации в контексте, отличном от того, который превалировал на Востоке много веков тому назад.
Итак, рассматривая в этой главе ряд наиболее важных аспектов Вама Марга, мы не подталкиваем современного сексуального мага Запада слепо следовать древним ритуалам. Трепетно подчиняться традиции, занимать позицию доктринерства значит зайти в тупик, погрузиться в спячку, идти вразрез с вечно-изменчивой и непрестанно обновляющейся сущностью пути левой руки. Будь даже возможным «пересадить» без изменений восточные практики на западную почву, в плане магии как таковой это было бы нежелательно. Многие из внешних манифестаций концепции Вама Марга элементарно неэффективны в магической работе на сегодняшнем Западе, хотя вечные эзотерические принципы работают в любую эпоху и в любой части света.
Вот почему эта книга призывает к творческому синтезу, а не к строгому соблюдению архаической традиции ради самой традиции. Со стороны современного сексуального мага было бы неумно приступать к работе, не достигнув прежде внятного понимания базовых принципов, составляющих традицию пути левой руки. Не стоит повторять распространенную среди сексуальных магов ошибку и верить, что некая практика обязательно действует и сегодня лишь постольку, поскольку за ней стоит традиция.
«Старинный» – не синоним хорошего; многое из старинного бесполезно в условиях сегодняшнего дня и имеет разве только исторический интерес. Отделять для себя действенное от устаревшего – вот чем должен заниматься каждый маг. К счастью, тантра пути левой руки сама по себе дает возможность индивидуального подхода в ее применении, а столь свободные от догмы эзотерические методики встречаются редко. Хотя эзотерическая терминология тантрической Вама Марга подчас пестрит запрещающей лексикой, по сути своей это учение носит прикладной и экспериментальный характер, что и отличает его от свойственного многим школам инициации стремления к активному обрастанию регламентациями.
Более того, несмотря на то, что в Индии мы находим и можем изучать самую развитую, самую чистую и сохраняющую преемственность модель инициации пути левой руки, было бы заблуждением полагать, что темная волна формировалась исключительно там. Фактически, истинное местоположение пути левой руки – у вас в голове, позвоночнике и гениталиях, его надо лишь «включить». Многие сексуальные маги активировали эту волну в себе случайно, не имея представления о ее исторически сложившейся традиции. У наткнувшихся на эту силу спонтанно, как правило, через опыт острого сексуального экстаза, разумеется, есть преимущество в том, что они пришли к такому осознанию непреднамеренно. На самом деле то, что это свершилось – само по себе уже свидетельство большого потенциала. Значительной массе людей не суждено пробудить темную волну и пустить ее течь по руслам системы тело-разум-душа.
Но назвать себя странником на пути левой руки, не получив сперва основательного знания его издавна сложившихся методов и принципов, – все равно, что претендовать на звание астронавта на том основании, что как-то видел космический шаттл по ТВ. Точно так же, просто прочтя и восприняв эту (любую) книгу на чисто интеллектуальном уровне, на путь левой руки не ступишь; это произойдет лишь после того, как применишь теоретические постулаты к разнообразным аспектам своего существования, направив сексуальное наслаждение на изменение обманчивых явлений, чаще всего определяемых как внутреннее «я» и внешняя реальность.
Крайне распространенное заблуждение, с которым мы сталкивались у людей западной культуры, желающих приобщиться к сексуальной магии, состоит в уверенности, что в «просвещенной» Индии эти практики широко известны и распространены. Эта воображаемая открытость противопоставляется так называемому западному невежеству. Да, в индуизме дозволяется иная степень отступничества и ереси по сравнению с тем, что мы привыкли наблюдать в западном обществе, когда дело касается сексуально-магических практик. Однако же, Вама Марга остается малоизвестной и неверно интерпретируемой концепцией даже в Индии. Если о ней все же заходит речь – тон высказываний бывает, как правило, презрительным и некомпетентным. М. Кришнамачарья в своей «Истории классической и тантрической литературы» являет типичный пример подобного незнания, когда пишет: «Это безнравственный культ, ведущий к жестокости, распущенности и чувственным наслаждениям. Потому он – позорное пятно «современного индуизма». Эта секта существует под именем «Брахм-марджес» (sic), или тайная секта». Вполне понятно, Кришнамачарья происходил из браминов, аскетической в сексуальном отношении и отрешенной от мира высшей касты индийского общества, которая с негодованием отрицает путь левой руки. Из-за ассоциации тантры с сексуальной магией популярная пресса в Индии до сих пор поносит соответствующие секты с теми же предубеждениями и искажениями действительности, какие свойственны западным журналистским статьям о сатанизме.
Чтобы правдиво воссоздать основополагающие элементы традиции пути левой руки в рамках уникальной реальности собственной инициации, необходим активный, динамичный подход. Статичная, прилежная игра по правилам вредна для приобщения к темной волне. Среди прочих метафизических традиций путь левой руки уникален своим сознательным нежеланием чтить всевозможных и разнообразных священных коров, забредших в его поле зрения. Где б ни находились адепты левой руки – в Бомбее, Манчестере, Сиднее, Цинциннати, – их взаимный долг – зорко следить за появлением священных коров и за то, что они суть средство личной власти, без всякой жалости оных резать.

Вама Марга – путь множества дорог
Понятия Тантры и пути левой руки в последние годы использовались крайне некорректно, сделавшись относительно популярными особенно после так называемой сексуальной революции в 60-е годы 20-го века – настолько, что ими стали обозначать любое как бы метафизическое сношение. Эти упрощения получили такое распространение, что мы не можем не начать описывать Тантру и путь левой руки в рамках какого бы то ни было аутентичного контекста, не разобравшись вкратце с некоторыми, самыми живучими расхожими западными упрощениями. Нам даже попадались предприимчивые девочки по вызову, метящие попасть на рынок и рекламирующие себя как Последовательницы Тантры, адепты Тантрического Массажа и эксперты по Тантрическому Лэп-Дэнсу. Милые и приятные штучки, возможно, но считать, что они имеют к Тантре какое-нибудь отношение, кроме названия – смехотворно. Как мы увидим дальше, священные проститутки действительно издавна играют важную роль в тантрической традиции пути левой руки, однако их недавний выход на рынок предложения служит лишь тому, чтобы запутать и без них запутанный предмет.
Таким же образом тантрическая формула «путь левой руки» была воспринята двумя противостоящими друг другу западными духовными субкультурами, возникшими приблизительно одновременно, когда в 1960-е годы шли поиски альтернативной религии. Наиболее широкое ее применение можно наблюдать у популистского движения нью-эйдж, среди множества сект которого водится уйма нео-тантристских учителей и групп, ассоциирующих себя с путем левой руки по той простой причине, что они практикуют сексуальные ритуалы. Тем не менее, хотя и допустимо связать собственно практики левой руки с нео-тантристами, связь будет во многих случаях исключительно поверхностной: как правило, базовые принципы, обозначенные в начале этой главы, игнорируются, а акцент делается на самых удобоваримых – и продаваемых – аспектах учения Вама Марга.
На противоположном полюсе стоят не столь многочисленные сообщества, составляющие современное нео-сатанистское движение и его ответвления, в массе своей относящие себя к пути левой руки. Вразрез с распространенным убеждением, практически ни одно из сатанистских обществ не использует даже рудименты сексуальной инициации пути левой руки в ходе своих исключительно умозрительных и, по большому счету, довольно формальных обрядов – лишая себя тем самым единственного определяющего признака пути левой руки любой вариации.
Мы вернемся к «пути левой руки» нью-эйджа и «пути левой руки» сатанистов в одной из следующих глав, где будет рассматриваться заслуживающая любопытства значимость Вама Марги для западной культуры. Сейчас достаточно просто отметить их существование, ибо данные явления сегодняшнего дня внесли свой вклад в общую мешанину, не дающую Западу толком разобраться в том, что такое путь левой руки. Пока давайте отложим их в сторону и попробуем разгадать загадку концепций Вама Марги, пути левой руки, как они изначально толковались.
Безбрежный океан кое-как сформулированных доктрин, подпадающих под концепцию индуизма – набор верований, где отсутствует объединяющая иерархия, свойственная большинству религий – послужил причиной того, что расплодилось множество сект, среди коих тантрический путь левой руки завоевал наибольшую известность за пределами Индии. Несмотря на то, что на Западе «тантра» – синоним слова «секс», эротические ритуалы в действительности составляют очень небольшую часть среди множества тантрических практик. В своей работе «Тантрическая традиция» признанный знаток Тантры Аджехананда Бхарати указывает, что лишь семь процентов тантрического материала носит сексуальный характер. Фактически сексуальная магия и эротический мистицизм попадают в сферу интересов лишь относительно малого числа адептов тантрического пути левой руки.
Заблуждение, что вся Тантра целиком и полностью сводится к мрачным сексуальным церемониям этой самой Вама Марги, господствовало в западном мире вплоть до 1914 года, когда Артур Авалон (сэр Джон Вудрофф) счел необходимым написать в своем введении к «Тантрататтве», что данный конкретный текст «может разочаровать тех, кто при упоминании о Тантре рассчитывает услышать о ритуалах с вином и женщинами, полуночном круге (Какра), черной магии на кремационных площадках и тому подобном». Конечно, мы обязательно посвятим немало внимания данным мало осмысленным мероприятиям. Но они составляют выбор исключительно меньшинства, посвятившего себя пути левой руки. Они не практикуются остальным, гораздо более многочисленным сообществом последователей тантрической традиции, относящейся преимущественно к пути правой руки.
Дакшини Марга, сей куда более распространенный тантрический путь правой руки, является намного более социально признанным среди этих двух дорог, ибо отвергает физические сексуальные ритуалы и нарушение табу, что неотъемлемо присуще пути левой руки, используя в основном интеллектуальные и символические способы инициации. Кроме того, акцент пути правой руки на мужском принципе вступает в меньшие противоречия с патриархатом азиатских стран, где женщина традиционно играет подчиненную роль. Вама Марга, посвященная эротической инициации через женский принцип как одновременно вечной, спиритуальной сущности и физического, сексуального бытия, обычным индуистам и буддистам представляется куда большей ересью.
Нельзя выделить одну-единственную исчерпывающую причину, по которой «путь левой руки» получил свое название; ответ распадается на несколько уровней физических, семантических и религиозных значений. Как и многие санскритские слова, вама переводится очень по-разному – есть как минимум четыре релевантных дефиниции, которые мы учитываем. Просто изучая различные пласты смыслов, вычитываемые из этого слова, мы можем вычленить основные принципы пути левой руки. И тогда сама формулировка Вама Марга предстанет кодированным магическим сообщением, символическим знаком или мантрой, раскрывающей свою суть магу, расшифровавшему ее содержание. То, что само словосочетание способно так много рассказать об уникальной методике инициации пути левой руки, можно отнести на счет его потенциальной жизнеспособности и привлекательности даже для ни разу не удосужившихся взглянуть, что же скрывается под его внешним покровом.
В первую очередь, давайте разберемся с двумя санскритскими словосочетаниями, имеющими при переводе устойчивый эквивалент «путь левой руки». Более старым из этих двух терминов является термин Вама Марга, буквально «левая сторона». (Относительно) более недавний термин Вама Кара значит просто «левый путь»; «руку», видимо, позже добавили западные интерпретаторы, хотя их толкование получило всеобщее признание даже в Индии. Вама Кара часто используется взаимозаменяемо с Вама Марга, хотя для ясности мы будем придерживаться исключительно последнего сочетания. Основной корень и там, и там – вама, что чаще всего переводится как «левый».

Темное направление
…берегись левого, культа Шакти.
– Джеймс Джойс, «Улисс»
«Левосторонность» пути левой руки представляется настолько очевидной частью нашей темы, что часто упускается из виду или некритично принимается на веру. Но изредка нас спрашивают: «А все-таки, почему путь левой руки?» Подобно другим, на первый взгляд, простым вопросам, ответ на недоумение сложен. Поскольку нередко возникает вопрос, есть ли нечто общее между «левизной» Вама Марги и соответствующим политическим направлением, мы должны пояснить, что связи здесь никакой нет.
Многочисленные специфические свидетельства левого направления можно проследить в древнейшей из дошедших до нас религиозно-магической символике древних шумеров Месопотамии, но, складывается впечатление, что это понятие было распространено почти повсеместно. Вот яркий пример: у древних шумеров постоянно говорится о «правом и левом», именно в таком порядке, поскольку считалось, что, упомянув сначала левое – привлечешь несчастье. В наше время эта идея сохранилась в виде таких поверий, что правый ботинок следует ставить перед левым. Месопотамские божества-защитники всегда изображались шагающими вперед с левой ноги – именно так лучше наступать на обитающих слева жутких тварей, которые населяют теневую сторону мира.
В шумерской традиции гадания правая сторона луны считалась добрым знаком, а левая – предзнаменованием зловещим. В этих древнейших цивилизациях, письменные памятники которых до нас дошли, жесты приветствия, благословения и приема пищи всегда делались правой рукой, ассоциируемой с чистотой; эта традиция сохраняется и в Индии. Индийская богиня Кали, самая темная манифестация Шакти, изображается многорукой, гневной и, чаще всего, совершающей ритуальное благословение правыми руками, в левых же она сжимает меч и отрубленные головы – так подчеркивается одновременно очищающая и наводящая ужас природа темной волны.
Звучало немало спекуляций на тему, что древняя увязка правой стороны с добром, а левой со злом просто отражает тот факт, что большинство людей правши – примитивная уверенность в том, что типичное непременно должно быть добродетельным, тогда как необычное значит неправильное. Родители, у которых рождаются дети-левши, часто принимают меры, чтобы скорректировать данную аномалию, «исправить» ее. До сих пор люди стараются избегать пожатия левой рукой, даже те, кто, в общем-то, не страдает суевериями. Потому намеренно повернуть влево значит отклониться от того, что, может показаться, составляет для человека естественное направление, и искусить судьбу. Просто пойти налево, когда традиция велит нам ходить направо – самое первое нарушение табу, совершаемое на пути левой руки, отправная точка в освобождении от привычных человеческих убеждений.
В символическом смысле соприкоснуться с влиянием чьей-либо «левой» силы значит вступить в контакт с теневой стороной бытия, которой боится большинство людей. Левый – это Другой, неизвестное, путь, следовать которым, по всеобщему убеждению, «неправильно», в отличие от протоптанной «правой» дороги.
Во многих языках мира отражено такое неприятие левого. В современном английском языке слово left происходит от староанглийского lyft, т.е. «слабый» или «разбитый параличом» и, среди прочих малоприятных ассоциаций, связано со словом «прокаженный». Синонимом left было староанглийское слово winestra, что означало «более дружественный». Это слово – интересный пример магического употребления лексики. Эвфемистически называя «левое» «более дружественным», говорящий рассчитывал заклясть разрушительные силы левой стороны; по той же причине ревущего волка называют «псинкой».
Слово Sinister («темный»), заимствованное из латинского, разумеется, имеет гораздо больше смыслов – кроме буквальной «левизны», оно несет четко обозначенные негативные коннотации. Среди прочего, оно синонимично malefic («пагубный»). Это значение пришло из древнеримской эпохи, когда оракулы толковали явления, находившиеся на левой стороне (sinistrum), как неблагоприятные знаки. То, что было справа (dextrum: очевидна этимологическая связь с санскритским дакшина), считалось благоприятным знаком. Не вызывает сомнений, что древняя ассоциация слов «левый» (left) и «темный» (sinster) породила мнение о том, что путь левой руки – непременно зло.
Итак, следует ли воспринимать путь левой руки как одну из сторон дихотомии, близнецом-негативом правого? Являются ли пути левой и правой руки на самом деле лишь различными потоками одной духовной реки? Некоторые историки, исследовавшие тантру, предполагают, что Вама Кара и Вама Марга изначально давали своим техникам более подробное описание, а не просто характеризовали их словом «левый». В них вкладывали некое значение, которое уже позднее повлекло за собой прочие интерпретации «левизны».

Шакти и Женский демонизм
Пожалуй, гораздо больше, нежели знание о его темном направлении, для постижения пути левой руки дает тот факт, что второе значение слова вама – «женщина». Вама Марга, собственно говоря, означает «Путь Женщины». И действительно, Вама Марга стала известна как путь женщины задолго до того, как ее назвали левым путем в противоположность пути правой руки. Данное определение схватывает самую суть такого подхода к инициации, фокусирующегося прежде всего на Женском Демонизме Шакти во всех ее образах. Некоторые специалисты по тантре высказывают предположение, что сексуально-ориентированный путь левой руки был на самом деле первой тантрической школой, а путь правой руки развился как намного более поздний, выхолощенный и несексуальный вариант старой системы инициации.
Некоторые древнейшие тантрические тексты, или тантры, о пути правой руки не упоминают вообще, а всю Тантру целиком описывают как путь женщины, Вама Кара. Потому многие учителя тантры продолжают называть всю тантрическую традицию путем левой руки. Эта идея получила распространение среди остальных историков по тантре благодаря выпущенной в 1982 году работе Н. Н. Бхаттачарайя «История тантрической религии». В поддержку его теории о первенстве сексуального пути левой руки относительно целомудренного пути правой руки говорит тот факт, что изначально слово «Каула» обозначало всю тантрическую школу, а также «Каула» – это название одной из старейших сексуальных общин левой руки, которая возникла в северной Индии.
Как мы уже говорили, важнейшим для всех тантрических доктрин и практик – а для Вама Марги в особенности – является постижение Шакти, принципа космической женственности как центральной силы инициации; собственно слово это переводится как «сила». Шакти мыслится не как некая непознаваемая богиня, обитающая в далеких сферах или абстрактный философский архетип. Скорее она представляет собой божественную силу, обретающую воплощение в живой женщине. Для адептов пути левой руки женское тело есть храм божественной энергии, наполняющей жизнью зримую вселенную. Ее вульва или йони воспринимается как алтарь, место, где воспламеняющая энергия Шакти проявляется с наибольшей активностью.
Однако манифестации этого женского принципа не ограничиваются телом биологической женщины. Тантрическое учение считает, что уровень личной силы и могущества, проявляющийся в том или ином индивиде, вне зависимости от пола, определяется объемом шакти, которым эта личность обладает. Более того, для адептов мужского пола важнейший аспект тантризма заключается в стремлении пробудить в себе спиритуальную женщину.
В каком-то отношении, вся физическая вселенная эфемерной материи есть проявление Шакти. Соответственно, адепт пути левой руки не отрицает материальный мир, как это распространено в стандартных духовных практиках – материальный мир рассматривается именно как дорога к просветлению, и самый прямой путь по ней лежит через сексуальный культ шакти в образе живой женщины. Отталкиваясь от данной предпосылки, сексуальная тантра левой руки учит, что работа с непосредственно плотским наслаждением физического тела составляет главный инструмент инициации.
Посвящаемые-мужчины настолько устремлены к Шакти, что в прямом смысле слова ищут путь к пробуждению ее в своем теле и психике. Адепт пути левой руки осознает, что женщины по природе своей наделены загадочным даром магии, прорицания и других черных искусств. Сходство между скандинавской традицией вольвы, женщины-оракула, и культом змеи у предсказательниц Древней Греции свидетельствует о том, что еще с архаичных времен магическая сила мыслилась как имеющая изначально-женскую природу. Потому мужчины-адепты пути левой руки жаждут обрести в себе часть этой женской сути; и данная практика не ограничивалась одной Индией. К примеру, едва ли не во всех культурах шаманы традиционно используют женскую символику, каковая должна помочь им в их визионерских странствиях; это прекрасное доказательство в пользу универсальности принципов пути левой руки.

Иллюстрация
Сфинкс; Франц фон Штук

Итальянский маг-философ Юлиус Эвола, самый компетентный из всех западных интерпретаторов пути левой руки двадцатого века, в главной своей работе «Метафизика пола» 1958 года анализирует универсальную природу женской магической силы, отмечая:

«…в Китае иероглиф ву, обозначавший человека, практиковавшего искусство магии в строгом «шаманском» смысле, первоначально относился лишь к женщинам. Техники, которыми пользовались ву, чтобы вступить в контакт со сверхчувственными силами, иногда носили аскетический, а иногда оргиастический характер; в последнем случае ву, по всей видимости, поначалу совершали свои церемонии обнаженными. Ву должна была обладать молодостью и пленительной красотой, это было условием ее участия в ритуалах; значение иероглифов яо и мьяо – «странный», «тревожащий», «загадочный» описывает качество и атрибуты ву».

Такое приравнивание древними китайцами женской силы одновременно к магическим и по природе своей «непостижимым» энергиям вселенной показывает, как архетип пути левой руки снова и снова проявляется в эзотерических традициях всего мира, совершенно друг другу не родственных.
Узнав о том, как высоко путь левой руки чтит Женский Демонизм, кое-кто из наших читателей, зараженных вездесущими в наше время феминистскими славословиями, столь плотно окопавшимися в современной эзотерической мысли, может сделать ошибочный вывод, что второе название пути левой руки – Путь Женщины – позволяет интерпретировать его как подвид феминистского движения с духовными ловушками. Следует четко усвоить, что таинства эти не имеют ничего общего с политически-корректной концепцией Женщины, пропагандируемой основной массой феминистских доктрин, равно как древние принципы магии и инициации невозможно поставить на службу какой бы то ни было нынешней политической идеологии.
Внушающая трепет темная богиня, плывущая по темному потоку, не имеет ничего общего с идеализированным образом кроткой и миролюбивой хранительницы домашнего очага, столь любезным сегодняшним феминисткам. Женщина Вама Марги не вписывается в воображаемую грезу феминистских псевдоисториков – утопию чудесного доисторического матриархата, где правят мудрые и миролюбивые женщины.
Культ Шакти в концепции пути левой руки не является также и мистической идеей полного равенства мужчины и женщины – собственно говоря, путь левой руки базируется на глубоком убеждении в принципиальной разнице мужского и женского, что составляет центральную идею всякого аспекта практики Вама Марга. Но ни коим образом это не вопрос превосходства и второстепенности. Это просто убежденность в том, что мужское и женское начало представляют собой отдельные феномены. Акт сексуальной алхимии пути левой руки, порождающий спиритуального андрогина, основывается на сознательном соединении полярностей; подобная алхимия будет невозможной, если будет пытаться соединить принципиально одинаковые силы, как на том настаивает современная стратегия в отношении полов.
Стоит лишь однажды увидеть многоликую Шакти в образе Кали с окровавленными губами, украшенную ожерельем из отсеченных человеческих голов и размахивающую смертоносным оружием, чтобы понять, что Женский Демонизм, постулируемый путем левой руки, имеет мало общего с девушкой с феминистского плаката. Еще в меньшей степени Она подходит как образец для подражания женщинам, принимающим подчиненные и привязывающие к дому роли традиционной жены/матери/дочери. Шакти обладает могучей силой в своих многочисленных образах, но будет ошибкой путать такого рода женскую энергию с «полноправием», как склонны выражаться феминистки; путь левой руки не поддается грубой политизации.
На пути левой руки в первую очередь почитается темная сторона женского начала, в том числе в самом его крайнем проявлении (бхаирави) – созидательного разрушения. Кое-где говориться, к примеру, что Шакти способна вызывать ураганы, а они традиционно носят женские имена. Это неистовое качество можно трактовать как архаический образ свирепой охотницы, которая вся в крови от клыков и когтей, или же как более современный образ космических энергий разрушения, проявляющихся в момент атомного взрыва. Один из тантрических текстов описывает Кали как «сияющую светом десяти миллионов солнц, чей цвет черен, словно грозовая туча». Черный Свет, который стремятся постичь члены ряда еретических исламских сект Ирана, или Черное Пламя, о котором говорится в некоторых сегодняшних культах левой руки на Западе, можно уподобить темной стороне Кали-шакти – ее нередко представляют в виде черного всепожирающего огня.
Европейские аналоги принципа бхаирави можно обнаружить в зловещих описаниях женских божеств, в изобилии встречающихся в древних скандинавских религиях. Крупнейший современный исследователь мифологии северных народов Хильда Эллис Дэвидсон дает иное представление о Валькириях или waelcyrge («выбирающие убитых»), весьма отличное от привычного романтического образа аккуратно причесанных светлокосых красавиц, напяливших старомодные шлемы. Дэвидсон рисует мрачную картину: растрепанные валькирии, мчащиеся через обагренные кровью поля по следам сражений, «ткут жуткий узор из оружия, внутренностей и черепов». Поразительное сходство с Кали.
Лин Уэбстер Уайльд в работе «По следам женщин-воительниц» предлагает любопытное описание Шакти с женской точки зрения:

«Шакти… передает качества этой энергии: эротическая, неистощимая, пленительная, пугающая, чувственная, разрушительная – божественная женщина в действии… это активная энергия, и ее четко передают фигуры критской богини-змеи или статуи танцующей Парвати, которые вы можете увидеть в местном индийском ресторане. Это не плодовитая, сонная, мирная энергия земли-матери, столь любезная ее сентиментальным поклонникам. Это яркая, обжигающая жизненная энергия архетипической женщины, выражена ли она в божественной или в человеческой форме».

В связи с данным специфическим аспектом Женского Демонизма, постулируемым путем левой руки, существует распространенное заблуждение, которое следует прояснить, прежде чем углубляться в наше исследование. Многие из западных людей, практикующих сексуальную магию несерьезно, время от времени, могут по ошибке предположить, что ритуалы пути левой руки – это пережиток некогда повсеместно распространенного использования сексуальной энергии ради повышения плодородности земли или племени. Однако эти ритуалы плодородия, некогда распространенные в языческих культурах и зачастую принимавшие формы оргиастических празднеств, на самом деле не имеют ничего общего с особым видом сексуальности, который задействован в темной волне. Первое различие состоит в том, что такого рода общинная сексуальная магия предписывалась религиозными вождями как священная обязанность, как своего рода жертвоприношение личной эротической энергии на благо общины. Эрос пути левой руки полностью избегает социально-одобряемых «мероприятий», связанных с рождением, продолжением человеческого рода, материнством. Эти диктуемые природой силы воспроизводства сознательно перенаправляются на исключительно личную и нематериальную задачу индивидуальной самоинициации.
Мировые религии всегда стремились свести сексуальные возможности женщины к данным ограниченным целям произведения потомства. Даже культ сексо-нанавистничества, например, в экзотерическом христианстве, допускает, что женская сексуальность, направленная лишь на рождение детей, ― здоровое и нравственное качество; при этом прочие проявления женского эротизма с негодованием признаются демоническими. Подавление и ослабление энергии шакти, ее нейтрализация через брак и материнство стоят в ряду тех уз, что последовательно разрушает путь левой руки. Некоторым женщинам, только начавшим постигать магические практики пути левой руки, приходится бороться с контекстом, определяющим их сексуальную личность как жену и мать, препятствующим культивации ими сексуальности темной волны, каковая необходима для постижения и практики Вама Марги. Богиня плодородия не играет никакой роли в культе Женского Демонизма пути левой руки. Да, Кали – это Темная Матерь. Но порождает она майю вселенной, а не только биологических младенцев. Творения Кали имеют принципиально магическую сущность, это не-природное культивирование сексуальной тени или ка, если воспользоваться понятийным аппаратом египетской магии. (Египтяне верили, что без силы сексуальной энергии, сосредоточенной в ка, мертвым нельзя выйти за пределы смертной жизни – эта идея перекликается с философией пути левой руки.)
Женщина-инициатрикс темной волны персонифицирует потусторонний аспект Женщины, которым Мужчине не дано обладать, который он не может подчинить или постичь. Женщина, Обожествленная как блудница и девственница, менада и амазонка, валькирия и суккуб – таковы бесчисленные маски Женского Демонизма. Ее сексуальность, совершенно неукротимая, имеет завершенно-целостный и недосягаемый магический характер, она лишена примитивно-биологической похотливости Женщины как собственности, как рабыни кухни и детских пеленок. Это поклонение теневой стороне женского начала настолько значимо в пути левой руки, что читатель не мог не заметить, что мы ставим его главным критерием универсальной темной волны – без женщины просто не может быть самого пути левой руки.
Подобно всем остальным истинным мистическим силам, чистая шакти-энергия, испускаемая женщиной-инициатрикс, не может сразу открыться адепту-мужчине на начальных этапах инициации. Нечто схожее с сокрушительной силой, которой награждает шакти Вама Марга, встречается и в других мифологических системах. Эллинистическая Медуза, женщина с головой, увитой змеями, чья энергия столь могущественна, что даже герою нельзя смотреть ей в глаза, представляет собой яркий пример радикальной манифестации Женского Демонизма. В этом смысле современным западным адептам-женщинам, возможно, будет сложно овладеть темной стороной своего женского начала, которая имеет ключевое значение для темной волны.
Все эти определения Шакти могут показаться несколько абстрактными. На самом же деле, первоначальный контакт с ней устанавливается путем непосредственного сексуально-энергетического обмена с воплощенной в живом женском теле темной силой. Традиционная инициация пути левой руки всегда передается адепту-мужчине через ритуальное соитие с женщиной-наставницей, звеном в цепи посвященных женщин, несущих в себе жизненную силу темной богини. Подчеркивая важность методики передачи генитальной энергии, эзотерическая наука постулирует, что определенные силы, присущие лишь возбужденному женскому телу, содержатся в ее сексуальных флюидах. По могуществу, которое им приписывают, они сходны с «эликсиром мудрости», предметом поиска европейских алхимиков. Связан с этим материальным женским эликсиром, поглощаемым во время сакрального коитуса, более тонкий поток шакти, эманируемый экстатически гальванизированной нервной системой женщины.
Этот вид эротической инициации, когда адепт-мужчина совокупляется с женщиной другой касты, нередко идет вразрез со строгой кастовой системой Индии, чем усиливается в буквальном смысле «отверженный» характер Вама Марги.
Помимо этого нарушения индуистского социорелигиозного табу, само центральное положение женщины в практиках пути левой руки в индийской культуре обычно воспринимается как вопиющая гнусность. Люди Запада, привыкшие идеализировать повседневность индийской духовной жизни, вообразили себе, что раз в Индии сохранился культ женских богинь, значит, женское начало окружено там большим уважением, чем в нашей культуре. Это не так; женоненавистничество процветает на всех уровнях индийского общества. В некоторых сельских областях рождение девочки считается несчастьем и дурным предзнаменованием; нередки убийства новорожденных женского пола, поскольку они для семьи – бесполезный убыток. Практикуемое путем левой руки возвышение вечно презираемой женщины на уровень носительницы инициатической энергии воспринимается просто-напросто как кощунство. Это особенно верно в отношении общества, где наиболее почитаемые священные тексты отводят женщинам лишь самое подчиненное место, роль покорной супруги и инструмента продолжения рода.
Тантрическое учение стало первым, осудившим ритуал Сати, предписывавший вдовам ритуально сжигать себя вместе с мертвым мужем, поскольку они якобы «нечисты». В противовес ведической традиции и индуистской ортодоксии, «Маханирвана-тантра» говорит: «жена не должна сжигать себя вместе с умершим мужем. Каждая женщина – твой образ. Ты скрыто пребываешь во всех женщинах мира. Та женщина, что в своем заблуждении взойдет на погребальный костер своего повелителя (мужа), отправляется в ад». К тому же из всех индийских религиозных сект одна тантра позволяет женщине быть духовным учителем или гуру. Как отметил по поводу Тантры один удивленный этим учением исламский средневековый автор, она «равно почитает оба пола и не делает различия между мужчиной и женщиной… эта секта называет женщин шакти (сила), и дурно обходиться с шакти – то есть, с женщиной – считается преступлением».
Такое пронизывающее путь левой руки поклонение женщине, которое по понятным причинам не приветствуется в страдающей анти-женскими предрассудками восточной культуре, представляет собой полную противоположность женоненавистничеству, распространенному среди западных магов-мужчин, причем даже тех, кто заявляет о своей приверженности «пути левой руки».

Правая и левая сторона тела
Двойное значение Вама Марга – путь левой руки и путь женщины – будет в дальнейшем акцентировано в тантрическом учении, осмысливающим левую сторону человеческого тела как женскую по своей сути. Таково стандартное объяснение, которое большинство источников дают смыслу пути правой и левой руки. В ритуале пути правой руки облаченная в церемониальные одежды женщина, символически принимающая почести божественной силе Шакти, занимает место справа от посвящаемого мужчины. Во время эротических обрядов пути левой руки полуобнаженная женщина, которой адресовано сексуальное поклонение как образу Шакти, располагается слева от него. Да, это верно, именно так все и происходит, однако все объяснение терминологии к вышеприведенной детали не сводится.
К тому же Тантра признает существование в физическом теле нематериального, тонкого тела, каковое, как принято считать, питается потоком жизненной силы, проходящим по трем вертикальным энергетическим каналам: по центру проходит сушумна, ее окружают ида с левой стороны и пингала – с правой. Другое название для ида – лунный канал, для пингала – солнечный, что отражает древние ассоциации левого с женской силой луны, а правого с мужской энергией солнца. Левосторонняя ида имеет красный цвет, правосторонняя пингала – белый. Данная цветовая символика имеет большое значение в индуистском пути левой руки и находит отражение в ритуальном смешении белой спермы и алой менструальной крови, которое практикуется в тантрической сексуальной алхимии.
И здесь мы встречаемся с фактором, имеющий огромное значение для понимания сути Вама Марга. Тантра учит, что энергия поступает в тело через лунный левый канал – это женская, темная волна – а покидает через правый, солнечный. Адепты традиционного пути левой руки стремятся обратить вспять это естественное течение с помощью упражнений по контролю дыхания и используя силу воли. Темный поток черной лунной женственности называют отрицательным полюсом (–), а проходящий справа поток солнечной мужественности – положительным (+). Сексуальные обряды левого пути принято выполнять в соответствии с определенными фазами лунного цикла женщины-партнера, исходя из замеченной связи менструации и сексуальной чувственности.
Последователь пути правой руки довольствуется сохранением гармонии природы. Посвященный темной волны сознательно обращает реку энергии вспять – это божественный акт, дающий власть над законами вселенной и подчиняющий их личной воле адепта. Тело магически осмысливается как микрокосм; меняя естественное движение соматических энергий, посвящаемый схожим образом оказывает глубокое влияние на макрокосм самой вселенной. Также считается, что меняя направление тонкого энергетического потока от мужского правого к женскому левому, посвящаемый пробуждает в себе женскую божественность.
Тантрическое понимание левой стороны тела как женской, а правой как мужской выразил экстатический поэт-танрист Рампрасад Сен: «внутренняя река Ганг течет по правую руку, подобно расплавленному Солнцу, внутренняя река Джамна струится по левую руку жидкой Луной». Хотя попытки объяснить древнюю метафизику данными современной науки способны дать лишь, мягко говоря, сомнительные результаты, тем не менее любопытно сравнить то, что нам сегодня известно о функциях правого и левого полушария мозга с тантрической картой тела. Правое полушарие, управляющее противоположной, левой стороной тела, предположительно отвечает за традиционно считающиеся «женскими» свойства – креативность, интуицию, эмоциональность, магическое/поэтическое мышление – лунные качества, ассоциирующиеся с постижением пути левой руки и энергией Шакти. Левое полушарие, управляющее правой стороной организма, принято связывать с рассудком, логикой, анализом – функциями солнечного, «мужского» сознания.
Немаловажно то, что, как правило, сексуальные ритуалы пути левой руки осуществляются ночью, при свете «женской» мрачной луны, в то время как адепты пути правой руки скорее предпочтут заняться духовными практиками днем, при свете, как и положено, «мужского» солнца. Во времена, когда секреты инициации пути левой руки тщательно скрывались от посторонних, некоторые последователи учения Вама Марга нередко выполняли традиционные, социально одобряемые индуистские церемонии днем, оставляя занятия пути левой руки «на ночь». По сей день, как и следует из тантрических текстов, обряд обращения к Шакти-Кали по традиции проводится в полночь на безлюдных кремационных площадках. Эротические ритуалы китайского пути левой руки или Инь-дао («тайный путь») всегда начинаются после полуночи. Не удивительно, что западная Черная магия также творится в основном в ночные часы. То есть, всем известный образ западного черного мага, призывающего демонов на пустынном кладбище в полнолуние, не так уж отличен от практик восточных тантристов пути левой руки.
Каббалистический текст тринадцатого века, предоставленный нам одним из наших коллег, показал, что ассоциирование лево-текущего потока энергии с женской сексуальной силой свойственно не только тантрической сексуальной магии. Скорее это повсеместно распространенный, не ограниченный конкретной эпохой признак темной волны. Данный документ, носящий название «Трактат о левой эманации», обещает читателю следующее: «Я открою тебе удивительную вещь. Тебе уже известно, что мрачный Самаэль и злобная Лилит подобны любовной паре, и каждый из них при помощи посредника получает мрачную и злобную эманацию от него и сам испускает ее к другому».

Иллюстрация
Лилит. Мишель Дезимон

«Удивительное новшество», скрывающееся за дьявольским символизмом верховного суккуба Лилит и ее спутника, ангела смерти, как несложно увидеть, кажется совершенно аналогичной передаче протекающей по левой стороне сексуальной энергии – центральному моменту сексуальной инициации Вама Марги – от «одного … к другому». Тот же самый текст сообщает, что Дерево Жизни, стоящее в сердце Каббалы, также разделено на правую/мужскую и левую/женскую половины.

Путь добровольного изгоя
Тантрические тексты также подчеркивают третье значение Вама – «противоречащий». Этот весьма значимый аспект противоположности недвусмысленно подчеркивает, что путь левой руки в самом чистом его виде всегда отличает радикальное противостояние. Его метод инициации основывается на культивируемом самоотстранении и сознательном отказе от божественных, природных и человеческих законов. Через активное и однозначно запретное обожествление радикально Другого идущий по пути Вама Марги перешагивает прежде прочные границы, добровольно становясь отверженным, преследующим собственную цель созиданием своей автономной воли. Хотя авторы предыдущих работ пытались обелить, либо хоть как-то сгладить сей воистину подрывной аспект инициации левой руки, ищущий, по-настоящему воспринявший это антиобщественное учение, ступает на путь осознанного, даже методичного иконоборчества, откуда свернуть невозможно.
Такого рода сакрализированный уход от установленных законов и обычаев, в особенности – затрагивающих сферу сексуального, не стоит огульно смешивать с пустыми актами социального протеста. Он подобен скорее презрению бога к любым ограничениям, связывающим непосвященных по рукам и ногам. Это принятие на себя высшей ответственности за свои действия.
Именно потому, что посвященному адепту темной волны дается свобода от табу, тантрическая традиция не устает подчеркивать, что путь левой руки не может быть выбором обычного человека, здесь требуется личность героического склада. Слабый, либо неподготовленный разум, слегка ощутивший вкус пугающих вершин полубожественного сознания, не способен к трансформации опытом – в лучшем случае он (она) станет не более чем банальным преступником, совершенно бессильным существом, обреченным на саморазрушение. Цель противоречивой природы пути левой руки – достичь более тонкого уровня бытия; осознанный разрыв с привычными запретами задумывается ради пробуждения трансчеловеческого сознания. Если поместить эту мысль в более понятный для читателя западный контекст, можно привести пример Люцифера, восставшего против деспотии Бога не для того, чтобы быть заклейменным как преступник, но дабы самому стать Богом.
Если Вама значит «противоречие», а Вама Марга – возведение противоречия в спиритуальный принцип, следует усвоить, что путь левой руки никогда не станет дорогой тех, кто ищет просветления в спокойствии и ясности. Темная волна есть реализуемый конфликт, и просветление здесь достигается через трение – не только в сексуальном смысле. И часть этого конфликтного духа – в имманентной связи левого пути с сущностью воина.
Индийская традиция пути левой руки почитает темную богиню Кали как за ее всепоглощающее эротическое могущество, так и за разрушительную силу воительницы и разрушительницы вселенной. Вне данной традиции (причем, считать совпадением это нельзя) – многие божества, которым поклонялись современники магов пути левой руки: египетский Сет, месопотамская Иштар/Бабалон, ацтекский Тескатлипока и скандинавский Один – были богами войны, т.е. крайним выражением противоречия. Если прослеживать подробнее связь пути левой руки с cultus воина, мы уйдем от темы данной работы. И все-таки стоит здесь отметить наличие существенной разницы между хорошим солдатом, который исполняет приказы, будучи слугой государства, и Воином пути левой руки, сражающимся за свое просветление.
Еще одна, нередко упускаемая из виду, ассоциация со словом вама и левым течением в Индии – экскременты. Левой рукой индусы подмываются, и потому традиционно она связывается со всем «нечистым». Данное значение нечистоты весьма важно для касты брезгливых брахманов, и по доброй воле воздействовать на табу на дерьмо будет мощной провокацией, т.е. характерным упражнением в противоречии. Также это означает, что посвященный пути левой руки приемлет – подчас активно приемлет – аспекты существования, отвергаемые ортодоксальными духовными учениями как бесполезные и вредоносные. Повсеместно распространенное во многих сообществах запрещающее отношение к экскрементам подчеркивает, что на протяжении всей свой истории путь левой руки нередко считался чем-то омерзительным. Радикальная секта пути левой руки Агхора издавна снискала дурную славу как раз из-за ритуальной копрофагии – поедания дерьма, возведенного до сакрального таинства. Адепт пути левой руки действует в сфере физической материи, находя эфемерные феномены «этого мира», в их числе – человеческое тело и телесные наслаждения – фундаментально привязанными к «миру иному» вечного и божественного. Со значением Вама – «экскременты» сближается общепризнанное определение этого слова как «опорожнение». Санскритское vamati = он блюет (he vomits) дает английское vomit («блевотина»), т.е. вама, помимо прочего, – это выбрасывание отходов в широком смысле. Концепции пути левого течения, пути женщины, пути противоречия – каждая из них по своему привлекательна, но кто изберет путь дерьма и блевотины? Высказывались даже мнения, что эти отвратительные коннотации придуманы специально, чтобы отвратить от учения неискренних последователей.
Но куда важнее то, что хотя на пути левой руки стремятся к сознанию, подобному божественному, один из методов достижения этого состоит в принятии того, что презирает общепринятая мораль, в добровольном покрытии себя позором, который не даст возвратиться к стандартам, одобряемым всеми. Историк тантры Филип Роусон отмечает: «гордость за свое место в обществе и добродетель – самый коварный и ущербный из всех ментальных блоков на пути к освобождению. Тантрист должен идти на поступки, разрушающие до основания социальный статус и самоуважение».
Для западной психологии с ее примитивным культом самоуважения последовательное избавление адепта пути левой руки от этих самых тщательно взлелеянных препятствий, разумеется, покажется проявлением безумия. Но именно подобные действия ведут шаг за шагом к вершинам пути левой руки. Ключевой этап в постижении непрочной природы майи, а в этом и состоит работа мага, заключается в экспериментировании с условными социальными ролями и статусами, через которые человеческие животные смиренно учатся знать свое место в сложившейся общественной иерархии. Долг плебеев мужского и женского пола – рабски трудиться, чтобы произвести нужное впечатление на имеющих власть, стараться доказать, какие они хорошие члены племени, в надежде на снисходительную похвалу хозяина. Но свободный и самодостаточный человек сам хозяин свой судьбы и может преступать правила приличного поведения и респектабельности, определяющие обезьянье мировоззрение. Посягнуть на социальные нормы – это всегда риск; именно через такое решительное противоборство с этими рисками частично определяется героическая личность - вира – на высоких этапах инициации пути левой руки.
Относительно недавняя европейская интерпретация данного аспекта практики пути левой руки была предложена Питером Трейси Коннором в работе «Жорж Батай и мистицизм греха». Рассуждая о поисках французским порнографом-мистиком духовного экстаза в этих «неуправляемых элементах… [которые] общество отвергает, дабы сделаться упорядоченным и продуктивным организмом», Коннор отмечает: «Все, что почитается недостойным, начиная от отбросов, мерзостей, нечистот… выходит на поверхность художественных текстов [Батая]… описываемые им объекты … несут налет «сакрального», поскольку были принесены в жертву социальным ценностям». Предложенное Коннором описание пристального внимания Батая к той зоне бытия, «где обитает отвергнутое и неподобающее», управляемое силой, «разрушающей обычный ход вещей», позволяет нам интерпретировать тексты писателя как современный западный вариант пути левой руки. К этому автору мы еще вернемся.
На низшей стадии трансформации Вама Марги стоит стадное животное или пашу, связанное по рукам и ногам нормами «приличного поведения». Подобно этому ярмо принуждает трудиться вьючный скот. Пашу стремится угодить хозяину. Герой пути левой руки сбросил цепи, надежно удерживавшие его от свободы.
Одна из причин относительно дурной репутации и маргинального положения пути левой руки в спектре индийских духовных учений частично носит социально-обусловленный характер, опять же в связи с кастовой иерархией. Тантрическая Вама Марга изначально складывалась в рамках древних традиций исконного дравидийского населения индийского субконтинента и в гораздо меньшей степени подверглась влиянию ведийской философии брахманизма, принесенной в страну индоевропейскими завоевателями. Очевидная историческая связь ее происхождения с низшими кастами обусловила не утраченный и по сей день асоциальный характер ее инициатической традиции. Это усиливает неприятие ортодоксальной религией еретических женского и «противоречащего» аспектов.
Шива и Шакти, центральные божества тантризма, перешли из доарийской мифологии в пантеон завоевателей Индо-Гангской равнины. И посему, несмотря на оказываемое им поклонение, для среднестатистического индуса в их культе есть все же что-то неподобающее, особенно в том, как этот культ мыслится в тантре пути левой руки. Шива представляет собой позже появившийся аналог грозного Рудры Ревущего, яростного божества, повелевавшего такими нежелательными явлениями как бури, болезни, ограбления. По сей день Шиву считают покровителем всех, преступивших общественные нормы – от святых людей до преступников. В ряде древнейших документов Шива носит имя Вама, что дает возможность еще одного истолкования термина Вама Марга – путь Шивы. Очевидна его связь с распространенным фаллическим культом, принесенным завоевателями Индии, который был запрещен брахманизмом как гнусная ересь и, тем не менее, дожил до наших дней в образе Шивы, вытеснив культ Рудры. В шиваизме лингам символизирует фаллос, выражающий принцип лишенного формы и тела сознания. В Ведах, арийских текстах, фаллический культ открыто критикуется.
Подобным образом шактический культ йони, почитающий вульву как воплощение таинственной движущей силы, наполняющей жизнью все сущее, можно сопоставить с доарийским сексуальным культом местных богинь неолитической эпохи. Пантеон навязанной Индо-Гангской равнине арийскими завоевателями религии почти целиком состоял из абстрактных небожителей мужского пола. Насильное введение этого мужского сонма вынудил приверженцев Шакти скрываться многие века, пока их культ не пережил второе рождение сперва в индуизме, а затем в динамичной форме тантризма. Противопоставляемые мужским божествам солнечные небесные богини ведизма, игравшие главную роль в изначальной индийской цивилизации, были хтоническими. Все они в той или иной форме повлияли на формирование образа шакти.

Приход и уход – секс внутри смерти
Есть одна отторгаемая, нежеланная субстанция, играющая свою роль в восточных практиках пути левой руки – это мертвое тело, в индийской культуре имеющее особый статус. Путь левой руки активно учит познанию тела на пике эротического наслаждения, когда оно сильнее всего наполнено жизненной и творческой энергией, и столь же настойчиво проповедует глубокое постижение тела на низшей стадии угасания, в распаде смерти. Противопоставление Секса и Смерти есть одна из многочисленных оппозиций, составляющих ткань тантры, стоящая в одном ряду с более очевидной антитезой сексуальных энергий Женщины и Мужчины.
В Индии похороны мертвеца поручают лишь низшим кастам. Для всех остальных даже дотронуться до трупа, особенно человека более низкой касты, считается страшнейшим осквернением. Неприкасаемые, на которых возложена грязная работа по захоронению человеческих останков, также обязаны убирать нечистоты за представителями более высоких каст.
Поэтому адепты пути левой руки, с радостью выходящие за все общепринятые рамки, нередко выбирают «нечистые» места кремаций для проведения магических ритуалов и занятий медитацией. Не столь редки случаи, когда последователи пути левой руки выполняют свои духовные упражнения на территориях, огороженных заборами из человеческих черепов. Животные, питающиеся падалью – например, шакалы, грифы и вороны – часто ассоциируются с путем левой руки, выполняя функцию магического талисмана, подобно «животным-хранителям» в европейской традиции черной магии.
Сексуальные обряды Вама Марги, как правило, отправляются ночью в окружении обугленных полусожженных трупов, возле открытого огня пылающих погребальных костров. В качестве упражнения в постижении трансцендентальной двойственности в подобной мрачной обстановке посвящаемому-мужчине часто дается приказ мысленно представлять себя и свою благоухающую, желанную спутницу в образе отвратительных, гниющих трупов, причем даже в разгар самого сладостного физического наслаждения. Другая медитация предполагает визуализацию одного из любовников в виде грозной Черной Кали кладбищ, облаченной в юбку из отсеченных человеческих рук, разрывающих адепта на куски в «смертельный» момент оргазма. Как любят повторять тантристы: «Все цвета поглощаются черным так же, как все живое переходит в Кали».
Всякий пытающийся дать рациональное объяснение упражнениям пути левой руки в сексе-внутри-смерти попадает «пальцем в небо». В какой-то степени эти практики нацелены на прерывание свойственной разуму тенденции, бесконечно рационализирующей, распределять противоположные силы по аккуратным, несвязанным одна с другой отдельным категориям. Отсюда становится возможным понимание, что столь контрастные явления – секс/смерть и желание/отвращение – на самом деле не есть противоположности, каковыми они обычно представляются. Помимо этого, практикуемое в темной волне смешение гнусного и эротического направлено на развитие у адепта бесстрашия перед лицом всевозможных чувственных проявлений. Красота и безобразие, наслаждение и боль, радость и горе воспринимаются как переплетающиеся нити в узоре майи.
Следует отметить, что люди западной культуры, с готовностью воспринимающие приятный сексуальный аспект ритуалов пути левой руки, редко развивают в себе в той же мере необходимое отношение к смерти, свойственное традиционному пути левой руки. инициация через физические радость и наслаждение имеет огромную значимость в Вама Марге. Тем не менее, ритуал в равной мере сопряжен с преодолением страха через соприкосновение со смертью. Именно крайняя форма выражения отказа от нормативных социально-одобряемых ценностей, отвержение которых должно влечь за собой характерное для Вама Марги приятие отвергаемых проявлений существования, показывает разницу между интеллектуальным дилетантом, которого привлекли кое-какие из популярных внешних качеств пути левой руки, и истинным посвященным, готовым пройти радикальное преображение.

Кали-юга
В Тантре – и в Тантре пути левой руки особенно – проявился столь радикальный разрыв с предыдущими учениями, связанными с посвящением, что Вама Марга считается формой просветления, достижимой лишь при особых исторических условиях, превалирующих в данный период времени.
А если быть точнее, путь левой руки «разработан» для конкретных условий сегодняшнего времени мрака и распада – Кали-юги или эры Кали. Согласно «Вишну Пуране», мир покроет тьма Кали-юги, «когда общество придет к тому, что знатность будет определяться богатством, достаток будет единственным источником добродетели, кроме страсти ничто не будет связывать мужа с женой, обман поможет добиться успеха в жизни, а внешние иллюзии заменят внутреннюю религию». В эзотерическом смысле, если верить текстам, заявленная цель тантрической темной волны состоит в определении методики достижения просветления в эру хаоса, насилия, повсеместного социального упадка и духовного невежества, в которой нам, как ни крути, довелось жить.
По метафизической хронологии пути левой руки человечество живет в таких духовно-ущербных условиях много тысячелетий, и конца им не предвидится как минимум еще 200000 лет. Лишь тогда мрачная эра Кали завершится окончательным катаклизмом и немыслимыми финальными кошмарами. Тогда откроется всеразрушающий глаз Шивы, пробудившегося от абсурдного кошмара истории. Однако этот неизбежный ход вещей развивается не по линейной схеме; из пепла кремационных площадок грядет возможное обновление, цикл повторится вновь, и так будет вечно.
Суровые замечания о жизни в Кали-юге – не продукт свойственного тантристам духа морального осуждения. Это, прежде всего, объективное признание свойств нашей эпохи. В таком жестком контексте, как бы вопрошает тантрист, какие способы инициации работают лучше всего? И отвечает: лишь Тантра и радикальные практики пути левой руки способны указать верную дорогу к просветлению для живущих в темном веке Кали. Поскольку злая эпидемия требует сильных лекарств; крайние условия означают крайние меры. По этому поводу тантристы часто туманно высказываются насчет того, что только яд победит яд.
Из-за таких качеств Кали-юги тантристы с готовностью принимают то, что было названо опасным и запрещено ортодоксальными традициями иных времен. Таким образом, адепты пути левой руки любят повторять, что они «имеют дело с ядовитым гадом», «седлают тигра» и «ходят по лезвию меча». Но многоуровневую методику Тантры отличает то, что в вечно меняющемся непостоянстве майи ничто нельзя постичь лишь с одной точки зрения; существует – по меньшей мере – два способа взглянуть на Кали-югу: внешние экзотерические и внутренние эзотерические, явные и скрытые биполярные формы, столь часто проявляющиеся в осмыслении мира последователями пути левой руки.
Кали-юга мыслится как последняя эра, Железный Век, завершающий цикличную смену четырех Эонов, первым из которых была давно позабытая Сатья-юга, Золотой Век, завершившийся много тысяч лет назад. Для последователей Тантры ниспосланные богами учения о самоограничении, аскетизме и самоотречении, вдохновлявшие Золотой Век, ныне утратили смысл, а священные тексты, некогда направлявшие духовное развитие человечества, превратились в неживые буквы на бумаге. «Маханирвана-Тантра» сообщает, что в нашей Кали-юге все священные книги прошлого «бессильны, словно змея без яда и, если можно так сказать, мертвы». Более того, утонченные духовные учения Золотого Века оказываются бесполезными для людей этого Эона, о которых безжалостно говорится, что они «неспособны сдерживать себя, обезумели от гордыни, навеки погрязли в грехах, развратны, прожорливы, жестоки и бессердечны, несдержанны на язык, лживы, а жизнь их коротка».
Прийти к просветлению в Железной Кали-юге можно только через те деяния, которые некогда мыслились презренными. И потому посвящаемый пути левой руки зачастую ищет освобождения в безлюдных местах, где правит бал смерть, сознательно бросая вызов тому, что внушает страх и ужас. Тот, кому ведомо, что наше время принадлежит Кали, стремится к вещам и явлениям, от которых непробужденный разум отворачивается, поскольку они «плохие», превращая отвергнутое в священное само по себе. Адепт, улавливающий дух Кали-юги, осознает, что Абсолют и божественное постигаются цельностью опыта, куда входят в том числе – возможно, в первую очередь – земные радости и чувственные наслаждения, порицаемые в аскетических практиках посвящения. Сюда же относится сексуальное воссоединение мужской и женской полярностей. А точнее, Женщина сама по себе, являющаяся живым воплощением энергии Кали на нашей планете, отныне открывает дорогу к просветлению. Посвященный в Кали-югу не может прийти к высшему состоянию сознания, отвернувшись от распадающегося и беспорядочного мира, либо отринув как беспочвенные иллюзорные проявления майи, как советовали духовные школы прошлого.
Восточные ортодоксальные духовные учения настаивали на том, что мокша, или освобождение, постигается лишь тогда, когда посвящаемый отказывается от всего своего опыта познания физического мира, поскольку ловушки иллюзорности должно избегать любой ценой. Это нередко сопровождалось сознательным сосредоточением на якобы жуткой ситуации, царящей в человеческой среде. Данное отрицание всего бренного часто фигурирует в буддийских текстах, стенающих по поводу земного колеса скорбей с припевом, что сарвам дукхам – все есть страдание. А самый злосчастный, приводят нас к мысли – это ненасытный демон Кама (желание), заставивший нас держаться за иллюзорную плотскую оболочку. Традиционный буддизм и индуизм громко говорят майя свое яростное «Нет!» и стремятся к полному забвению в ослепительно белом свете нирваны.
Этому вероучению забвения противостоит тантрическая концепция пути левой руки, чьи сторонники радостно отдаются игре майи, неважно, принимает ли она форму острых наслаждений во время эротической инициации или предстает в виде ужасов кремационных площадок. Тантрист-посвящаемый Кали-юги не отрекается от мира, но активно пользуется всеми сторонами его феноменов, превращая все силы сущего в источник энергии для просветления. Это радостное приятие всех сфер реальности – в том числе традиционно почитаемых вредными или обманчивыми – как в равной степени правомерных, есть даруемое в Кали-юге противоядие от болезни отрицания мира, утверждение майи, потворствующее доселе предосудительному культивированию магических сил и сексуального экстаза.
Что непосвященным оценивается как позорное или отвратительное, для адепта учения Вама Марга – волнующий танец Шивы и его шакти Кали. Часто звучит ошибочное мнение, что принять реальность Кали-юги означает погрузиться в бессильный пессимизм фаталиста, со дня на день ожидающего Страшного суда. Наоборот, настроение у путешественника левой руки в Кали-юге связано с сильнейшей радостью. По этому поводу стоит рассмотреть образ самой Кали – жестокой, неистовой, украшенной ожерельями из черепов и отсеченных голов, с высунутым языком, наводящим на мысль о жажде крови и плотской несдержанности. И все-таки последователь Вама Марга восторженно созерцает этот воплощенный хаос и столь же страстно приемлет свою эпоху ужаса.
Даже вступая в противоречие с подчас кошмарной природой существования в Кали-юге, адепт пути левой руки никогда не утрачивает глубокого ощущения священной игры, повторяющей игры богов. Санскритское слово лила (игра) часто употребляется в индийской мифологии для описания духа божественной игры, наполняющего эротические контакты богов и богинь, а также означает отчужденность, всегда сопряженную, однако, с легкостью, с которой те создают и разрушают целые вселенные, искусно забавляясь с майей.

Иллюстрация
Дакшинесвар. Зина

Человек западной культуры может поймать этот позитивный настрой по отношению к существованию, свойственный порожденному Кали-югой пути левой руки, обратившись к одному высказыванию Фридриха Ницше в «Веселой науке», где он говорит, что единственное, чего он желает – это быть «Ja-Sagender», т.е. «всегда говорящим «да»». В «Сумерках богов» Ницше призывает «[пребывать] с радостным и доверчивым фатализмом среди Вселенной», допуская, «что в целом все искупается и утверждается, – он больше не отрицает...» Это, по сути, совпадает с принципами тантрической философии. Ницше, стоит отметить, в совершенно антихристианском духе нарек этот взгляд на жизнь «дионисийским» в честь бога-андрогина иступленной пляски и божественного опьянения; позже мы рассмотрим это поразительное совпадение с метафизикой пути левой руки.
Один из всем известных секретов Кали-юги состоит в том, что посвященные в ее внутренние тайны называют ее не иначе как истинным Золотым веком, постигая скрытое за ее пресловутым «внешним железным покровом» в акте визионерской алхимии. В самом низшем таится наивысшее.
Чтобы обозначить контраст свойственного Кали-юге подхода к инициации с помощью антитезиса, тантрический путь левой руки особо подчеркивает свое расхождение с буддийским постулатом о том, что Желание (кама) представляет собой величайшее препятствие на пути к духовной свободе. Напротив, сознательное пробуждение полной силы эротического желания и плотской чувственности в состоянии вызванной волевым усилием ясности разума мыслится в Кали-юге как ключ к самообожествлению. Важно понять, что здесь мы не имеем в виду повседневную, спокойно текущую сексуальность, уверенно сжимающую в своих тисках большую часть представителей человеческой массы. Адепт пути левой руки ищет трансцендентного Эроса, соединенного с самообладанием проснувшегося разума.
В конце концов, миллионы созданий Кали-юги находят утешение в тысячах видах наслаждений. И все же нельзя сказать, что типичные для непосвященного радости жизни способны привести его к освобождению или самообожествлению – они, сколь сладостны бы ни были, просто приносят временное облегчение либо отвлекают от условий, в которых человек вынужден существовать. И как мы увидим, когда рассмотрим традиционные требования, предъявляемые к тем, кто вступает на тантрический путь левой руки, Вама Марга создана не для животного по сути своей мира, где живет большинство людей, стремящихся удовлетворить похотливые страсти и аппетиты, подобно бесчисленным собакам Павлова.
Тем не менее, невзирая на эти требования, данная философия – аморальна и стоит вне дуализмов вроде высшее и низшее, добро и зло, тело и душа; энергия Шакти через сексуальные ритуалы постигается интуитивно как основа всего сущего. Овладение сексуальной энергией, понимаемой как базовая составляющая человеческой жизни в плотской оболочке, считается тайной дорогой к освобождению. Этой бесконечно изменчивой эротической энергией манипулируют сексуальные маги, ища абсолютной, подобной божественной, автономии в этом мире. Учение говорит, что научиться использовать эту энергию – невозможно для большинства человеческих тварей, которым не суждено оправиться от встречи с жуткой природой главной божественной силы, управляющей Кали-югой – силой богини Кали. В этом Эоне лунный, темный поток Женского Демонизма достиг наивысшей своей точки; такой духовный контекст позволяет преодолеть все границы и насладиться свободной игрой созидательного хаоса, если избавишься от сдерживающего мужского принципа.
Западные маги, впервые приблизившиеся к пути левой руки, нередко находят излишне запутанными санскритский понятийный аппарат и культурно чуждую им индийскую Вама Маргу. И несмотря на сей факт, в любой культуре и во все времена визионеров посещали откровения, доказывающие вселенскую и повсеместную сущность пути левой руки, хотя те и не имели представления о тантрических концепциях. На Западе, как нам удалось установить, традиции инициации пути левой руки наиболее верно переносили в новый контекст не оккультисты, а обладающие способностями медиума представители мира искусств. Взгляните на приведенный ниже отрывок из «Бракосочетания Рая и Ада» Уильяма Блейка, написанного в 1790 году. Маловероятно, что английский поэт имел хоть малейшее представление о концепции энергии Шакти, которую предлагает традиционный путь левой руки, и все же он великолепно иллюстрирует суть темной волны, тем самым предлагая читателю настоящую западную Тантру.

«Все священные книги – причина Ошибочных мнений.
1. Что человек разъят на Тело и Душу.
2. Что Действие, то есть Зло, от Тела; а Мысль, то есть Добро, от Души.
3. Что Бог будет вечно казнить Человека за Действия. Но Истина – в Противоположном:
1. Душа и Тело неразделимы, ибо Тело – частица души и его пять чувств суть очи Души.
2. Жизнь – это Действие и происходит от Тела, а Мысль привязана к Действию и служит ему оболочкой.
3. Действие – вечный восторг»*. (* Перевод А. Сергеева.)

Стоит обратить внимание, что Блейк называет пять чувств «очами души»; в Тантре также особо подчеркивается, что чувства – это самые эффективные инструменты инициации в Кали-юге. В двух тантрических текстах, «Каливиласа-Тантра» и «Маханирвана-Тантра» указано, что гигантский всплеск необузданной женской эротической энергии, воплощенный в Кали, можно открыто использовать для инициации лишь в ее Эоне. В прежних Эонах, согласно этим книгах, темные учения об инициации и превращении себя в бога через плоть держались в тайне, чтобы не позволить человечеству злоупотреблять потенциально опасными действиями. Сегодня тайну можно раскрыть, поскольку некогда скрываемый и запретный путь левой руки рассматривается как самый уместный метод пробуждения в нашу эпоху тьмы. Древние запреты были сняты и аннулированы наступлением времени Кали, времени хаоса – бывшее когда-то кощунственным отныне свято, все прежние нормы изменены на свою противоположность.
Таково строго экзотерическое значение Кали-юги. Маг пути левой руки, однако, проникает глубже обозначенных внешних проявлений, стремясь напрямую познать внутреннее смысловое наполнение традиционных символов всех существующих мифологий. С инициатической точки зрения, стоящие вне понятия времени Кали-юга, предвещающая конец, и предшествовавший ей Золотой Век, когда мир был совершенен, мыслятся скорее как символические формы, обозначающие уровень инициатического бытия, чем как привязанные к реальному времени периоды. То же самое относится ко всем Эоническим эрам, предложенным мировой мифологией.
В Апокалипсисе христианской традиции, к примеру, мы узнаем эпоху, весьма схожую с Кали-югой, о которой говорится, что в ней будет царить хаос и раздор, а божественные законы будут нарушены. Есть божество, правящее тантрическим Эоном подобно Кали, говорится о том, что Вавилонская Блудница (еще один зловещий символ Женского Демонизма) будет царить в эпоху Апокалипсиса (греческое слово apokolypis означает «времена откровения»). Примитивные христианские секты, все воспринимающие буквально, ждали и ждут предсказанного конца света – с явлением Блудницы и Антихриста – вот уже тысячи лет, не в силах догадаться, что подобно Кали-юге, конец света, наступления которого они с таким ужасом ожидают, есть инициатическое состояние сознания.
В других мифологиях мы обнаруживаем аналогичные эпохи тьмы и разрушения, воспринимаемые буквалистами как исторические периоды, но посвященными понимаемые как внутренние трансформации. Рагнарек, или Неизбежный Рок, в нордической традиции – пожалуй, более всего известный как Götterdämmerung («сумерки богов») – предсказывает время, когда жуткий волк Фенрир, выпущенный на волю злокозненным Локи, проглотит солнце и тем самым уничтожит мир людей и богов, со страхом ожидающих предначертанного им исхода. Подобно Кали-юге Сумерки Богов представляются как эпоха, когда человек позабудет о чести, брат поднимет руку на брата и все освященные веками духовные законы истины будут попраны. Точно так же, как Кали и остальные гневные и внушающие ужас божества достигают расцвета своей власти в Кали-юге, Рагнарек освобождает от цепей выводок чудовищ вероломного предателя Локи, и те переворачивают установленный богами порядок.
Подобным образом и в Мексике ацтекские жрецы учили, что в страшное время Пятого солнца погибнет сам космос. С выгодной эзотерической точки зрения пути левой руки, наступление всех этих на первый взгляд внешневременных эпох отчаяния встречается с радостью, их приход даже восторженно стремятся ускорить, поскольку узнают в них внутренние процессы крайнего само-метаморфоза, когда разрушаются давно установленные реальности, чтобы взамен собственной волей сотворить новое состояние бытия.
Санскритское слово юга, как и греческое слово эон (aion), используемое в гностической традиции, можно поверхностно трактовать как «временная эпоха». Если копать глубже, это психический феномен, вечность, существующая вне времени. Эон Гора Алистера Кроули, объявленный им в 1904 году н. э. вызвал некоторое замешательство в западных магических кругах, поскольку Кроули в буквальном смысле – и неправильно – понимал под Эоном хронологический период, конкретный отрезок линейного времени.
Более того, трактовка понятия Кали-юги как объективно существующего явления едва ли соответствует исторической действительности. Кажется, что человечество во все времена упорно предавалось саморазрушению – и никаких признаков волшебной Сатьи-юги или Золотого века, по всей видимости, как не ищи, нигде не найдешь. Старых добрых дней просто не было – и, изучая историю относительно недолгого пребывания человечества на нашей планете, понимаешь, что homo sapiens в настоящее время так и остался столь же духовно невежественным, жестоким, безумным и суетным, каким был в кровавые минувшие времена. Более того, когда маг пути левой руки соглашается с посылкой, что он или она живет в Железном веке или Кали-юге, а путь левой руки есть самое действенное средство инициации в данном Эоне, это следует понимать как эзотерическую истину, выраженную языком мифологической символики, а не как «истину» из разряда тех, о которых читаешь в утренних газетах. Речь идет о более глубоких вещах, нежели исторические реалии.

Иллюстрация
В Идоле Извращения Жана Дельвиля показан универсальный образ женщины как богини-змеи.



II.
ПРОБУЖДЕНИЕ ЗМЕИ
Инициация левой руки



Игры с майей – магия пути левой руки
Западных сексуальных магов особенно привлекает в философии пути левой руки тот момент, что это учение предлагает «мост» между магией и инициацией. Вряд ли человек, обладающий даром к сексуальной магии, рано или поздно не столкнется с имеющей гигантское значение дилеммой мистического характера, подобным же образом любые, хоть сколько-нибудь глубокие, мистические поиски обязательно будут способствовать обретению дара к «колдовству», как побочного эффекта этих занятий. Большинство традиционных восточных духовных школ настаивают на упорном игнорировании этих побочных магических эффектов, поскольку те особо не нужны для достижения цели просвещенного познания реальности, и объявляют их обычной смущающей разум иллюзией. Схожим образом, многие западные маги предпочитают совершенно упускать из виду мистическую подоплеку своих трудов, посвящая себя исключительно материальным результатам своей «ворожбы».
И мистическая, и магическая стороны прекрасно уживаются в предлагаемой путем левой руки трактовке инициации, ибо лишь тантрическая философия выдвигает идею отсутствия на самом деле различия между эфемерными проявлениями материального мира и вечностью абсолютной реальности. В Тантре эти, на первый взгляд, отличные друг от друга измерения по сути своей неразрывно друг с другом связаны и являются двумя противоположными сторонами одного явления. Именно посему Вама Марга учит находить освобождение через земные вещи, в том числе – наслаждения плоти. Однако Тантра, в отличие от прочих инициатических концепций, не ограничивается поисками духовной свободы. Занятия магией, манипуляции-игры с образующей вселенную субстанцией, известной как майя, и развитие сверхъестественных ментальных возможностей, называемых на санскрите сиддхи – все это считается совершенно приемлемыми инициатическими практиками в рамках учения пути левой руки. Ни одно из моральных осуждений магии, коими пестрят прочие учения, в Тантре не выдвигается, и потому ортодоксальные индусы по сей день воспринимают тантристов несколько настороженно. Тантрическую магию, особенно сексуальную магию пути левой руки, презрительно называют абхичара, словом, имеющим примерно те же коннотации, что «черная магия» для человека западной культуры.
Магия, как ее мыслят тантристы, есть область исключительно женская. Не только в том смысле, что исключительно женщины способны творить магию, но и в том, что маги обоих полов, преобразуя своими волшебными практиками майю, приобщаются к шакти, женской энергии, которая, как считается, особенно сильна ночью. Шакти, если представлять ее как материальную вселенную, также можно саму по себе считать майей, сверхъестественной материей, с помощью которой маги творят собственные реальности. Поскольку Шакти является создательницей всех форм, состоящих из движущейся, меняющейся энергии, образующей видимую реальность, ее называют еще Майя-Шакти. Вечные представления о женском обаянии, притягательности и соблазнительности, таким образом, играют ключевую роль во всех магических практиках пути левой руки, и пол мага значения не имеет. Майя-Шакти – в одном из ошеломительных сопоставлений кажущихся неразрывно связанными противоречий, коими фонтанирует тантрический поток – является и освобождающей силой, пробуждающей посвящаемого к абсолютной реальности, и «смущающей разум» обольстительницей, скрывающей реальность своим пленительным, соблазняющим и пугающим танцем бесчисленных личин. Существующий в мировом сознании архетип ведьмы, наводящей чары в полуночный час – универсальный символ, отражающий постулируемую тантрическим путем левой руки связь между черной магией и шакти – в полночь темная женская сила достигает вершин своего могущества.
Адепты учения Вама Марга заявляют, что когда поймаешь и «оседлаешь тигра» блаженства, порожденного многократным выполнением Паньчататтвы, ритуала священного соития – подробное описание которого мы дадим в следующей главе – то, в конце концов, у последователя проявляются определенные сиддхи или магические способности. О них говорится, что они формируются во взаимосвязанной системе физического, тонкого и каузального тел вследствие того, что энергия кундалини поступает в мозг во время продленного оргазма, а также благодаря погружению в возросшую во время эротического слияния силу шакти женщины-партнерши. Или, если выразиться более простыми и прозаичными словами, особые состояния измененного сознания, достигаемые в процессе пролонгированных сексуальных ритуалов, делают разум открытым для магических способностей.
К ним относится умение брать под свой ментальный контроль сознание других людей, а еще умение зачаровывать, которое в западной культуре часто сравнивают с гипнозом и месмеризмом. Способность к телепатии и передаче своих мыслей в чужое сознание также нередко просыпается после сексуальных ритуалов пути левой руки. Зачастую у партнеров по этим ритуалам проявляется спонтанная телепатия, и те, у кого установился особенно хороший контакт, могут развить этот талант, практикуясь друг с другом.
Читатели, привыкшие к западной карикатуре на «лишенные эго» восточные духовные практики, могут поинтересоваться, каким образом «не имеющее эго» существо сможет – или захочет – творить магию. Это заблуждение зачастую основано на том, что в западной культуре в основном исходят из посылки, что то, что у нас называется «эго», равно понятию «личность». На самом деле, разрушение иллюзорных аспектов социально обусловленной личности, на которое ориентируют практики Вама Марга, рассчитано на то, чтобы очистить от бренной пыли волю истинной личности, давая тем самым возможность начать совершать в мире пробужденные действия. Ни в коем случае не подразумевается, что посвященный превратится в безвольного живого мертвеца, хотя подобных сказок гуляет много.
Развитие личной воли и умение ей управлять с помощью магии составляет один из аспектов работы адепта пути левой руки, нацеленной на полное и окончательное познание майи. Среди даруемых сексуальным последователям темной волны магических умений обнаруживаем следующие: марана, сила разрушать, уччатана, сила противодействовать магии, которую применяют против адепта враги, и вашикарана, установление психической власти над другими людьми. В соответствии с традицией в пути левой руки выделяют шесть «злых ритуалов». Разумеется, спектр манипуляций с майей, доступных магам левой руки не исчерпывается этими шестью обрядами. Часто в ритуалах черной магии практикуется вызов духов недавно усопших людей, особенно это распространено в секте Агхори, о которой мы еще поговорим. Соединение воли адептов мужского и женского пола, находящихся в общем для них состоянии измененного сознания, вызванного ритуальным соитием, происходит в первую очередь для выполнения вышеуказанных – и многих других – ритуалов эротической магии.
Пожалуй, самая распространенная в западном сознании модель отношений мага с вселенной рисует первого обладающим активной, живой волей и манипулирующим космосом, который по природе своей от начала до конца мертв, бездумен и инертен. По этой схеме маг всего лишь дергает ниточки статичного творения, сама идея эта выхолощена и частично заимствована из библейской концепции человека, где он – повелитель мира, внутренне ему чуждого и абсолютно враждебного.
Сексуально-магические практики пути левой руки предлагают совершенно иной способ взаимоотношений мага с космосом, здесь горячо порицается теория простых, причинно-следственных связей между кинетической силой человека и статичным объектом, каковой он или она затеял преобразовать. Вместо этого путь левой руки взял себе за основу концепцию радостной игры или лила, когда маг соблазняет – или сам поддается соблазнению – майя, дабы породить желаемые ему (ей) перемены в реальности.
Сексуальная магия пути левой руки создает игру во вселенной, мыслимой не как устойчивое, совершенное и инертное творение, а как бесконечно податливая живая сила, движущийся процесс, который можно беспрерывно изменять, подчиняющийся устремлениям мага. Сексуальный маг Вама Марги преображает эту силу в первую очередь через ритуальный оргазм и воспроизведение акта, благодаря которому существует космос. Трансформирование физиологической и психической жизненной силы, каковая обычно расходуется на продолжение рода, либо кратковременное сексуальное облегчение, а пролонгированное наслаждение составляет метод, которым майин левой руки достигает божественного умения изменять кажущееся неизменным. Ключ к такому динамичному взаимодействию между сознанием воспринимающего и того, что воспринимается, – это осознание бесконечного циклического времени, превосходящего границы прямой линии, в которых заперто сознание профана. Однако, заряженный магической энергией оргазм представляет собой лишь одну из многих техник пути левой руки для открытия двери в это время по ту сторону времени, где существует больше всего возможностей преобразования майи.
Сторонний зритель, наблюдающий ритуал традиционной магии пути левой руки, едва ли сумеет заметить хоть какой-то признак важнейшего внутреннего процесса трансформации майи. Можно быть стопроцентно уверенным, что соитие, осуществляемое на глазах нашего теоретического вуайериста, будет проводиться куда более осознанно, нежели стандартное утоление плотской жажды. Непонятные непосвященному уху мантры, произносимые сексуальными партнерами, покажутся весьма далекими от привычных форм выражения нежных чувств во время совокупления. Дыхательные упражнения (пранаяма), выполняемые партнерами, не будут иметь ничего общего с пыхтением, сопровождающим приближение к оргазму нормальной пары. Но то, что наш наблюдатель не увидит, является одним из ключевых моментов магии Вама Марги. Имеется в виду строгий контроль над человеческой функцией порождения образов, осуществляемый с помощью женской майя-материи сознания.
Майя, мысль и магия – эти взаимосвязанные слова начинают играть главную роль при претворении в жизнь сексуальной магии. Маги пути левой руки совершают божественный акт воспроизведения мира по воле своей через мысленное изменение образа, наполненное мощью обостренного эротического наслаждения. Назвать такой процесс «визуализацией» – опошлить абсолютную реальность, в этот момент достигаемую, внутреннюю реальность, которая затем отражается во внешнем зеркале майи. В девятой главе мы вернемся к теме развития и применения этой важной техники Вама Марги. Пока что достаточно ограничиться замечанием, что магия пути левой руки базируется на теории, согласно которой кажущиеся нематериальными и субъективными электрические импульсы мысли, возникающие во время особо острого сексуального экстаза, формируют энергию, которая затем может найти выход в объективную вселенную.
Игнорируя религиозный постулат о том, что лишь боги имею право изменять вселенную, ими сотворенную, маг левой руки берет на себя роль со-творца. Хотя лишь огромными усилиями можно добиться для разума и тела умения совершать магические трансформации, задействуя Эрос, сексуальный маг никогда не уйдет далеко от идеи божественной игры, лилы, когда бесконечное соитие Шивы/Шакти творит и разрушает видимые миры. Мрачная, строгая магия, практикуемая во многих инициатических сообществах, чужда этой идее. Сама Кали, самая ужасная из божеств, к которым обращаются адепты пути левой руки, часто изображается в приступе дикого хохота, точно космос ее бесконечно потешает. Мрачнейшие из проявлений Кали-юги суть только лишь формы иступленной игры или лилы, сознания, достигаемого магом в радости сексуальных ритуалов.
Силой управляемого оргазма во время майтхуны, ритуального соития, можно воспользоваться для временного отделения тонкого тела от физической оболочки, когда разум адепта осознанно получает опыт «выхода из тела». Считается, что тонкое или эфирное тело покидает тело физическое через отверстие в области макушки, которое носит название брахмарудхра, «ворота Брахмы». Иногда местонахождение этого отверстия в черепе связывают с мягкой зоной на голове новорожденного, которая зарастает к третьему году жизни и называется «родничок». Данное понятие употребляется не только в магических практиках пути левой руки; в представлении сикхов эта область ведет в духовное царство; с этим же связан ближневосточный обычай покрывать голову в местах совершения молитвы, поскольку исстари считается, что дьявольские силы способны проникнуть в тело именно таким путем.
Многим из тех, кто не имеет отношения к магии, доводилось испытывать, как тонкое тело отделяется от физического в момент сильного оргазма, либо шока; такой опыт может оказаться крайне тревожным для сознания, неподготовленного к подобному жесткому выходу разума из тела. Когда физическое тело мага входит в посткоитальный, схожий со смертью транс, его или ее тонкое тело – в западной культуре его иногда называют «астральным» – получает возможность свободно бродить по мирам, находящимся за пределами бодрствующего разума. Пожалуй, самое удивительное из всех сиддхи, доступных в таком состоянии, это, как считается, умение спроецировать тонкое тело и сознание мага в физическое тело другого человека.
Чаще всего это пытаются проделать над спящим или незащищенным. Но существует обряд черной магии, когда колдун стремится войти в мертвое тело. В ходе этого ритуала сексуальный партнер мага получает задание охранять тело усопшего адепта. Процедура эта считается опасной, в частности из-за того, что нежелательные бесплотные сущности – либо тонкие тела других магов – могут занять «пустующее» тело, пока сознание мага «гуляет» вне его пределов. Как утверждает традиция, следствием этого вторжения окажется, что вышедшему из тела магу не удастся вернуться в собственную физическую оболочку. Внешне это может выразиться в виде безумия или физической гибели.
В практиках пути левой руки в Тибете – по крайней мере, до того, как захватившие его китайские коммунисты разрушили династии учителей, обучавших этим искусствам учеников – измененное состояние сознания, достигаемое эротическим соединением с шакти применяется для развития магических способностей, которые ортодоксальные верующие и тантристы пути правой руки с осуждением считают чем-то из «области черной магии». Особую славу снискало себе искусство драгпо или «сила гнева», когда обладающий этим сиддхи адепт на большом расстоянии способен причинить выбранному объекту невыносимую боль или вызвать его физическую смерть. (Если сексуальный маг, владеющий драгпо, находится в хорошем расположении духа, он (она) может ограничиться отнятием у выбранного индивидуума дара речи). Бангва, якобы, среди прочего, позволяет магу привлекать желанных партнеров, даруя возможность управлять сокровенными силами, открывшимися во время ритуального наслаждения. Гиайспа дает ключ к получению традиционных фаустовских «благ», а именно богатства, знания и славы – материальных аналогов камы или желания, презираемых традиционными буддийскими учениями Тибета. Несомненно, такого рода магией тибетские тантристы нередко занимаются исключительно ради удовлетворения личных стремлений. Но эти сиддхи учителя демонстрируют ученикам еще и на определенных этапах посвящения с целью преподать болезненный урок о податливости реального.
Поскольку буддисты с особым рвением стремятся порвать с земными вещами, дабы тем самым избавиться от перерождения в этом мире, монахи, строго придерживающиеся догматов тибетского ламаизма, находят практику всех вышеописанных сиддхи крайне вредным для адепта.
Хотя появление в рамках буддизма практик по достижению магических способностей через сексуальную инициацию принято связывать с возникновением в средневековом Тибете тантризма, почти точно известно, что сходные сексуально-магические методики существовали еще в более ранней шаманской религии Бон, которая господствовала в регионе до прихода туда буддизма. Как и в Индии, многие местные пережитки древней магической традиции, якобы носящей аморальный или антисоциальный характер, довольно произвольно относят к пути левой руки. Религия Бон, окутанная загадками и заклейменная тибетскими буддистами как «дьявольское учение» на самом деле, видимо, складывалась на основе культа Митры, проникшего в Тибет из Ирана. Точно так же католическая церковь поносила пережитки европейского язычества, обзывая их дьявольскими происками.
Как мы уже успели увидеть, большинство восточных духовных доктрин утверждают, что адепт должен постичь мнимость и иллюзорность природы майи и вырваться из ее гипнотизирующих ловушек. Магу пути левой руки, напротив, активно советуется овладеть божественными силами майина, преобразуя по воле своей то, что составляет реальность. И майя становится субстанцией-посредником, через нее маги пути левой руки упражняются в своем искусстве. Практикой и дисциплиной маг, жонглирующий реальностью, учится играть с майей так же ловко, как скульптор работает с глиной, формируя эфемерную материю творения по своему желанию.
Вы можете подумать, что после того, как маг будет несколько лет кряду испытывать податливость этой субстанции, он должен прийти к осознанию того, в какой степени иллюзорна образующая мир материя, которую он непрестанно преображает – а вместе с ней призрачно и сознание самого мага. И тем не менее, такой момент пробуждения наступает редко – психика так крепко цепляется за успокоительную устойчивость явлений и мысли, что даже радостные уроки магии не дают освобождения из ее цепких объятий.
На Западе многие оккультисты не продвигаются дальше дающих конкретный результат магических игр, не пытаясь проникнуть в более глубокие сферы инициации, где на первый план выходят вопросы определения внутренней реальности и ее природы. Едва освоив магические навыки, в основной своей массе западные практики склонны останавливаться и десятилетиями предаваться забавам с кажущейся внешней реальностью, словно информация, которую получают их чувства, и есть та пресловутая «объективность», как ее понимают в традиции научной мысли, столь любимой в девятнадцатом и двадцатом веке. Даже сумев показать, что волевое манипулирование одними и теми же чувственными данными способно радикально трансформировать реальность, очень немногие из магов готовы шагнуть на следующую ступень инициации.
Это такой же абсурд, как если бы некто, сумевший увидеть, что призраки платоновской пещеры – это всего-навсего призраки, продолжал бы упорно считать их реальностью, причем уже после того, как вытащил их из пещеры на свет. В тексте «Тантрататтва», относящемся к началу двенадцатого века, мы находим одну ценную метафору, дающую представление о трактовке магической реальности в концепции пути левой руки. Автор уподобляет восприятие пробужденного адепта восприятию зрителя на спектакле. Для остальной публики события, которые они видят на сцене, происходят взаправду, у них нет понятия об искусстве актерской игры. Маг левой руки знает, что созерцаемое им на сцене мира, есть искусно поданная мнимость, и только те, кто наблюдают ее, верят в нее со всей серьезностью и внутренней убежденностью. Вне сферы однозначно магического сия людская неспособность провести различие между майей «театра» и «реальности» бесчисленное число раз эксплуатировалась и эксплуатируется политиками, рекламщиками, пропагандистами и прочими профессиональными иллюзионистами.
Именно по причине этой принципиальной взаимозависимости магии и майи мы придерживаемся мнения, что магия – это не та ниша, в которой стоит поселиться навечно. Это промежуточное средство, но никак не финальная цель. Магия может послужить пробуждающим фактором, освобождающим того, кто ее практикует, от определенных иллюзий, вызвать вспышку внутреннего прозрения, превосходящую итоги любого философского поиска. Благодаря магии разум адепта постигает, что нет единой неопровержимой реальности. Есть бесконечное множество реальностей, и ни одна из них не поддается до конца упорядочиванию в понятиях категорий или классов. Непосредственное столкновение с майей, которое позволяет совершить магическое действо, можно назвать первичной целью магии. Именно это столкновение дает магу возможность интуитивно прочувствовать, насколько глубоко его гибкая субъективность определяет то, что он воспринимает – такое осознание способно ускорить трансформацию человеческой способности к восприятию в божественное сознание.
И точно так же можно утверждать, что магия способна и сама стать капканом самообмана, наркотиком, лишь сильнее привязывающим оккультиста к миражам майи, им же порождаемым. Такова двойственная природа Майи – то запутывающей, то открывающей, с каждым новым шагом ее петляющего движения во времени.

Мантра – один из видов звуковой магии
Традиционная магическая практика пути левой руки (как индийская, так и тибетская ее ветвь) неразрывно связана с наукой мантр; и каждый этап сексуальных ритуалов пути левой руки сопровождается чтением определенных мантр. Слово «мантра» принято переводить «инструмент мысли», что дает четкое техническое определение слов и звуков, которым гуру обучает последователей в качестве вспомогательного средства изменения сознания.
Тантристы пути и левой, и правой руки верят, что особые звуковые вибрации (произнесенный звук) или просто мысль (звук непроизнесенный) способны изменить внутреннюю и внешнюю реальность – эта идея не столь уж далека от концепции магических формул в западной культуре. И в самом деле, мантры, называемые дхарани, часто понимаются как вид «заклинаний». Тантра учит, что ткань всей материальной вселенной сформирована звучанием определенных базовых вибраций и тонов.
То, что на протяжении всей книги мы не устаем подчеркивать, как важно знать магу точное значение всех слов, можно трактовать как следование одной из фундаментальных концепций Тантры. Правильное оперирование словами и звуками – это магический инструмент, которым управляются видимые и тонкие измерения. Тантризм придает мантре настолько громадный смысл, что буддийскую разновидность тантры часто называют просто мантраяма.
Выполняя сексуальный ритуал Вама Марга, йоги и йогини традиционно поют специальные мантры (на каждом этапе особые), иногда вслух, иногда про себя. Многие из этих мантр насыщены зашифрованной сексуально-магической символикой. Например, тибетское Ом Мани Падми Хум, пожалуй, самая известная на Западе тантрическая буддийская мантра, переводится как «драгоценность в лотосе». Драгоценность символизирует пенис или лингам, а лотос – вульву или йони; их соединение в коитусе обозначает божественное слияние мужского и женского принципов, столь значимое в инициации темной волны. Другая мантра, которой в практиках пути левой руки придается большая смысловая нагрузка – интонирование слова Клим, которое служит выражением сокровенной силы, высвобождаемой ритуальным совокуплением. Чтение Аджапа-мантры представляет собой простое чередование вдоха-выдоха; это называется производить вибрацию «ханса, ханса», т.е. произносить превербальный звук, с которым воздух поступает в легкие и выходит оттуда. Мантра – это магическое воспроизведение в своем теле вдоха и выдоха создающей универсум силы, акт слияния созидания и разрушения.
Знакомые с алхимической традицией церемониальной магии читатели могут провести любопытную параллель чтения мантр в практиках пути левой руки с произнесением «варварских имен» в ритуалах этой традиции или Энохианским языком, придуманным доктором Джоном Ди. Все это виды звуковой магии, воздействующей на скрытые пустые области разума и материи, их сила тем больше, чем невнятнее они звучат для дремлющего сознания. Люди, к магии отношения не имеющие, презрительно обзывают мантры бессмысленными звуками, поскольку те направлены к уровням реальности, куда рациональному мышлению проникнуть не дано. Алистер Кроули, чьи поэтические упражнения сделали его более восприимчивым к магии слова, нежели основная масса магов, заметил, что «длинные струны великих слов, что грохочут и стонут во многих заклинаниях, воистину способны вознести сознание мага на должный уровень».
Значительная часть силы мантр левой руки генерируется благодаря секретности обстановки, в которой они сообщаются посвящаемому. Подобно интимному обмену эротической силой, осуществляемому через прикосновение в процессе ритуалов Вама Марга, мантра, переданная шепотом от гуру к ученику, оборачивает слова силы покрывалом тайны. В соответствии с традицией Вама Марга, мантра, преподанная адепту наставником, не имеет силы, если она просто была вычитана из книги. Ритуальный акт передачи мантры от одного к другому в интимном инициатическом контексте обеспечивает мантре ту динамику, которая наделяет ее способностью изменять сознание.

Проклятие Тантр
Как и все тантрические концепции, в том числе Вама Марга, санскритское слово «тантра» само по себе является мантрой и допускает ряд истолкований. Самое правильное определение тантры – «инструмент, обеспечивающий развитие» или, иными словами, «освобождение через развитие». Слово «тантра» часто переводят такими значениями как «паутина», «ткань» или «сплетенное воедино», что наводит на мысль о взаимопереплетенности тантрических методик, которые можно метафорически представить в образе гигантской паучьей сети из переплетенных нитей. Уместно вспомнить и о переплетении сексуальных энергий мужского и женского начал.
Пытающиеся однозначно классифицировать все полотно тантрической паутины в понятиях, пригодных для аккуратно подстриженных и прилизанных концепций западной рациональности, попадают пальцем в небо; Тантра отрицает саму мысль о четких параметрах. Многие прекраснодушные ученые любят утверждать: «Вот это тантра». Другие столь же упрямо возражают: «Нет, вот это Тантра». И, тем не менее, самая суть предмета обсуждения ускользает, ее надо постигать интуитивно и страстно, как живое существо, а не хладнокровно изучать как объект извне.
Сами тантры составляют корпус некогда запрещенных учений, которые, по легенде, пошли от самых первых тайных бесед Шивы, творца и разрушителя космоса, с его возлюбленной супругой, многорукой богиней Шивой, – иногда в облике прекрасной Парвати, но чаще в облике наводящей ужас Кали – во время их бесконечного небесного соития. Исторически древнейшие из сохранившихся тантр относятся к буддийской традиции и датируются приблизительно 600 г. н. э. Точное время их написания установить практически невозможно, поскольку они составлены на основе протографов. Тантрическое предание утверждает, что эти беседы, раскрывавшие секреты самоперерождения и магии, в том числе – сексуальной, были якобы подслушаны могущественными йогами-сиддхами или, другими слова, магами, затем выработавшими для человечества систему тантрической инициации. Записанные тантры раскрывают лишь малую толику гупта-видья (тайной доктрины), истинное же приобщение осуществляется от учителя к ученику. Поскольку господствует мнение, что все священные писания в нашу эпоху утратили свою силу, тантры считаются единственным ценным духовным источником в Кали-юге.
Просвещенные сиддхи обучили кое-каким запретным практикам нескольких учеников, обладающих необходимым для этого умом и даром. Затем, говорится в преданиях, век за веком тантры передавались от адепта к адепту; устная традиция постепенной передачи учения из уст учителя на ухо ученику жила множество столетий и по сей день остается самой истинной формой инициации среди западных и восточных последователей пути левой руки. Секреты тантры зашифровывались в произведениях искусства учениками, имеющими талант к рисованию, музыке, скульптуре и танцу. Творческое вдохновение художника, порыв, уносящий его от общественных обычаев и ценностей, есть символ свободной от догмы энергии, обретаемой магами-тантристами. Создать выдающее произведение любого жанра – значит стать богом и творцом мира; такая творческая деятельность всегда была причастна к черной магии, как на Западе, так и на Востоке.
Со временем тантры стали записывать от руки на хрупких пальмовых листьях, в основном используя сандхья-бхаса или «сумеречный язык», которым владели только посвященные. Уроки, изложенные в этих текстах, ни в коем случае не образуют целостного учения, они представляют собой головокружительную мешанину из тысячи разнообразных трактовок и методик инициации, от глубочайших философских прозрений до довольно примитивных советов по любовной магии и способам наведения порчи, очень схожих с западной народной магией. И действительно, многие из тантрических практик, в их числе – рисование магических символов (йантр) и описанное выше интонирование «слов силы» (мантр), схожи с ритуалами традиции черной магии на Западе, образуя, таким образом, связь между двумя магическими культурами.
Из-за обилия и несхожести тантрических концепций не получается выделить одно доминирующее направление тантризма – вместо этого традиция предлагает множество противоречивых учений, объединенных общей тематикой. Неоднородная и «децентрализованная» природа тантрических магических и мистических методик обладает тем преимуществом, что с самого начала эти практики делают невозможным появление догматизма; именно посему наиболее радикальные и еретические направления тантрического пути левой руки дошли до наших дней, успешно справившись с гонениями на них.
Одни тантры постепенно влились в буддизм, индуизм и джайнизм, другие, более общественно-опасные учения были отвергнуты как представляющие опасность и приемлют их лишь избравшие путь левой руки. Хотя многие тантрические тексты были изложены в письменной форме, следует подчеркнуть, что темная Тантра прежде всего манифестируется активными действиями адепта в его бурлящем энергией существовании. Это не пассивно усваиваемое знание, которое получают штудированием текстов. Путь левой руки есть учение о теле, и передаваться оно должно по непрерывной цепочке мастеров этого искусства, обладающих компетенцией, необходимой для обучения других. Стремящийся следовать по пути левой руки подчас тратит много лет на поиски учителя, который наилучшим образом сумеет лично его приобщить к числу адептов. И Тантра упорно настаивает на том, что инициации нельзя научиться из книг, что знание из вторых рук никогда не приведет к полному раскрытию личности. Свойственное тантрическому пути левой руки недоверие к книгам, или пустаке-ликита, настолько глубоко, что адепт откровенно предупреждается о том, что богиня Шакти, божественная жизнетворная сила, которая покровительствует этому направлению, проклянет каждого, кто попытается избрать короткую дорогу к инициации через посредство книг. Отдавая должное тантрическим писаниям, адепты левой руки отрицают ценность книжного знания и чистой умозрительности, которые так близки многим западным магам. Путь левой руки манифестируется через земные дела, и потому его надо воспринимать скорее как образ жизни, нежели как религиозную веру или систему абстрактных убеждений.
Угроза божественного проклятия ничуть не помешала распространению на Западе разнообразных «самоучителей Тантры». Ни одно из них порекомендовать мы не можем. Хотя в нашей работе мы даем определенные сведения по историческим условиям развития Тантры левой руки, мы целиком и полностью согласны с постулатом традиционного подхода, в котором говорится о том, что собственно работой по самотрансформации крайне желательно заниматься под непосредственным руководством опытного учителя. Это может более чем смутить многих наших западных читателей, привыкших получать всю информацию небольшими удобоваримыми порциями, особенно из всяких сомнительных источников вроде СМИ или, хуже того, движущихся по так называемой «информационной супермагистрали», рассчитывая наскоро поймать просветление. Идиотизм тех, кто думает, что традицию можно до конца изучить, просто прочитав соответствующие книги, не испытав ничего из этого на себе, очевиден.

Вселенная как божественное соитие
Вернемся к сексуальной основе пути левой руки. Вся Тантра связана с идеей страстного соединения бога и богини (Шивы/Шакти), которому поклоняются как священному слиянию космического мужского принципа в самой его чистой форме – Сознании – и космического женского принципа изначальной Силы или абсолютной Энергии, приводящей в движение и пожирающей материальный универсум. Шакти, женское начало, всегда мыслится как активная созидающая сила вселенной. Шива, мужское начало, проникающее в нее, изображается как состояние неподвижной неизменности. Сексуальное растворение этих противоположных полюсов незримого мужского сознания и видимой женской силы демонстрирует радикально-целостную картину мира, предлагаемую Тантрой.
В отличие от прочих эзотерических школ, Тантра ставит абсолютный знак равенства между миром изменчивых материальных образов-явлений (майей) и вечной внутренней реальностью, лежащей за пределами дремлющего сознания. К многочисленным двойственным функциям Шакти относится и то, что она скрывает природу реальности от зачарованного разума образами обманчивой майи и одновременно является силой, открывающей истинный универсум тем, кто достигает через нее просветления.
Массовый синдром, заставляющий столь многих мистиков и магов отворачиваться от материального мира как от отвратительной и грязной заразы, пути левой руки совершенно чужд. Адепт должен не презирать иллюзорность майи, видя в ней гибельный морок, от которого следует усердно отстранятся через очищение аскетизмом, а прославлять ее, узнавая в ней восхитительную манифестацию женской силы. Собственно говоря, призрачная, но, как ни парадоксально, реальная субстанция мира воспринимается с вышеупомянутой точки зрения игры или лилы, и именно это чувство превалирует в магических практиках в тантрических кругах. Такое отношение выходит за рамки дихотомии тело = зло, сознание = добро, давая возможность адептам видеть в плотском теле средство, открывающее путь к просветлению.

Иллюстрация
Поцелуй Сфинкса. Франц фон Штук.

Ярче всего дихотомию статичное мужское/активное женское, устоявшуюся в теории сексуальных полярностей пути левой руки, иллюстрирует традиция изображать Шакти в ее разрушающей ипостаси черной как ночь Кали, с некрофилической страстностью склоняющейся принять эрегированный фаллос мертвого и бледного Шивы, распростертого на погребальном костре. Тантра утверждает, что без Шакти Шива – труп; мужское сознание без женской силы инертно. «Камакалавиласа-тантра» говорит, что «бесплотному Шиве, несущему в себе принцип чистого сознания, нужна Шакти, чтобы обрести телесную оболочку». Ее тело, в которое в момент их сладостного соединения входит Шива, на самом деле является ставшим зримым сознанием Шивы. Название «Камакалавиласа Тантра» означает «Тантра об эротической радости в любовных движениях», восхитительное наслаждение встретившихся магнетических космических сил. Конечная цель поисков посвященного левой руки – стать бисексуальным двуликим божеством, активизировав в своем личном сознании состояние вечного сексуального наслаждения. В западном герметизме этому соответствует идея о внутреннем андрогине.
В метафизике пути левой руки настоящая и тайная сила любого мужчины-адепта – это его шакти, как воплощенная в женщине-партнере, так и одновременно жизненная сила внутри него. Данная крайне значимая концепция распространена не только в Индии; она четко прослеживается в ряде легенд, где могущественный маг-мужчина приобщается к сокровенной силе через подругу-спутницу или темную музу, несущую в себе великую эротическую энергию. В современной западной сексуально-магической традиции, пожалуй, самое известное свое выражение эта идея находит в образах Багряной Жены (человеческой аватаре Вавилонской Блудницы) и Иштар.
Замешанная на христианстве западная духовная традиция предоставляет своим женщинам ограниченный репертуар из всего нескольких как бы противоположных ролей: мадонна/девственница, которой возносят с алтаря почести как недоступному идеалу чистоты, и блудница/соблазнительница, которую проклинают как источник греха и причину всех мужских недугов. Тантра левой руки, путь женщины, трактует женский принцип Шакти как бесконечно сложный принцип жизни, принцип одновременно девственницы и блудницы. Отвратительная старая ведьма и удивительная красавица в то же время, изменчивая, созидающая, разрушающая, милосердная, жестокая, любящая и равнодушная – бесконечный поток вечно меняющейся женской энергии, материнское начало, испускающее всю существующую материю, и при этом – загадочная ночь, в которой вся материя поглощается.
Во многих древних культурах, даже тех, которые принято относить к «патриархальным», магическую силу правителя, позволяющую ему царствовать, традиционно приносило ему в дар сверхчеловеческое женское существо, универсальная манифестация шакти. Кельтская сказка о таинственной Даме Озера, помогающей королю Артуру добыть великий меч Экскалибур – известный пример магической женской силы, скрывающейся за троном. Остальные кельтские мифы более однозначно трактуют сексуальную природу обмена силой – многим легендарным ирландским королям приходилось вступать в связь с местными женскими божествами, которые через эротический акт дарят власть над той или иной землей. Как и любое вступление в контакт со сверхчеловеческими сущностями, эти сексуальные ритуалы коронации часто представляются потенциально опасными, выдержать их способен только тот, кому суждено носить королевский венец. Также этот архетип шакти воплощает в себе, только не в столь сверхъестественной форме, смертная царственная супруга Артура Гвиневера, изменившая мужу с рыцарем Ланселотом, став тем самым причиной духовного и «физического» падения замка Камелот. У советчика Артура, бессмертного волшебника Мерлина, тоже была своя шакти – его сводная сестра Фея Моргана. Неуловимый артефакт, предмет отчаянных поисков рыцарей Артура – Грааль – еще один символ шакти-йони, представляющий собой бездонную чашу, наполненную тайной мудростью.
Представление о мужском начале, сила которого выражается через спокойствие и созерцание, и безудержно активном женском начале кардинально отличается от западных стереотипов агрессивного самца и кроткой девы, и оттого именно эта часть доктрины левой руки западной культурой усваивается труднее всего. Мужской принцип, как он трактуется в темной волне – и находит выражение в сексуальном ритуале – обретает силу, приобщаясь к источнику внутренней энергии, открываемому через видимый контроль над механизмами как биологическими, так и психическими. Очень распространенная в левом течении практика сдерживания семяизвержения при оргазме, пожалуй, служит идеальным примером мужского спокойствия-неподвижности и сдерживания себя. Мужской контроль над своей личностью выражает идею вселенского порядка. Последний представляет собой статичную энергию, находящую себя в женской динамичной, волнообразной траектории бесконечного движения и служащую способом проявления хаотичной жизненной энергии Шакти.
В буддийской Махаяне, более поздней тантрической школе, эти полярные концепции были заменены на противоположные: мужское начало – активное, женское начало – статичное. В своей практике мы склоняемся к более старой индуистской модели. Те, кто знаком с китайской даосской метафизикой, могут увидеть сходство двойственной Богини с вечно несхожими полюсами, магнетически притягивающимися друг к другу – женским, темным инь и мужским солнечным ян. Но как бы они не назывались, именно с этими энергиями работает адепт сексуальной магии пути левой руки.
Тема стремления темной волны осуществить магическое слияние мужского и женского полюсов, чтобы создать третью, богоподобную сущность, затрагивалась и в не-тантрическом контексте, а именно в платоновском «Пире». В этом тексте Аристофан ссылается на легенду о том, что на самом деле мужчины и женщины – это разделенные половинки, в незапамятные времена составлявшие единое целое. Эти древние андрогины восстали против Зевса, своего божественного отца, и за свою hubris* (* Hubris (греч.) – надменность, дерзость, гордость, своеволие.) были наказаны тем, что их разделили на два пола. Из-за этого разделения мужчина и женщина обречены вечно тосковать и стремиться восстановить некогда утраченное состояние, ища свою вторую половину, чтобы с ней соединиться. Комментаторы высказывали немало соображений о том, что многие из символических историй Платона, имеющих исключительно эзотерический, а не исторический характер, были взяты им из традиции мистических культов Древней Греции.
Сексуальное слияние противоположностей, метафорически представленных в эротических полярностях Шивы и Шакти, осмысливалось не только в рамках соответствующих ритуалов, как мы увидим дальше. Приемы кундалини направлены на осуществление такого слияния внутри тела отдельного адепта.
В современных парных практиках темной волны маги реализуют божественные ипостаси космического мужского и космического женского начал в извечном состоянии метаморфоз, принимающих бесконечное число форм. Магия пары проистекает в мир из эротического взаимодействия мужского и женского потоков, созидая, либо разрушая явления этого мира, аналогично тому как бесконечное совокупление Шивы/Шакти, которое иногда в тантризме называют «великим ритуалом», созидает и разрушает вселенную.
Хотя сегодня на Западе многие маги левой руки тяготеют к символике и пантеону богов Индии, инициатический коитус божественных мужской и женской сущностей ни в коем случае не сводится к мифологии Шивы/Шакти. Сексуально-магический ритуал можно успешно провести в любой точке земного шара, пользуясь символикой какой угодно культурной традиции. Можно обратится к германским Вотану и Фрейе, Сету и его невесте Астарте (Бабалон), суккубу Лилит и Самаэлю, равно как и к другим бесчисленным божественным парам, выражающим аспекты сверхчеловеческой мужской и женской природы в мириадах форм ее проявления. В конце концов, сексуальные маги пути левой руки вольны и не выбирать ни одного из известных богов; можно «дорастить» собственное сознание до уровня божественного и не обращаясь ни к какому из мифологических прототипов. Путь левой руки не занимается рабским поклонением небожителям, финальная его цель состоит в трансформации человеческой природы мага в божественную силу путем эротической инициации. Выбор в пользу того или иного божества, как шаг к превращению себя в бога, составляет прерогативу адепта, проходящего инициацию, а никоим образом не означает слепую веру в сверхъестественное.
Хотя тантрическое мировоззрение и строится на интеграции полярностей мужского и женского, женскому принципу придается куда большее значение. Степень почета, коим окружена богиня Шакти, показывает тот факт, что мужчин-тантристов принято называть просто шакта. Именно к Шакти, женскому воплощению двуликого Божества, обращаются с особым трепетом поборники пути левой руки, поскольку это она порождает, поддерживает, одушевляет, наполняет жизненной силой и, в конечном счете, разрушает космос. Левое течение нередко именуют «лучшей половиной», аналогично тому, как на Западе сегодня принято именовать чью-либо жену, носительницу энергии шакти. Признанное превосходство левого над правым никоим образом не обусловлено моральной оценкой; темная энергия Женщины в традиции пути левой руки мыслится как «лучшее», поскольку та считается сильнее и поскольку это единственная энергия, обладающая достаточным динамизмом, чтобы произвести инициацию.
Детальное объяснение того факта, что темная женская сила превосходит «правые» мужские качества тела и вселенной, предлагает текст «Махакала-тантра». Хотя санскритская терминология может отпугнуть тех, кто с ней не знаком, следующий пассаж дает четкое определение процесса, лежащего в основе практик пути левой руки, правда, отдавая предпочтение поэтической лексике, не сразу доступной для рациональной стороны мозга.

«Пуруша [сознание в чистом виде] считается правым (Дакшина, поскольку концентрируется в правой стороне тела), а Шакти – левым (Вама, поскольку она – в левой части тела). И покуда левое и правое, мужское и женское, остаются равно могущественными, до тех пор бремя сансары [мир иллюзий, прячущих истинную реальность] длится. Когда посредством упорной садханы [сексуальных практик] будет пробуждена левая шакти, когда левое победит Пурушу, правую шакти, и растворится в сладостных наслаждениях собственного тела, что будет означать – и левое и правое переполнены ее силой, тогда та, кто есть чистая радость, даст высшую степень свободы Дживе [индивидуальное сознание, близкое к западному понятию «душа»].

Обратное действие
Как читатель уже увидел, восторженное следование идее изменения порядка и утверждения обратного содержится уже в самом сочетании Вама Марга – пути иного. Соответственно, метод Випарита-Карами – обращение вспять или «обратное действие» – занимает центральное место в традиции пути левой руки. Он находит применение не только на физическом уровне, когда энергетический поток обращают вспять, как мы уже описали это выше – маг темной волны непрестанно работает над парадоксальным соединением противоположностей.
Каждым своим действием адепт пути левой руки переносит в сферу сакрального все, что обычай считает нечестивым либо профанным. Это переворачивание нормативных ценностей включает в себя сакрализацию сексуальности, чувственной страсти и наслаждений, которые ортодоксальное религиозное сообщество осуждает, а последователи Вама Марга используют как ключ к самообожествлению. Причем данная практика доходит до пересмотра таких этических установок и поведенческих норм, которые считаются позорными, пугающими и даже мерзкими среди поборников общепризнанных социальных и религиозных учений.
Такие изменения установленного порядка рассчитаны не просто на то, чтобы шокировать невежд – это было бы слишком легко, а в скором времени и утомительно, если не сказать, реакционно. Практика Випарита-Карами нацелена на перерождение посвящаемого в сущность, пребывающую вне известных и общепринятых пределов, что представляет собой необходимый этап процесса перерождения и манифестации себя в качестве суверенного божества.
В традиционной доктрине Вама Марга одной из наиболее распространенных физических форм такой сознательно совершаемой инверсии является Випарита-майтхуна или ритуал обратного соития. Эта техника предполагает, что адепт-мужчина принимает сидячую абсолютно неподвижную позу, а его партнерша энергично двигается на его эрегированном фаллосе. На взгляд «здравого» человека, такой эротический прием выворачивает наизнанку «нормальный» половой акт, где принято, что партнер играет активную роль, совершая фрикции с пассивной дамой. Данный же эротический ритуал, особенно в контексте до мозга костей патриархальной Индии, символизирует превосходство женского начала, Шакти, воплощенного в адепте-женщине. Однако, кроме и помимо такого символического «переворачивания», эта практика ставит гораздо более прагматичную и универсальную цель, в соответствии с многослойной природой темной волны. Адепт мужского пола сохраняет неподвижность, дабы лучше контролировать дыхательный и мыслительный процессы, таким образом, измененного состояния сознания легче достичь во время такого ритуала. Випарита-майтхуна также является человеческим воспроизведением божественного коитуса, когда ненасытная, активная Шакти оседлала застывшего без движения, как кажется, мертвого Шиву, в блаженстве распростершегося под священным телом своей подруги.
Пожалуй, к одной из самых известных на Западе практик Випарита-майтхуны пути левой руки относится техника сознательного возвращения потока спермы в момент оргазма обратно в тело тогда, когда она должна брызнуть наружу. Это не просто профанное упражнение из категории спортивных или средство продления полового акта, как иногда предполагают. Согласно тантризму, сперма одержит в себе духовную субстанцию бинду, саму суть принципа Шивы. Считается, что потеря бинду при эякуляции ослабляет посвящаемого. Обратив истечение семени вспять через каналы тонкого тела в так называемую коронарную, теменную чакру, как предполагается, можно укрепить центр сознания и даже добиться бессмертия. Вера в магический потенциал спермы на Востоке весьма распространена; очень популярен постулат народной мудрости о том, что у йога, который отказался от секса и никогда не эякулирует, из пореза на коже потечет сперма, а не кровь.
Кое в чем восточный культ накопления семени перекликается с идеями сексологии начала прошлого века, убеждавшей молодых людей в том, что ночные поллюции и мастурбация приносят мужчине страшный вред, поскольку ведут к истощению сил и ослаблению организма.
В буддийской Тантре уделяется много внимания практикам, направленным на то, чтобы мужчина не потерял ни капли спермы, которая является сосредоточением Тиг Ле, тибетского аналога бинду. Индуистская Тантра эякуляцию не запрещает, усматривая в ней священную жертву. Ряд учений предписывает мужчине, если он извергает семя в вульву своей шакти, «втянуть» бинду обратно себе в пенис, обратив течение семени вверх обратно в организм. Согласно другим концепциям, адепт-мужчина должен орально принять в себя смешавшиеся мужские и женские выделения, ибо, таким образом, бинду возвращается в тело посвящаемого. (Китайские даосские сексуальные ритуалы призывают испить соединившиеся эликсиры инь и ян). Как в индийской Вама Марга, так и в даосской сексуальной магии ценится не материальная субстанция физиологических выделений, а скорее вечно пребывающие тонкие энергии, которые, по теории, возвращаются в духовное тело.
Основная идея здесь состоит не просто в обретении спиритуальной силы семени. Равное значение придается изменению направления движения естественных сексуальных процессов – достигаемое волевым усилием обращение вспять течений в организме отражает почти божественную способность адепта изменять через обратное действие мир материи.
Хотя, на наш взгляд, такое освоение техники не представляет собой крайней необходимости для магических практик левой руки (вообще говоря, семяизвержение здесь – довольно ценный инструмент сексуальной магии), надо как минимум на теоретическом уровне понять ее механизм, ибо она относится к многочисленным методам изменения направления движения энергии в системе пути левой руки Випарита-Карами. К тому же, обращение мужского семяизвержения вспять приводит посвящаемого в состояние экстаза, что может весьма способствовать достижению божественного духа.

Иллюстрация
Западный вариант позы Випарита-майтхуны, подчеркивающий демонический аспект энергии Шакти.

Как всегда, во всяком действии, связанном с эротическими ритуалами пути левой руки, можно усмотреть несколько слоев смысла. Для практикующего мага наиболее важен результат, который то или иное конкретное действие окажет на его (ее) сознание; такой аспект легко высвобождается из менее значимых культурных наслоений. Упорное стремление не лишиться ни капли драгоценного семени представляется нам наименее ценным моментом традиционных практик пути левой руки.
И все же применение принципа обратного действия в других сферах жизни мага, в том числе – в эротической области, имеет огромное значение для инициации пути левой руки в любом культурном контексте. Мы уже давали описание эффектного примера Випарита-карами, когда тантрист совмещает телесное сексуальное наслаждение с мыслью о неизбежном распаде того же самого тела. Вариации обратного действия безграничны; поясняя эту концепцию, адепты пути левой руки говорят о своем намерении «обратить день в ночь». Пожалуй, самый распространенный метод инициатической инверсии в сексуальном контексте представляет собой практика превращения первоначального неприятия адептом того или иного полового акта в способ достижения наслаждения. В этих случаях обратное действие служит для того, чтоб распрограммировать личные сексуальные предпочтения, на интуитивном уровне демонстрируя уязвимость казалось бы незыблемых сторон майи. Едва сексуальные пределы пройдены, и маг преодолел установленные границы своего бытия, другие могут последовать его путем, в конечном итоге достигнув рубежа между человеческим и божественным сознанием.

Кундалини – Лики Огненной Змеи
На сексуальном уровне высший акт обратного действия в инициации пути левой руки для тантристов мужского пола состоит в пробуждении богини Шакти в собственном теле, т. е. психосексуальном превращении, позволяющем ему самому стать богиней. Одна тантрическая поговорка утверждает: «К чему мне посторонняя женщина? Женщина уже есть внутри меня». Идущий по пути Вама Марга стремится стать существом противоположного пола, создав этим цельного андрогина, принимая участие в образующем космос слиянии Шакти и Шивы внутри своего сознания. Одно из почитаемых в тантризме воплощений Шивы известно под именем Арданирисвара; этот образ бога рисуется в виде андрогина, левая сторона тела которого наделена женскими половыми признаками, правая – мужскими. (На Западе таинственный двуполый эгрегор Бафомет символизирует тот же принцип). Маг пути левой руки приходит к осознанию, что демон, обитающий в физическом организме, на самом же деле, есть его (ее) вторая сексуальная половина. В Кундалини, где богиня-хранительница является человеческому сознанию в образе женщины-змеи, часто можно усмотреть и услышать оживший Женский Демонизм.
Пожалуй, человеку западной культуры, впервые прикоснувшемуся к традиции темной волны и воспринявшему ее идею о спиритуальной субстанции противоположного пола внутри собственного тела и психики, проще всего понять ее с помощью концепции anima и animus, которая стала известна благодаря работам швейцарского психолога Карла Юнга. В «Развитии личности» Юнг писал: «Каждый мужчина носит в себе вечный образ женщины, не какой-либо конкретной женщины, но определенный женский образ. Этот образ, в сущности, бессознателен; он представляет собой наследственный фактор изначального происхождения, запечатленный в живой органической системе человека, отпечаток или архетип всего наследственного опыта женщин, хранилище всех отпечатков, когда-либо запечатленных женщиной».
Такой образ, названный Юнгом анима, мужчина бессознательно переносит на известных ему женщин; точно так же женщина проецирует на мужчин внутренний мужской анимус. По предложенной Юнгом теории, личностная целостность достигается лишь при том условии, что внутреннее альтер-эго противоположного пола – для этой психической реальности Юнг предложил изобретенный им термин «контрасексуальный» – полностью интегрируется с эго; как правило, это происходит в сновидениях. Если рассуждать в терминах доктрины Вама Марга, анима представляет собой сокровенную внутреннюю шакти, источник магической силы адепта-мужчины, а также психическую экстернализацию шакти на сексуальную инициатрикс. Женская анима как сверхъестественная жизненная энергия не аналогична алхимической Анима Мунди, которая мыслится как реальное земное существо – мировая душа в образе духа женского пола, объективно напоминающая шакти из традиции пути левой руки.
Ричард Нолл в биографии Юнга «Арийский Христос» приходит к выводу, что за образом вполне земного психолога скрывался, впрочем, скрывался – не вполне точное слово, сексуальный маг, проповедовавший в созданном им учении сексуально-магическую полигамию. Среди прочего, психолог всю свою жизнь считал себя учеником немецкого поэта Гёте, чье вполне укладывающееся в концепцию пути левой руки преклонение перед Ewigweibliche (Вечной женственностью) в поэме «Фауст» не могло не повлиять на весьма «фаустовского» доктора Юнга. Несомненно, Юнг, хотя и считал себя ученым, разрабатывал свою философию эзотерического пола, корнями глубоко уходящую в алхимию, гностицизм и германскую традицию сексуальной магии. Его анима и анимус несут на себе отпечаток древнескандинавской традиции seithr (в основе своей сексуальной) – экстатического шаманизма, перекликающегося с путем левой руки. Ее ритуалы были связаны с использованием женской энергетики богини Фрейи, также известной как Фригг. Присутствующие в имени «Фрейя/Фригг» коннотации с сексуальностью сегодня находят свое отражение в английском слове «frigging», являющемся англо-саксонским эвфемизмом «fucking».
В siethr маг входит в состояние измененного сознания, дабы обрести своего двойника в образе сверхъестественного существа, называемого fyligya или «fetch» (призрак). Сторонники юнговских теорий, выросших из той же индоевропейской культурной матрицы, что и seithr, вполне могут поставить знак равенства между анима и демоническим двойником-женщиной у мага-мужчины; так же и адепты-женщины, имевшие опыт общения со своим двойником-мужчиной, могут назвать последнего анимус. (fyligya иногда является магу в анималистических образах, близких к тотемным животным сибирских шаманских традиций и визионерских ритуалов североамериканских индейцев.)
В традиции Вама Марга пробуждение внутреннего двойника противоположного пола наиболее эффективно достигается посредством Кундалини, изменения направленности естественных процессов, когда тонкая энергия, которая, как принято считать, в дремлющем состоянии сосредоточена в основании позвоночника, пробуждается и, словно змея, начинает подниматься по позвоночному столбу. Адепты пути левой руки чаще всего активизируют в своем организме змеиную энергию с помощью сексуальных ритуалов, проводимых вместе с партнером противоположного пола. Во время майтхуны, или сексуального ритуала, ощущения от физической передачи кундалини от одного партнера к другому сравнимы по силе с электрическим шоком. И действительно, испытавшие движение потока темной силы кундалини от представителя одного пола к партнеру противоположного, говорят, что метафора «электрический разряд» отлично описывает такую вполне ощутимую передачу энергии.
Как и в случае с электричеством, если энергия Кундалини была активизирована и доведена до максимума, ею крайне трудно управлять, и потенциально опасные действия, связанные с контролем над ней, дают возможность столкнуться с истинной реальностью. Именно самый драматичный из всех физических процессов позволяет посвящаемому адепту прийти к состоянию пробуждения.
Известно, что такой грозящий гибелью опыт приводил к необратимой психической деградации тех, кто пытался его осуществить. Такой риск очень удачно сравнивают с опасностью, угрожающей тому, кто тревожит кобру, спящую в своей норе: как говорится, Кундалини «пробуждается от сна подобно змее, когда касаешься ее палкой, она шипит и принимает боевую стойку». То, что должно двигаться вниз, адепт силой воли заставляет двигаться вверх. Кундалини, что дословно означает «Та, что Скрыта», – это понимаемое в буквальном смысле присутствие спящей богини внутри тела каждого из людей. С помощью упражнений, регулирующих дыхание, или пранаямы, совмещенных с ритуальным половым актом, женские/лунные и мужские/солнечные энергетические потоки сливаются воедино, что ведет к оргазменной вспышке света, озаряющего осознание и активирующего дремлющую энергию.
Кундалини, сосредоточенная в муладхара-чакре, где пребывает Шакти, поднимается из этой точки, проходит через чакры (круги), расположенные вдоль позвоночного столба, чтобы соединиться с Шивой, пребывающим в сахасара-чакре. В коронарной чакре энергия кундалини раскрывает чакру аджна, иначе – третий глаз, орган тонкого тела, расходящийся от зоны пинеальной железы грубого тела. Тогда посвящаемый впервые получает возможность видеть. Считается, что женская сила кундалини, как и сама майя, гипнотизирует человека и делает его рабом нереального, пока спит в зоне основания позвоночника, и лишь поднимаясь вверх, становится пробуждающей энергией.
Спиритуальное соитие Шакти и Шивы внутри тела через упражнения кундалини-йоги повторяет сексуальный акт мужчины и женщины, которые следуют по пути левой руки. В терминах западной магии кундалини можно истолковать как акт заклинания, призывание богини внутри собственного тела мага. Как и во всех практиках йоги, не столь уж редко такое упражнение служит для развития магических способностей или сиддхи, в особенности – сиддхи, имеющих отношение к женскому началу, к примеру, обостренной интуиции или ясновидения. На архетипическом уровне сознания змея, символизирующая кундалини, является мистическим соединением мужских и женских образов, двуполое создание, вызывающее характерные фаллические ассоциации с выпрямившейся змеей, источающей животворную слюну, и одновременно несущее в себе идею женского принципа, поскольку по поверью, в змее скрыта богиня.
Отголоски древнего санскритского слова кундалини встречаются в ряде индоевропейских языков. Старое англо-саксонское «cunt» <вульва> и современное английское «cunning» <искусство, умение> – вот лишь два примера из многих. Другой пример – Кундри, зловещая колдунья из саги о Граале и Парcифале. Дикарку Кундри сравнивают с «дьяволицей» и «адской розой», о ней говорится, что она обучалась ворожбе в «далекой Аравии» – намек на персидское происхождение легенды. Ее отношения со злым волшебником Клингзором носят несомненно инициатический характер; она – темная кундалини-шакти Клингзора, экстернализированная анима. С помощью Кундри Клингзор надеется обмануть наивно-глуповатого Парсифаля и завладеть Граалем, вечным символом Женского Демонизма. Миннезингер Вольфрам фон Эшенбах наполнил свою поэму экзотическими образами, многие их них так или иначе связаны с культом Женского Демонизма, которым пропитана традиция трубадуров.
Кундалини, понимаемая как сокровенная женская энергия, практически идентична германской богине Хольде, чье имя аналогично переводится «Та, Что Скрыта». Эта языческая богиня вошла в христианскую традицию, превратившись в средневековой Германии в Фрау Холле, сексуального демона в обличье растрепанной простоволосой женщины, которая наделена многими атрибутами индийской Кали или месопотамской Лилит.
Восхождение Кундалини, открывающее третий глаз в верхней чакре, в западном контексте нередко сравнивалось с сияющим изумрудом, выпавшим из венца Люцифера во время его мифической Небесной Битвы. По предложенной фон Эшенбахом трактовке легенды о Парсифале, утерянный Люцифером изумруд, в конце концов, превратился в Грааль, предмет поиска западных адептов. Святой Грааль, неиссякаемая чаша изобилия, мудрости и вечной молодости, которую веками искали европейские маги, представляет собой десексуализированный, но недвусмысленный символ йони Шакти. История о Граале и Парсифале содержит характерную мифическую символику, соединяющую европейский и индоарийский культ вагины. Обретение во время инициации драгоценного камня из венца Люцифера в форме Грааля – таинственного символа безграничной женской мудрости – можно трактовать как аналог пробуждения Кундалини.
Современные искажения идеи Кундалини, придуманные в контексте движения нью-эйдж, нередко низводят эту практику до тривиальных способов увеличения нормальных энергетических уровней или их активизации. Вполне безвредное времяпрепровождение для заскучавших домохозяек. Все это хорошо и замечательно. Но подобные упрощения западной культуры, как и многочисленные новейшие вариации техник пути левой руки, не несут в себе ни грамма смысла. Пробуждение Кундалини с помощью сексуальных ритуалов или чего иного, на самом своем глубоком уровне представляет собой инициатический опыт, способный перевернуть привычный мир.
Сходные с Кундалини концепции встречаются в самых разных эзотерических традициях мира, что свидетельствует о том, что тантризм – не более чем локальное осмысление некоего универсального явления. Размышления о феномене кундалини появились в западной герметической литературе задолго до того, как знание о пути левой руки попало в Европу. Змей Кадуцей – хорошо известный символ змеевидной женской сексуальной энергии в герметизме и алхимии. Более конкретно – Гихтель, ученик немецкого мистика Якоба Бёме, писал в 1696 году в своем трактате «Teosophia Practica» («Практическая теософия») о несущем просветление «змеевидном огне», локализованном в основании позвоночника. Такого рода замечания европейцев о змееподобной расширяющей сознание неизвестной энергии, каковая находится в человеческом теле, показывают, что опыт активизации кундалини был известен далеко за пределами Индии. В описании Гихтеля этот позвоночный огонь принимает форму могучего дракона. Дракон как хранитель тайной женской мудрости есть мифический символ, встречающийся помимо европейского фольклора в месопотамской легенде о богине Тиамат, на основе которой позднее сложилась библейское предание о драконе Левиафане, чудовище из «Откровения».

Иллюстрация
Грех. Франц фон Штук.

Тантрическая символика изображает Кундалини в виде змеи, открывающей секретное, потенциально опасное знание. Аналогичную символику мы находим в еретической интерпретации гностиков мифа о змее в райском саду. Змей, считающийся у ортодоксальных христиан Дьяволом, понимался некоторыми гностиками как божественная София, принявшая форму змеи, дабы даровать людям бессмертие и возможность «быть как боги».
Часть позвоночника, расположенная над тазовой костью, где, как считалось, прячется огненная змея кундалини, в современном английском языке называется secrum <крестец>, производным от латинского слова os sacra («священная кость»). В экзотерическом смысле соседство крестца с гениталиями позволяло приписать ему сакральный статус. Однако, в до-римской культуре нет свидетельств в пользу гипотезы, что крестец считался местом сосредоточения силы, сходной с кундалини.
В древнеегипетском культе Сета – неистового бога-«аутсайдера», знаменитого своей ненасытной сексуальностью и тем, что иногда он принимал женское обличье – встречаются упоминания о том, что область спины, особенно позвоночный столб, считается зоной, которой управляет Сет. Египтолог-мистик Иша де Любич описал «силу Сета» как «активную силу огня, чей канал – позвоночный столб… поэтому говорят, что спина принадлежит Сету». Аналогичным образом змей урей, изображенный в боевой стойке на короне равных богам египетских фараонов, практически неотличим от гораздо позднее появившихся индийских изображений проснувшейся огненной змеи Кундалини, поднимающейся из верхней чакры адепта.
В пользу подобных египетских свидетельств о том, что на африканском континенте знали, что такое Кундалини, говорят факты из жизни современных !кунгов, племени, населяющего пустыню Калахари («!» в слове «!Кунг» произносится щелчком языка). Живущие охотой и собирательством !кунги описывают некий механизм экстатического транса, достигаемого, как правило, в ритуальном танце, поразительно напоминающем индийскую тантрическую модель кундалини; хотя, насколько известно, эти две культуры никогда не соприкасались.
В древней Греции оргиастический культ бога вина Диониса, зародившийся на Крите, содержит массу сходной с Кундалини символики, что дает нам еще одно доказательство некогда повсеместной распространенности в дохристианской Европе традиции Женского Демонизма. Главное божество преимущественно женского дионисийского культа было двуполым. Дионис, по природе своей родившийся мальчиком, магическим образом трансформировался в женщину, став в итоге богом, сочетающим в себе оба пола – его история отражает фазы Кундалини. Рожденного с счастливой «женской» отметиной в виде рогов на голове (своей формой символизирующих матку и «женский» лунный серп, позднее демонизированный в рога Дьявола) и изображаемого с короной из архетипических, напоминающих Кундалини, змей, ребенка-Диониса разорвали титаны и сварили в котле.
Богиня Рея, которую иногда представляли в образе близкого к Кундалини дракона, оживила его, превратив в девочку, и воспитала. От этого он получает змееподобную силу шакти женского принципа, хотя исступленное поклонение менад его не трогает в сексуальном плане. Гибель Диониса с последующим воскрешением в пограничном двуполом образе перекликается с концепциями кундалини, когда посвящаемый разрывает себя на части психически, дабы вернуться в мир богиней; в равной мере эта легенда близка к инициатическому испытанию шамана, который магически «умирает» для того, чтобы обрести женскую магическую силу. В дионисийском культе принимали участие в основном женщины, возвращавшиеся в дикое состояние через сексуальную вседозволенность. В контексте насквозь патриархальной культуры классической Греции подобное поведение части женщин, как правило, считалось антиобщественным нарушением установленной роли женщины как покорной домохозяйки.
Рея, превратившая своим колдовством Диониса из мужчины в женщину, в Малой Азии носила имя богини Кибелы – темной лунной богини, последователи которой подвергали себя ритуальной кастрации в состоянии измененного сознания в момент экстатических инициатических обрядов. Это радикальное средство служило той же цели, что и кундалини, то есть пробуждению женской магической силы в адепте-мужчине. Ритуальная кастрация была обязательным этапом посвящения в жрецы Кибелы; после оскопления новые служители облачались в женскую одежду и приучались носить длинные, как у женщин, волосы в знак их внутреннего изменения.
Современный рассудок могут шокировать столь экстремальные процедуры. Однако же, обет безбрачия католического духовенства, по сути – та же инициатическая кастрация, дающая им власть отправлять магические обряды пресуществления, точно так же двусмысленное облачение, которое католические священники надевают после посвящения, перекликается с древними шаманскими знаками обретения женской магической силы. Католики признают существование Женского Демонизма, поэтому сурово подавляют именно те сексуальные энергии, которые сознательно активизирует путь левой руки; с эзотерической точки зрения, маг может увидеть, что за этим скрывается знание основ приобщения к шакти.
Полный анализ всех, подчас досадно непоследовательных, трактовок Кундалини, какие только существуют, уведет нас слишком далеко от поставленной нами задачи дать описание основ сексуальной инициации пути левой руки. Более того, ни одна книга не способна привести к достаточному пониманию кундалини. Постичь это явление возможно лишь своим физическим телом. Это лучше, чем пытаться понять, что это такое, читая соответствующий текст и воспринимая его строго рациональным левым полушарием мозга. Как всегда, когда речь заходит о сверхрациональных явлениях, тот, кто претендует на это, сам испытал, как разворачивается огненная змея, и возвращается с противоречивыми «отчетами» о том, каким способом это было проделано, и какие были результаты.
На одном полюсе стоят поучения некоторых тантристов о том, что сексуальное наслаждение есть единственный и самый главный механизм постижения кундалини, в то время как последователи пути правой руки настаивают на том, что разбудить кундалини можно исключительно через жесткое воздержание. Согласно традиционным учениям, энергия кундалини содержится в семени, а оно, в прямом смысле слова, превращается в оджа, огненный эликсир, поступающий из гениталий в позвоночный столб, потом в мозг, откуда, как утверждается, питает все тело жизненной силой. Прошедшие такую инициацию и испытавшие перерождение через кундалини женщины по вполне понятным психологическим причинам отрицают связанную со спермой теорию. Другие отдают предпочтение менее «буквалистской» школе, где энергетика, о которой идет речь, описывается как абсолютно не имеющие отношения к физическому телу манифестации тела тонкого (или эфирного).
Чакры, энергетические центры, через которые, как принято считать, движется вверх энергия кундалини, являются другим краеугольным камнем споров. Многие из сегодняшних последователей кундалини-йоги придерживаются мнения, что чакры – не более чем субъективные символы, не имеющие под собой физической реальности, в то время как более консервативные адепты настаивают на их совершенной объективности. Как правило, существование системы чакр более или менее признается всеми, но одни секты выделяют их всего шесть, другие – целых тринадцать.
Сверхъестественные слуховые эффекты, нередко сопровождающие опыт пробуждения Кундалини, подчас воспринимаются как божественная музыка. Грохот цимбал и колокольчиков, режущие слух звуки флейты, бесконечное монотонное гудение часто сравнивают с жужжанием пчелиного роя: это всего лишь несколько примеров акустических ощущений, сопровождающих движение развернувшейся змеи.
Пробуждение Кундалини может привести к измененному состоянию сознания, сопровождаемому ощущением счастья, но все же бывает, что признаки ее проявления на физическом уровне пугают неподготовленного человека. Нередко ощущение Кундалини сопровождается симптомами вроде чувства жестокой лихорадки, особого «дрожания» в области живота и сердца, подчас люди испытывают странный зуд в конечностях. Непроизвольные подергивания, трудности с дыханием, иллюзорное ощущение увеличения тела, словно растешь – вот что, по свидетельствам, сопровождает фазы трансформации. Возможны головная и прочие физиологические боли. Когда Кундалини поднимается, все чувства обостряются до болезненности.
Однако испытавшие пробуждение Кундалини чаще всего сообщают о физическом чувстве – иногда причиняющем боль, иногда радость – обжигающего электрического тока, текущего по спине. О таком, ни на что не похожем, ощущении в позвоночнике говорят даже те, кто до этого не знал о тантрической метафоре, об «огненной змее». Пандит Гопи Кришна в своей классической работе «Кундалини: путь к высшим формам сознания» дает следующий отчет о своем опыте спонтанного пробуждения кундалини:

«Вдруг вместе с ревом, подобном реву водопада, я ощутил поток жидкого света, входящий в мой головной мозг через спинной… Свечение становилось все ярче и ярче, грохот усиливался… [Я] почувствовал, как покидаю свое тело, полностью одетое свечением… в сознании мелькает, что я становлюсь шире, меня окружают волны света… тело, которое обычно является всегда присутствующим объектом восприятия, как мне показалось, начало отдаляться, пока я совершенно не утратил всякое о нем представление… Я весь теперь был одно сплошное сознание…»

Ощущение того, как женская энергия кундалини поднимается по позвоночнику или, если вам угодно, раскрывает чакры, обычно сопровождается очищающим чувством снятия эмоциональных блокировок – чувством освобождения. Подобно сильнейшему генитальному оргазму, «ментальный оргазм» кундалини, бывает, вызывает у посвящаемого неконтролируемый смех или плач, когда происходит отбрасывание ненужных аспектов личности. Подобный опыт может показаться неотличимым от западных концепций безумия, нередко многих практиков-одиночек он заставляет усомниться в здравии собственного рассудка. Это одна из причин, почему мы рекомендуем каждому, всерьез заинтересованному в прохождении именно этого способа инициации, проводить данную процедуру под руководством учителя, уже проходившего ритуал.
Часто звучат сообщения о следующем побочном эффекте кундалини: подчас она вызывает острейшее ощущение духовного смятения. Именно из-за него эта практика считается опасной для психики. Гопи Кришна описывает такие пугающие состояния измененного сознания, особенно ярко они проявляются у тех, кому кундалини является неожиданно, без предупреждения или подготовки, как «Черная Кундалини». Он делает запись о своем мучительном опыте такого неожиданного и непостижимого вихря, об испытании, запомнившемся ему «затянувшимся кошмаром», о случившемся без воздействия наркотических средств сдвига сознания, которое многим на Западе покажется худшим из возможных «бэд-трипов»:

«Чувство ужаса перед сверхъестественным… неожиданное отвращение к работе и беседе, и, как неизбежный результат, поскольку у меня не осталось ничего, что могло бы меня занять, время повисло на мне тяжелым грузом, усугубляя и без того обезумевший рассудок. Ночи были еще страшнее. Я не мог выносить света у себя в комнате… Стоило мне закрыть глаза, как я оказывался глядящим в странный круг света, где кружился вихрь сияющих потоков, стремительно двигаясь из стороны в сторону. Зрелище было увлекательным и в тоже время жутким, оно наполняло меня сверхъестественным ужасом, от которого подчас стыл мозг в костях».

Традиционно считается, что кундалини лучится из свадхиштхана-чакры, которую Тантра описывает как сексуальный центр человеческого тела, расположенный прямо над гениталиями. Физиологический ли это факт или нет, однако еще одним из известных эффектов кундалини является его мощное воздействие на человеческую сексуальность. Воздействие это может варьироваться от сильнейшего сексуального всплеска, включая спонтанный оргазм, до резкого спада эротического желания. В своем изложении опыта Кундалини в 1974 году в книге «Игры сознания» свами Муктананда рассказывает об эротической травме, полученной им в момент пробуждения этой энергии: «Любовь и упоение, испытываемые мной в медитации, полностью покинули меня… Их сменило острейшее сексуальное желание… Я не мог думать ни о чем, кроме секса!… Все мое тело кипело от похоти, и я не могу описать, как страдали мои половые органы…»
Едва эта страсть поутихла, Муктананда сделал вывод: «Когда раскрывается чакра свадхиштхана, сексуальное желание крайне обостряется, но происходит это таким образом, что если можно направить поток сексуальных флюидов вверх, садхака навсегда избавляется от похоти». Эта интерпретация, следует уточнить, дается последователем пути правой руки; адепт пути левой руки не обязан соглашаться с убежденностью Свами в том, что сексуальная страсть есть негативная энергия, которую надо разрушать. Пандит Гопи Кришна, несмотря на то, что был далек от пути левой руки, придерживается не столь осуждающего взгляда на сексуальное воздействие Кундалини, и задает риторический вопрос: «Неужели создатель… столь обделен умом, что сотворил человека таким образом, что сексуальное желание является наиболее сильным его импульсом, сопровождаемым столь острым наслаждением, а потом повелел не следовать ему?» Напротив, он утверждает, что «невероятно восторженным чувством», связанным с подъемом Кундалини, «природа побуждает совершить усилие, направленное на преодоление себя, подобно тому, как оргазм побуждает совершать акт размножения».
Невзирая на эти глубокие физиологические трансформации, материалисты, отрицающие существование кундалини, возражают, что это, в лучшем случае, субъективные психические переживания, не имеющие собой физической основы. Доктор Ли Саннелла, один из немногих западных медиков, всерьез изучавших клиническую природу кундалини, заключил, что этот процесс сложным образом связан с сексуальным функционированием организма, заметив одновременно, что это никак не проявляется у людей, достигших окончательной половой зрелости. Его теория совпадает с нашим собственным убеждением, что инициатический эффект эротических манипуляций пути левой руки может быть активизирован лишь в том теле, которое полностью сложилось сексуально.
Наш краткий обзор некоторых принципов Кундалини иллюстрирует, как тантрическая концепция сексуальных полярностей работает не только в сексуальном контакте с другими людьми, но и как внутренний процесс самотрансформации. Кундалини – это hieros gamos, или божественная свадьба, разыгрываемая внутри микрокосма тела, подобно тому, как практики пути левой руки восславляют мистическое соединение Шивы и Шакти, осуществленное через плотское слияние сексуальных полюсов двух физических тел.
Потуги прояснить противоречия кундалини с помощью традиционного научного подхода, в конечном счете, бесплодны, ибо такой анализ не способен проникнуть вглубь внутреннего mysterium, таинства, наполняющего данное инициатическое испытание. Древние формулировки о пробуждении спящей змеи, либо внутренней богини, намного глубже затрагивают мифические, сверхчеловеческие слои сознания, где, собственно, и происходит инициация. Создание спиритуального андрогина, составляющее цель кундалини, изначально не поддается логике, равно как и все сознательные обратные действия пути левой руки, магические акты, нацеленные на то, чтоб вызвать сбои в навязанном социумом причинно-следственном мышлении и «перепрограммировать» новую реальность.
Одним из вариантов Кундалини, который завоевывает все новых сторонников среди сексуальных магов Запада, является манипулирование энергией, открытое китайскими даосами и известное под названием микрокосмической орбиты. Вместо того, чтоб заставлять спящую телесную энергию устремляться вверх по позвоночнику, а оттуда – в область головы, как в индийской Кундалини, китайская микрокосмическая орбита нацеливает на создание замкнутого круга, опоясывающего тело, по которому энергия будет направляться в зону солнечного сплетения. Поскольку авторы мало экспериментировали с данной методикой, ограничимся замечанием, что микрокосмическая орбита, по всей видимости, представляет собой в равной мере ценную технику оперирования с циркуляциями сексуальной энергии, хотя и не относится собственно к пути левой руки.

Нарушение табу
Тесно связано с путем левой руки Випарита-карами нарушение табу в широком смысле. Слово «табу» происходит от полинезийского тапу, означающего «запрещенный» или «отмеченный». В контексте священного ритуала это одна из центральных методик, составляющих всю инициацию пути левой руки. Хотя путь левой руки – сложившаяся традиция, эта традиция, как ни парадоксально, базируется на систематичном разрушении традиций. Разрушая привычные, автоматические модели мышления, преступая через запрет, садхака левой руки ищет освобождения и просветления, производя трансформацию сознания до божественного уровня. Сексуальный маг всегда приходит к открытию, что нарушение табу дает доступ к блокированным энергиям и ведет к их мощному выплеску.
Здесь надо оговориться, что ваши табу – не обязательно наши, и наоборот. То, что запрещено одной из эпох или культур, среди людей какого-либо класса или уровня образования, в ином контексте не вызовет даже секундного замешательства. Фактически, табу, господствующее в культуре А, будет совершенно нормативным и даже обязательным в культуре В.
Достаточно вспомнить гомосексуальные церемонии посвящения для достигших половой зрелости мальчиков, по сей день являющиеся обязательным религиозным обрядом на некоторых тихоокеанских островах. Сексуальные действия, обладающие сакральным статусом в этом регионе, на Западе считаются уголовным преступлением. Во многих исламских странах действует табу на употребление алкоголя, курить же гашиш, запрещенный почти во всех западных государствах, вполне приемлемо. Пищевые табу – из разряда самых строгих. В ряде азиатских стран собачье мясо считается деликатесом, при том, что на Западе мало кто рискнет нарушить запрет на него. А чтобы читатель на сей счет не воротил нос, напомним ему, что западный обычай есть говядину многим индусам покажется вопиющим оскорблением, поскольку коровы для них – священные животные. Установленный папами запрет для католиков употреблять мясную пищу по пятницам в память о мертвой плоти Христа сегодня особо не работает, однако служит хорошим примером религиозных/социальных пищевых ограничений.
В различных племенах по всему миру табуированной считается женщина во время месячных, общине предписано избегать ее; даже на «цивилизованном» Западе относительно распространенное негласное табу велит мужчине избегать секса с менструирующей женщиной. Однако ритуальное употребление в пищу менструальной крови имеет значение в ряде тантрических сект пути левой руки. По ведийским законам индусам, которые относятся к так называемым пашу, по традиции разрешено заниматься сексом – даже с женой (женами) – всего раз в месяц в период с четвертого или пятого дня по пятнадцатый после месячных. Все остальное время им предписано воздерживаться от половых контактов. Вира пути левой руки имеет право нарушать этот запрет, поскольку он ритуально порвал с обычаем и стремится превратить себя в божественную сущность, находясь вне человеческих законов и норм.
Смерть окружена мириадами табу, которые варьируются от культуры к культуре. По некоторым религиозным обычаям, важнейшим из запретов является запрет демонстрировать фотографии усопшего в течение установленного периода времени. В восточной культуре не позволяется выставлять не набальзамированный труп. Запад предпочитает созерцать реальность физической смерти в отстраненной безопасности, которую ему обеспечивает предварительная санитарная обработка тела в морге.
В нашем кратком перечне табу мы не упомянули так называемые сексуальные «перверсии» и «отклонения» – источник наслаждения для одних и объект невыразимой антипатии для других. Такого явления как «нормальная сексуальность» не только не существует в природе; определения нормального практически всегда ограничиваются рамками конкретной культуры, отторгающей явления, не вписывающиеся в местную реальность. Например, на Западе большинство склонно считать моногамию нормальным состоянием человеческих отношений. На самом же деле, как сообщает Мервин Коннер в работе «Взъерошенное крыло», моногамия является нормой лишь в 16% из приблизительно 849 человеческих сообществ, известных этнографической науке. Гораздо шире распространена полигамия, представляющая собой нормальную модель семьи в 83% сообществ. (Полиандрия, брак одной женщины с несколькими мужчинами, присутствует в оставшемся одном проценте сообществ из 849.)
Во многих уголках мира, среди малообеспеченных семей, довольствующихся однокомнатным жильем, более чем естественным считается заниматься сексом в присутствии родителей, братьев, сестер и детей. Представителям западного евро-американского среднего класса секс в такой публичной обстановке покажется немыслимым и недопустимым, как о том свидетельствует абсурдная теория Фрейда о том, что у малышей, случайно подсмотревших, как совокупляются их родители, формируется «детская травма».
Когда речь заходит о свойственном пути левой руки нарушении эротических табу, большое разнообразие видов «нормального» сексуального поведения делает невозможным выделить конкретный механизм преодоления запрета в контексте современного Запада. Вам необходимо достаточно хорошо знать самого себя, дабы решить, насколько далеко вы способны зайти в сферы, превосходящие ваше нынешнее бытие. В конечном итоге, как и в случае с сознательной инверсией в Випарита-Карами, каждый маг (вне зависимости от пола) должен сам установить собственный запретный предел, который он будет преодолевать. Как и в случае с вышеприведенными примерами табу, не сам по себе запрет обладает магической силой. Скорее, источник потенциальной энергии кроется в индивидуальной психологической системе ценностей, подвергшейся воздействию такого рода трансгрессии.
Чтобы до конца разобраться с тем смыслом, какое имеет нарушение табу в практиках пути левой руки в Индии, надо обсудить кое-что касательно значения концепций грязи и чистоты в индуизме. Бесконечное множество действий грозит запачкать правоверного индуса, существующего в жестких рамках, запрещающих есть, вступать в брак или просто общаться с представителями прочих каст – это пример лишь нескольких из неисчислимого количества поступков, о которых говорится, что они кого-то могут запачкать. Запутанность и неумолимость таких законов не поддается описанию, они регулируют каждый из возможных аспектов жизни ортодоксальных индусов, в особенности – элитной касты брахманов, стоящей на вершине иерархии.
Адепт пути левой руки сознательно идет на «нечистые» поступки, вознося их до уровня священного ритуала, преодолевая тем самым божественные законы. Мужчина или женщина, низвергнувшие положенные богами ограничения, с неизбежностью становятся равными богам. Даже сейчас, в социальном хаосе времени и культуры Кали-юги, когда ушли четкие представления о духовной нечистоте, известные на субконтиненте, все же остались способы преодоления установленных рубежей, благодаря которым посвященный левой руки способен приобщиться к той же самой освобождающей силе.

Иллюстрация
Принц, развлекающийся в гареме

Иллюстрация
Ритуальное соитие; скульптурное изображение в храме Хаджурахо



III.
В храме девяти врат
Экстатические ритуалы пути левой руки



- Ритуалы левой руки черпают свою силу из сознательного переворачивания установленной морали. Откровенно сформулированная цель ритуала Пяти Ма направлена на возвышение молящегося над одобрением, цензурой, стыдом, семейной гордостью и кастой ради совершения шага, приближающего к освобождению от уз, не дающих испытать высшее блаженство; одновременно ритуал свидетельствует о том, что господствующая мораль запрещает такие вещи как вино, вкушение мяса и сексуальный контакт вне брака.
– Джеффри Пэриндер. «Мировые Религии»

Пять тайн
Практики индийского пути левой руки включают в себя множество священных ритуалов нарушения табу, суровость которых варьируется в зависимости от секты и региона. Самым знаменитым является, пожалуй, Паньчамакара или «пять вещей», также известная как Паньчататтва – пять таттв. Некогда тщательно охраняемый от непосвященных акт эротической магии, иногда называемый «тайным обрядом», давно перестал быть секретом. Паньчамакара также известна как ритуал «Пяти Ма», поскольку включает себя употребление пяти вещей, у простых индусов табуированных; их названия начинаются с буквы «М».
Хотя сегодняшнему западному читателю тайный обряд может показаться довольно пресным, вряд ли заслуживающим своего «тайного» статуса, для практиковавших его он был неслыханным преступлением, поскольку они существовали в обществе, где со всех сторон их окружали табу, за соблюдением которых следили крайне тщательно. Подробный анализ множества слоев смысла, скрывающихся в этом знаменитом – но нередко поверхностно толкуемом – ритуале позволит магу понять сложную структуру значений наиболее широко известного священного обряда пути левой руки и взглянуть на него с инициатической точки зрения.
Скрытая мантрическая символика приписывается звуку М и числу пять, с которыми связаны эти табуированные элементы; первые четыре – это матсья (рыба), мамса (мясо), мадья (алкоголь) и мудра (поджаренные зерна или бобы). Пятый – майтхуна (ритуальный коитус). Съедобные элементы означают Воду, Воздух, Землю и Огонь, объединенные вездесущим Эфиром, который символизируется половым актом. То есть силы, организующие вселенную, поступают в тела тех, кто выполняет ритуал. Эту практику западные маги могут уподобить традиционному в герметических церемониях вызыванию четырех стихий.

Иллюстрация
Пара, пьющая вино во время пролонгированного коитуса.

У тантристов различных сект существует своя эзотерическая символика, связанная с пятью элементами, стоящая выше и выходящая за рамки их буквальных значений и признанного табуированного статуса. Поедание матсьи (рыбы), запрещенной у индусов-вегетарианцев, как считалось, выражает женский принцип, столь важный для пути левой руки. С другой стороны, «рыбу» можно понимать как изменчивые потоки, «протекающие» по левому каналу тонкого тела ида и правому каналу пинагала, а еще – как стихию прана (воздух), также текущий по эфирному и физическому телу.
Ритуальное вкушение сильно перченого мяса (мамсы) не просто нарушает индуистский запрет на употребление животной пищи. Этим также символизируется осознание адептом того, что инициация пути левой руки происходит во время его (ее) жизни через плоть, а не в состоянии жизни после смерти. Слово, обозначающее мясо, мамса, расшифровывается, в соответствии с сумеречным языком, как обозначающее ма (язык) и амса (речь), что выражает правильное произношение мантры, столь важное в ритуалах пути левой руки.
Мудра (поджаренные зерна или сушеные бобы) интерпретируется как зашифрованная отсылка к приостановке телесных энергий и сущности, что проявляется в удержании или втягивании в себя назад некоторыми тантристами-мужчинами семени в метафизических целях. мудру, символ растительной жизни, можно понимать как знак стихии земли. В ритуалах пути левой руки женщину-партнера часто называют мудра. Это же слово связано с обозначением жестов рук в йоговских практиках, также носящих название мудра или «та, что дарит наслаждение».
Мадъя – это больше, чем вино; это жидкий символ измененного сознания и духовной одержимости визионерским, божественным опьянением. В символике обозначения стихий вино связывают с огнем. Питие вина в ритуалах Паньчамакары означает наполнение радостью инициатических практик, порывание с трезвым мышлением ортодоксии правящей жреческой касты брахманов. Джон Вудрофф, один из первых западных исследователей Тантры, упоминает в своей книге «Шакти и Шакта» о том, что, согласно тантрической литературе, различие путей правой руки и левой руки можно уподобить разнице между молоком и вином. Громадное значение имеет то, что вино и опьянение в фольклоре индусов имеют женскую природу шакти, а многие индуистские богини в материальном мире воплощены в стихиях, несущих опьянение, в субстанциях майи.
Употребление спиртного, как правило, запрещенное придуманными в разных уголках мира отрицающими наслаждение постулатами аскетизма, встречается в виде символа в ряду божественных сущностей, означающих в системе ценностей пути левой руки беспорядок, созидательный хаос и Эрос. Например, бог сексуального неистовства и войны Сет и его жрецы в более-менее пуританском древнеегипетском обществе четко ассоциировались с опьянением; в частности, крепкое десертное вино носило называние «дар Сета». Не стоит оставлять без внимания поразительную схожесть Сета с Шивой в его жутком, более древнем облике Рудры Ревущего. Позже на Ближнем Востоке эту традицию продолжили суфии, последователи исламского еретического течения, сходного с путем левой руки. Они писали стихи, где их видения сравнивались с бурным опьянением, вызванным вином, а также прекрасными женщинами или мальчиками.
Однако нельзя забывать, что такое ритуальное опьянение – подобно всем чувственным удовольствиям пути левой руки – достигается лишь тогда, когда адепт (вне зависимости от пола) уже подготовил свой разум и готов выйти за пределы нормального, дремлющего сознания. В некоторых, более мягких, сектах пути левой руки во время ритуала дозволяется лишь пригубить вина, количества которого едва хватает, чтобы преступить табу и символически выразить присущий вину эзотерический принцип. В других, особенно – в радикальной секте агхори, последователи в изобилии поглощают вино из черепов, служащих чашами, дабы проверить свое умение контролировать сознание при любых обстоятельствах.

Иллюстрация
Индийская пара курит бандж в качестве афродизиака.

Табуированность этих четырех субстанций в индуистском обществе ставит практикующего перед задачей преодоления запретного, что так важно для избравшего путь левой руки. Но есть также одно практическое соображение, заставляющее рекомендовать их употребление непосредственно перед сексуальным ритуалом. Данные три вида пищи вкупе с вином, как издавна считалось, обладают свойствами афродизиака и будут способствовать соитию Шивы и Шакти во время майтхуны. Несложно представить, каким бесчинством покажутся индуистам, придерживающимся строжайшей вегетарианской диеты и воздерживающимся от алкоголя и чрезмерного секса даже такие, на первый взгляд, мягкие обряды.
Значительная часть беззаконий, творимых во время тантрических ритуалов на глазах британских властителей Индии – и среди держащих себя в строгости индусов высших каст – была вдохновлена более чем дерзким культом сексуального экстаза. Традиционное применение в этих практиках наркотиков также пугало стражей общественной морали.
Говоря о Ритуалах Пяти Ма, многие из нынешних апологетов Тантры левой руки предпочитают замалчивать частое употребление полученных из конопли наркотиков бандж или ганджа – сильнодействующих разновидностей марихуаны и гашиша – используемых в основном как афродизиак. Главный йог Шива, управляющий измененными состояниями сознания, нередко изображается готовящим бандж или другие сильнодействующие снадобья. Хотя бандж обостряет чувства и усиливает сексуальное влечение двух участников ритуала друг к другу, он может также применяться для развития у неофита способности к внутренней визуализации. Предполагается, что в итоге адепт научится совершать эти ментальные действия без внешней стимуляции, однако эти практики не встречают у тантристов пути левой руки осуждения с точки зрения морали. К сожалению, собственно употребление банджа и прочих стимуляторов в качестве первоначального средства раскрытия восприятия традиционными сектами Вама Марги подчас воспринималось на западе как призыв к самоубийственному злоупотреблению наркотиками. Жизнь Алистера Кроули являет поучительный пример страшных последствий такой наклонности.

На двух дорогах
Паньчамакара ярко иллюстрирует отчетливую разницу между трактовкой инициации в философии пути левой руки и пути правой руки. Если путь левой руки недвусмысленно преступает социально-религиозные запреты, то адепты пути правой руки совершают «ритуал пяти Ма» чисто символически. Фактически, последователи Дакшина Марги ни одного табу не нарушают, а лишь разыгрывают это действо, заменяя запретные продукты субстанциями-метафорами. То есть во время ритуала правой руки адепт будет вкушать обычную для индуистов вегетарианскую пищу, где имбирь будет означать рыбу, молоко – вино, и так далее. Когда приходит время сексуального ритуала, где должно произойти сладостное слияние Шивы и Шакти, последователь заменит пенис и вульву показательным соединением двух цветков, один из которых будет иметь выпуклую форму лингама, а второй будет похож на йони.
Символические замены собственно сексуальных обрядов в практиках пути правой руки весьма напоминают сублимированные символы сексуального в западной магической традиции. Например, на Западе очень распространена замена настоящей вагины мага-женщины целомудренным глотком из символического «потира» или «Грааля», а суррогатом мужского пениса служит меч. Специалисты по истории оккультизма предложили теорию, согласно которой эти символические инструменты западной церемониальной магии – не более чем позднейшие отголоски более древней сексуальной традиции. Сравнивая толкование «ритуала пяти Ма» – символическое и рационализированное в пути правой руки и реальное и плотское в пути левой руки – сложно не прийти к мысли, что здесь имела место аналогичная эволюция. Это еще одно доказательство того, что Тантра начиналась как Вама Марга, путь женщины, а путь правой руки – позднее сложившаяся, очищенная от сексуальных коннотаций, социально-приемлемая имитация более древних инициатических мистерий.
Тайный обряд можно успешно провести в любых условиях или контекстах. Не нужно особого ритуального помещения или храма; более того, физические тела непосредственных участников ритуала мыслятся в буквальном смысле как храм пути левой руки. Традиция пути левой руки нередко именует человеческое тело «храмом девяти врат» – два глаза, два уха, две ноздри, рот, анус и пенис/вагина. Через девять врат входят все чувственные впечатления материального бытия и становятся для нас реальностью, и с помощью этих же самых девяти врат мы творим личные материализованные миры, где сами живем.
В Индии посвященный в традицию пути левой руки, как правило, избирает место для ритуала, отмеченное необходимым «темным» знаком; предпочтение отдается зонам, где царит атмосфера запретного. Заброшенные храмы и кладбища, кремационные площадки, где горят жутковатым белым светом погребальные костры, любое место, считающееся в народе проклятым – вот что традиционно ассоциируется с проведением ритуалов пути левой руки. Считается, что здесь концентрируется темная энергия шакти, и часто в выборе этих диких и негостеприимных местностей мы угадываем стремление Вама Марги соединить активную и жизнетворную природу сексуального начала с ее полярной противоположностью – сумрачной обителью смерти. Такое осознанное приятие опасного, характерное для эротической инициации Кали-юги представляет собой лишь один из многих факторов, задействованных в таком выборе. Стоит помнить и о прагматичном соображении, заставляющем отправлять сексуальные обряды пути левой руки в проклятых или пустынных местах. Меньше вероятность, что ритуал будет прерван любопытными зеваками, если провести его в обстановке, которая, скорее всего, отпугнет непосвященных.
Теперь читатель поймет, что шакти обучают преимущественно ночью, под покровительством в большей степени лунного, чем солнечного мужского начала. То есть чаще всего временем отправления ритуала пяти тайн избираются часы между семью вечера и полуночью.
Посвященные обоих направлений проводят «ритуал пяти Ма», сидя в кругу, внутри которого обычно присутствует сложный символ, называемый Шри-Янтра, психограмма, состоящая из пересекающихся треугольников; треугольники, покоящиеся на основании обозначают лингам и сознание Шивы, направленные вниз (универсальный символ женских гениталий) – йони и силу Шакти. Посвящаемый самолично рисует эту янтру красным соком сандалового дерева или вермильона, расширяя свое сознание в эту им самим созданную форму сексуального соединения и находясь при этом в состоянии глубокой медитации. В центре одного из треугольников ставится точка, символизирующая бинду, источник всего сущего, эзотерическая сила семени. Считается, что медитирующий шакта приобщается, рисуя эту картинку, к самому процессу творения, и в этот же момент вне дремлющего времени создается ритуальное пространство, где можно отпраздновать пять таинств. Как и в большинстве тантрических ритуалов, неважно, правой ли, левой ли руки, процесс ментального совершенствования, лежащий в основе Паньчататтвы, начинается с дыхательных упражнений, так называемой пранаямы.
Затем адепт-мужчина принимает асану (йоговскую позу), известную как йони-мудра или «запечатывание вульвы», за которой стоит концепция запечатывания источника электромагнитной энергии, что составляет весьма значимый физический аспект сакрального полового акта. В этой позе адепт несколько раз сокращает мышцы промежности, расположенные между гениталиями и анусом. Эта процедура нацелена на пробуждение муладхара-чакры, находящейся в этой зоне. Отсюда по телу начинает подниматься змеевидная энергия кундалини-шакти, процесс сопровождается визуализацией соития Шакти и Шивы как прелюдии к воссозданию их божественного, порождающего универсум слияния в человеческом облике.
В ритуалах пути правой руки женщину усаживают – почти полностью одетую – справа от адепта. В школе темной волны инициатрикс, являющаяся эротической инкарнацией Шакти, сидит в кругу слева от мужчины. Как упоминается в одной из тантр, «слева от него женщина, искушенная в искусстве любви, справа – чаша для возлияний».
Даже среди свободных последователей тантры пути левой руки, женщина, участвующая в майтхуне, не всегда обнажается до конца; лишь адепты, достигшие высшего статуса виры, как считается, имеют достаточно силы прикоснуться к чистой энергии шакти, испускаемой полностью нагой женщиной. Современному западному рассудку, избалованному постоянно мелькающими в СМИ картинками нагого женского тела, такое условие покажется нелепым. Тем не менее, оно основано на эзотерическом восприятии наготы как символа магической силы открывшей себя богини. Во время ритуала женщина-партнер получает статус божества, а адепт-мужчина приближается к ней как к живой инкарнации внушающей священный трепет шакти, а не просто как к человеческому существу. Для многих современных практиков, глухих к эротическому мистицизму из-за всю жизнь исповедуемых догматов расхожего рационализма, практически невозможно вдруг ощутить в своем сексуальном партнере божество. Однако без этой важнейшей трансформации сексуальный ритуал лишен силы и, по сути дела, представляется ничем иным, как пустой церемонией.

Пять чувств
Цветовая символика в Паньчататтве имеет столь же значимую смысловую нагрузку, как и в ряде западных магических практик. В частности, алый – оттенок, издавна ассоциировавшийся с жизненной энергией Эроса и могуществом крови, одушевляющей живые существа – практически канонический цвет Вама Марги. Мы уже видели, что символ шри-янтра рисуют красным. Алый цветок гибискуса, или джаву, часто приносят в помещение, где проходит «ритуал пяти Ма». Мудра, женщина-инициатрикс, иногда украшает себя алым цветком или надевает алое платье. Когда Паньчататтву специально выполняют с менструирующей женщиной (а делают это достаточно часто), алый может означать менструальную кровь, которая, как считается, обладает яйцеклеточной энергией, являющейся противоположностью мужской спермы. «Кровь женщины в цвету», по мнению адептов, особенно богата чистой энергией шакти, на физическом уровне излучаемой в виде эстрогенных субстанций, которые сами по себе являются носителями магической силы.
В «ритуале пяти Ма» задействованы все пять чувств. Табуированная пища и вино стимулируют вкус, их употребляют с приличествующими превращенными в формальный ритуал церемониями; это не простая ежедневная трапеза, как может представить себе кое-кто на Западе. Каждый продукт освящается чтением особых мантр, прежде чем его разделят между шакта и шакти, затем его окропляют небольшим количеством вина. Именно в этом кругу происходит прием запретной пищи и вина, питающих, по словам тантристов, тонкое тело скрытой богини Кундалини внутри физических организмов мужчины-шакты и его шакти.
Оптическое восприятие стимулируется за счет подобранных визуальных эффектов вроде шри-янтры и присутствующего на протяжении всего ритуала яркого алого цвета. Современные тантристы умело используют цветную подсветку, чтобы привнести мягкий свет в обстановку ритуала. Одна из традиций пути левой руки подразумевает, что сексуальный ритуал не должен происходить в полной темноте, поскольку она мешает полной стимуляции всех чувств, которая считается необходимой. Мантры, которые читают и интонируют адепты, направлены в звуковую область творения. Наконец, осязание и обоняние активизируются до предела во время прелюдии к соитию, завершающему Паньчататтву.

От женщины к богине
Тело человеческой шакти, как часть акта трансформации женщины в божественное существо, подвергается ритуальному омовению и очищению. Эти сакральные процедуры, подобно прочим составляющим ритуала, служат и практической цели: считается, что омовение позволяет электромагнитной энергии темной волны лучше циркулировать между соединенными сексуальным актом телами. По этой причине адепт-мужчина перед тайным обрядом тоже тщательно моется. Разумеется, среди прочего играет свою роль и возбуждающий аспект очищения эрогенных зон и гениталий.

Иллюстрация
Ритуальные омовения как приготовление к сексу.

Затем шакти делают хороший массаж с небольшим количеством эфирных масел; запахи выбираются в соответствии с их магическим смыслом и приписываемым им свойствами. В непосредственной практике тантрических культов использование благовоний весьма варьируется, однако даже современные маги стараются избегать синтетических духов. Часто мужчина умащивает руки своей альтер-эго жасмином, груди и щеки – пачулями, бедра – сандалом, подошвы ступней – шафраном, вагинальную зону – мускусом. Хотя нанесение этих запахов на женское тело призвано, с одной стороны, обострить чувства, каждый из данных ароматов, как известно каждому современному парфюмеру, помимо всего прочего, представляет собой сильнейший афродизиак. В конкретном случае подразумевается, что они разбудят спящие силы корневой чакры муладхара, расположенной ниже всех прочих чакр. Там, возле основания позвоночного столба, дремлет свернувшаяся огненная змея.
Пока мудра, живое воплощение божества, медитирует, ей на лоб вермильоном наносят знак в виде точки между бровей и окрашивают в алый цвет ступни и пальцы ног. На лицо накладывают небольшое количество сандаловой пасты, которой в Индии нередко покрывают статуи богинь.
С этого момента йони шакти воздают почести не просто как конкретной женской вульве, но как безличному мистическому источнику и матрице всего сущего, ключу самого творения. Поклоняясь йони, адепт созерцает дверь в центр универсума, само сердце реальности в sanctum sanctorum* (* Sanctum sanctorum (лат.) – святая святых.) Храма Девяти Врат, откуда проецируются в нашу реальность все формы проявления майи. Ритуальное поклонение вульве, или йони пуджа, сопровождается подношением цветов и вермильона, традиционных у индусов даров богам. Этот акт в буквальном смысле обожествления, восторженного почитания <veneration> – данное слово лучше всего передает ритуальное поклонение богине чувственной страсти Венере – направлен на пробуждение в мудре возвышенного осознания себя как воплощения Женского Демонизма, на время ритуала поднимающего ее над обычным ее смертным бытием. Видимо, данный аспект является архаичным пережитком сексуального культа, связанного с древнейшей религией Индо-Гангской равнины.
Партнер также возносит почести прочим частям тела мудры, с помощью чтения нужных мантр наполняя их божественным присутствием. Этот этап ритуала, называемый нъяса, помимо всего прочего, направлен на железы, излучающие тайную эндокринную энергию, оджа, а также на зоны чакр, которые представляют собой семь образующих вертикаль лотосов тонкого тела, по которым поднимается кундалини. Оджа – это тонкая энергия, сознательное накопление и культивация которой дает адепту мужского или женского пола возможность распоряжаться собственной волей, а также она является источником энергии, генерирующим личную магическую силу. Во время этой сложной процедуры сознание мужчины и женщины изменяется, вознося их на более высокие уровни бытия. Для мужчины партнерша его есть богиня, а женщина ощущает в себе сверхчеловеческую силу шакти, и, пока длится ритуал, разворачиваясь по ту сторону понятия времени, мужчина становится Шивой. Такое самообожествление человеческого организма представляет собой крайне значимый аспект инициации пути левой руки.
Несмотря на то, что Вама Марга акцентируется на Богине, в ряде других эротических церемоний центром становится мужское начало. В некоторых аутоэротических ритуалах адепт-мужчина поклоняется себе как богу, называя собственный эрегированный пенис головой живого бога. Священные куртизанки девадаси, или храмовые танцовщицы, призывали Шиву через акт ритуальной оральной стимуляции посвящаемого мужчины. Когда с помощью сексуального наслаждения пробуждается подобное божественному сознание, приобщение адепта к божеству происходит, прежде всего, на уровне его проявления в физическом теле, а не через поклонение, как в традиционных религиях, некоему внешнему божеству.
Одна из Тантр однозначно заявляет, что во время ритуала пяти таинств мужчина, совершая сексуальное поклонение своей мудре как воплощению темной богини, должен видеть в ней не менее, чем Бхайрави, жуткую разрушительную силу, сметающую все препятствия, безжалостную Мать Кали: «Узревшему вино, рыбу, мясо, женщину, следует приветствовать Бхайрави-Деви словами: «Ом! Приветствую возлюбленную Шивы, убирающую преграды, Привет тебе, дарующая благо, украшенная гирляндами из отсеченных голов в кровавых потеках. Приветствую тебя, и да исчезнут все преграды и благополучие да будет сопутствовать Каулакаре». (Каулакара, или Путь Общины, является синонимом пути левой руки и означает инициатическую школу знания в широком смысле).

Внутри Храма
Придя в состояние возбуждения, партнеры ложатся вместе, причем женщина-шакти занимает место слева от мужчины. Тот дышит через пингалу (расположенный в правой части тела энергетический канал) и медленно проникает в ее йони. Предварительно воздав йони внешние почести, адепт теперь получил возможность войти в святилище, сосредоточение майи и источник всего сущего. Акт физического проникновения одного тела в другое есть предельный акт – пересечение порога, за коим сознанию открывается священное пространство, где отправляется сам ритуал. Два храма девяти врат соединились.
Совокупление в ритуалах пути левой руки, как правило, совершается долго и медленно, в отличие от взбалмошной скачки к оргазму, свойственной западному сексу. Это отличительный момент не только Тантры пути левой руки, но также общий аспект индийского понимания чувственности, еще в древности превратившего эротическое наслаждение в искусство. Как мы уже подчеркивали, задача адепта состоит не в том, чтобы «наскоро» скинуть сексуальное напряжение, как это делают пашу, но взрастить это самое напряжение до почти невыносимой степени, а затем совершенно превзойти нормальную сексуальность. И действительно, такое накапливание желания, пока оно разрастется до силы, способной совершить трансформацию сознания, иногда достигается с помощью того, что адепт спит без одежды в одной кровати с шакти в течение многих ночей и только потом ему дозволено совершить хотя бы малейшее прикосновение. Так создается вполне ощутимый биоэлектрический обмен между партнерами, весьма и весьма усиливающий эффективность финального полового акта.
Согласно Тантре, даже визуальный контакт с партнером представляет собой разновидность проявления эротического. Один из традиционных подготовительных этапов к тайному ритуалу заключается в том, что адепт молча смотрит в глаза контрасексуального альтер-эго, и лишь затем допускается одно-единственное нежное прикосновение. Неотрывный взгляд продолжается гораздо дольше, нежели к тому привыкли люди-животные, что позволяет совершить еще один разрыв с естественными привычками тела. Недавно проведенные в Германии исследования показали, что простое разглядывание фотографии сексуально привлекательного человека противоположного пола приводит к выбросу усиливающей внимание подобной кокаину субстанции в части мозга, реагирующей на «позитивную» стимуляцию. По крайней мере, некоторые из заметных психических следствий сознательного затягивания сексуального ритуала пути левой руки, по всей видимости, связаны со сходными изменениями в химическом составе мозга. В конце концов, ученые сумеют установить неврологическую подоплеку того, что происходит в мозгу пары, воспроизводящей союз Шивы и Шакти, и благодаря такому знанию методы пути левой руки станут точнее.
С помощью подлинной науки скользящих взглядов, нежных прикосновений и поз, рассчитанных на то, чтобы возвести эротический контакт на уровень божественного наслаждения, которое испытывают сами Шива и Шакти, пара преодолевает пределы, свойственные сексу, разворачивающемуся во времени. Чтение мантр, дыхательные упражнения, систематичное стимулирование чувств и предварительная медитация уже вызвали глубокое состояние измененного сознания, превращая сексуальное удовольствие в ритуал в честь собственной божественности.
Дабы продлить такой вневременной период растущего разрыва, оба партнера применяют ряд прагматичных физических методик, которые лишь недавно были вновь открыты западными сексологами. Например, шакти нередко обучают сжимать рукой основание пениса партнера, чтобы как можно дольше задержать оргазм, что позволяет продлить изменяющий сознание экстаз. Современные последователи пути левой руки с аналогичной целью используют специальные кольца для полового члена.
Слово «экстаз» сегодня настолько небрежно и повсеместно употребляется для описания мимолетного удовольствия, что маги, которым еще предстоит лично испытать данное состояние, обладают более чем смутным представлением об этом радостном трансе, вхождение в каковой составляет цель сексуальных ритуалов пути левой руки. Тем не менее, говоря об экстазе, мы подразумеваем изначальный, религиозный смысл этого слова, а не просто синоним всевозможных ощущений, «от которых хорошо». В практиках пути левой руки он равен по значимости гедоническому воздействию на тело, и не следует забывать, что первостепенную важность имеет воздействие на психику участника. Едва адепт освоит техники ритуального секса, время/пространство эротического обмена может привести к всплеску кундалини, сопряженному с приобретением способности к визионерству и переживаниям вне тела, либо просто послужит «трамплином» к овладению умением манипулировать майей – чем и занимается маг.
Конечная цель соединения сексуальных полярностей, которое осуществляется через майтхуну, состоит в пробуждении у посвященного ни чем не опосредованного восприятия реальности. Однако личный опыт ритуала у каждого конкретного мага должен основываться на его (ее) индивидуальном универсуме смыслов. Преодоление всех мыслимых вербальных построений, экстатический апофеоз, достигаемый в сакральном сексе, никогда не поддается никакой стандартизации и по природе своей сопротивляется всем попыткам его описать. И потому ученик, делающий первые шаги на пути левой руки, не должен брать за предпосылку, что ему (ей) надо стремиться к некоему заранее установленному или предписанному результату – догматические концепции «правильного» и «неправильного» итога несовместимы с радикальной индивидуальностью адептов Вама Марги. Хотя методики сексуального ритуала пути левой руки насчитывают сотни лет, каждый новый эксперимент с ними дает отправляющей ритуал паре шанс приобщиться к изначальной силе сексуального творения, словно в самый первый раз.

Тело из света
Природа эротических взаимодействий, возможных в майтхуне, крайне разнообразна и зависит от личности учителя либо философии секты, к которой принадлежит посвященный. Тантрический ритуальный коитус редко похож на бесноватые скачки обычного секса. Зачастую возбужденный мужчина просто замирает в своей шакти, позволяя противоположным энергиям мужского и женского начала перетекать друг в друга, в то время как кундалини пробуждается благодаря ментальной концентрации. Этот контакт поддерживается в течение продолжительного отрезка времени, на первых порах длящегося полчаса или час. Опытные практики впоследствии начинают удерживать такое слияние в рамках священного брака противоположностей часами, создавая мощное электромагнитное поле, соединив мужской полюс (+) с женским (-).
Некоторые полученные «не из первых рук» тексты о тантрической сексуальности (авторы которых зачастую элементарно не поняли предмет, либо их снедало пуританское рвение растушевать фактор наслаждения, являющийся одной из составляющих пути левой руки) описывали эротические ритуалы Вама Марги настолько смазано, будто бы вздумали полностью запутать начинающих последователей. Ежели бы вам вздумалось разобраться в Тантре, на основании некоторых из подобных опусов, у вас бы сложилось странное впечатление, что посвященные пути левой руки отправляют сексуальные ритуалы без особой на то охоты, «потому что надо – с тем же настроением, с каким посещают стоматологический кабинет. И не дай Бог адепту пути левой руки испытывать хоть какое-нибудь физическое удовольствие от сношения!
Такого рода ханжеские книжонки оказывают плохую услугу экстатическим принципам пути левой руки, когда пытаются обойти тему необходимого физического наслаждения, а как раз оно и окутывает тантрическую инициацию облаком абстрактной спиритуальности. Острому биологическому удовольствию придается огромное значение. Фактически, одна из заповедей традиционного пути левой руки заключается в том, что наличие сексуально желания в теле человека полагается знамением того, что порождающая космос божественная энергия обнаруживает себя в посвященном. Поэтому наличие эрекции почитается как физический признак божественности в плотской оболочке. Хотя темный Эрос существенно отличается от ставящего своей единственной целью оргазм полового акта, что отличает секс ordinaire* (*Ordinaire (франц.) – обыкновенный, заурядный.), опрометчиво заявлять, что в нем нет влечения к партнеру. Если бы загадочные асексуальные половые ритуалы, предлагаемые в ряде современных текстов, и были бы физически осуществимы, интересно, каким бы образом вызывались бы эрекция и увлажнение влагалища при рекомендованном полном отсутствии страсти и желания.
Да, эротическое наслаждение, испытываемое тантрическими партнерами, частично истолковывается как проявление великого экстаза божественного сознания на физиологическом уровне восприятия. Но при этом в ритуале пути левой руки приветствуются и ценятся сами по себе и радости плоти.
Адепт темной волны алхимически преобразовывает естественно возникающие элементы сексуального желания в безотказные инструменты расширения границ сознания. С тех пор, как песнь эротического влечения прозвучала в первый раз, люди успели заметить, насколько уникальные нейрофизиологические явления способно порождать желание. В их числе обострение внимания, замедление восприятия времени, разжигание творческого мышления и радикальное увеличение энергии. Сексуальный маг пути левой руки «распространяет» эти полезные качества из плотской сферы существования и воспроизведения человеческого рода в демоническое царство бытия.
Одна из причин, делающих секс настолько эффективным инструментом изменения сознания и магическим медиумом – его крайне полезное физическое свойство: рассудок, находящийся под воздействием мощнейшего сексуального возбуждения в течение продолжительного отрезка времени, способен сфокусироваться в однонаправленный луч ясности. Такое состояние обостренного внимания, достигаемое даже при не-инициатическом коитусе, было замечено Альфредом Кинси, одним из первых сексологов. Он сказал на этот счет, что даже выстрел из пистолета не способен разрушить экстатическое напряжение совокупляющейся пары. Данное совершенно нормальное физиологическое свойство эротического внимания известно всякому ведущему половую жизнь человеку, но с оргазмом оно, как правило, рассеивается. Адепт пути левой руки «ухватывается» за эту напоминающую лазер ясность, порождаемую желанием, продлевает ее, насколько это возможно и сознательно направляет ее на цели, относящиеся к посвящению.
Острое, сфокусированное удовольствие, из-за которого столь многие обрекли себя на рабство Эросу, подчиняется внутренней сосредоточенности посвященного и позволяет ему (ей) стать хозяином этой самой изначальной и стихийной из энергий. С помощью дыхательных упражнений и чтения (вслух или про себя) мантр во время полового акта необъезженная дикая лошадь вожделения обуздывается волей мага и соединяет могущественное средство растянутого во времени сексуального экстаза с операциями адепта, направленными на самотрансформацию.
Мантры, призывающие Шакти и Шиву в тонкие тела участников действа, продолжают читать и во время сексуальной майтхуны. Когда адепты достигают высшего уровня остроты ощущения своей инкарнации в божество, фактически отдаляясь от человеческого состояния сознания, чтобы приобщиться к своей собственной божественной сути, вслед за этим может последовать оргазм, энергетический пик, мистическим образом выносящий за рамки единичной личности и позволяющий магу столкнуться – и соединиться – со слившимися воедино проявлениями чистого сознания (Шивы) и чистой энергии силы (Шакти).
Теоретически систематическая практика майтхуны, на еще более интенсивных уровнях направленного желания, по видимости, должна усилить вечный, бессмертный элемент спиритуальных тел пары, и, в конечном счете, родится неуязвимая психическая сущность, неподвластная неизбежным изнашиванию и деградации, которые суждены всем земным созданиям. Надо пояснить, что психическое бессмертие обретается не для физического тела, которое является инструментом. С помощью изначальной, созидательной энергии шакти, активизирующейся через темный сексуальный ритуал, укрепляется тонкое тело внутри физической оболочки.

Сексуальный вампиризм
В качестве отступления от темы стоит уделить несколько слов китайской даосской разновидности пути левой руки, первоначально практиковавшейся лишь китайским императором и его придворными. Согласно даосской сексуальной алхимии, обретение бессмертия фактически является единственной целью эротического обмена. Император старался совершать половой акт без последующего семяизвержения, ослабляющего ян, с как можно большим числом наложниц своего гарема за один вечер, стараясь поглотить энергию инь, испускаемую вагинами юных дев. Хотя мужчина не должен был эякулировать, действо считалось успешным, если во время него женщина за один раз испытывала множество сильных оргазмов. Считалось, что поглощение столь большого объема женской сексуальной энергии без потери мужской, дает физическое долголетие, сверхъестественно продлевает молодость и создает резервуар неограниченной силы адепта-мужчины, которая переживет физическое тело и останется с ним в его посмертном существовании.
В отличие от индийских и тибетских форм пути левой руки, где женщина-участница, по крайней мере, теоретически, рассматривалась как живая богиня, китайское инь-дао целиком и полностью основывалась на стремлении мужчины к бессмертию; женщина была всего-навсего сексуальным аккумулятором, который надо разрядить, опустошить и отбросить. В общем-то, после подобной процедуры, она считалась бесполезной для магических целей – для этого гарем постоянно пополнялся. В одном из текстов-рекомендаций, «Юй Фан Чжи Яо», сообщают, что простой мужчина разрушает сам себя, ограничиваясь совокуплением с единственной супругой, которая якобы истощает всю его энергию ян. Здесь мы видим замечательный исторический пример сексуального вампиризма: осознанное, одностороннее истощение юной сексуальной энергии одного партнера, дабы второй партнер получил бессмертие.
Не обязательно быть сексуальным магом или китайским императором, чтобы иметь возможность наблюдать такое явление в повседневной жизни. Всем нам доводилось встречать пары, где партнер (партнерша) становится все сильнее, в то время как вторая половина физически и психически ослабевает. Конечно, в подобных опустошающих человека обменах играют свою роль психологические факторы. Но стоит только попробовать секс в качестве проводника магической энергии, чем он, собственно, и является, как сексуально-вампирические корни такого рода отношений выходят наружу. Это эротическое паразитирование не обязательно принимает форму долговременного союза; многие банальные встречи «на одну ночь» заканчиваются высасыванием одним из партнеров сексуальной энергии другого.
Алистер Кроули, чей маниакальный сексуальный вампиризм довел обеих его жен до сумасшествия и помог ему разрушить изрядное число его «Багряных Женщин», однажды написал об одной из своих учениц: «Потрясающий вампир от природы. Но принципов она не знает. У ее любовника Трупное Окоченение – и элементарный здравый смысл (как можно предположить) и сам естественный инстинкт должны подсказать ей, что следует отыскать свежую жертву, раз уж последняя дошла до того состояния, до какого она довела бедного мальчугана».

Позы Тайного Ритуала
Если вернуться к индийской тантрической майтхуне, то, постоянно памятуя о ритуале, сексуально слившиеся мужчина и женщина должны суметь активизировать дремлющую кундалини в своих телах, и тем самым вызвать всплеск полностью пробужденного сознания. По традиции считается, что секс с адептом любого пола, уже знакомым с кундалини, ускоряет кундалини партнера. Потрясающий, моментально узнаваемый феномен передачи от одного тела к другому энергии кундалини мы описали выше.
В майтхуне наиболее распространена поза лата-садхана, называемая так потому, что шакти обнимает совершенно неподвижного мужчину, подобно тому, как лата (вьюнок) обвивает дерево. В бхагасане пара сохраняет внешнюю неподвижность, в то время как опытная инициатрикс мышцами влагалища стимулирует эрегированный член партнера, сжимая его внутри себя все сильнее.
Савасана повторяет йоговскую позу, которая встречается в изображениях Кали, где она оседлала мертвого Шиву. Сава значит «труп», отсюда тантрическая поговорка «Шива без Шакти – Сава», т. е. мужское сознание без женской энергии – труп. В савасане мужчина ложится перед женщиной, находясь в сходном со смертью трансе, все мышцы при этом расслаблены, а партнерша двигается на эрегированном пенисе, воплощая собой доминирующую, активную энергию шакти. Это положение трупа связано с древним убеждением, что оргазм часто уподобляется своего рода смерти, об этом свидетельствует французское название пика сексуального экстаза – le petit mort, «милая маленькая смерть».
Приверженцы темной волны осваивают множество сексуальных поз, или асан. Большинство из них строятся на принципе женского активного/мужского пассивного начала, что традиционно считается самым эффективным способом достижения измененного состояния создания, позволяя мужским/женским энергетическим потокам перетекать друг в друга. По вполне понятным причинам поза при коитусе темной волны заставляет партнеров принимать устойчивую асану лицом к лицу друг друга, когда позвоночник распрямлен, дабы потоку кундалини было удобнее двигаться из сексуального центра в мозг.
Асана мукха-майтхуна, где партнеры занимаются обоюдным оральным сексом (позиция «69»), также способствует мощному биоэнергетическому обмену между мужской и женской сущностями. Таким образом, создается своего рода замкнутый сексуальный круг, энергии партнеров циркулируют от одного к другому непрерывающимся потоком; и этот эротико-магический обмен можно уподобить уроборосу, алхимическому змею, глотающему собственный хвост. Физическая возгонка соединенных энергий Шакти/Шивы проявляет себя в виде субстанции сексуальных эликсиров. Предполагается, что совершающий оральный акт адепт поглощает контрасексуальную квинтэссенцию, испускаемую гениталиями партнера; любовники с помощью орально-генитального поглощения совершают ритуал взаимного сексуального вампиризма.
Следует принять за правило, что если вы ничего не знаете о сексуальной биографии или здоровье вашего партнера, употребление сексуальных флюидов в магической работе недопустимо. О маге, игнорирующем эту меру предосторожности, едва ли можно сказать, что он со всей ответственностью относится к физическим проявлениям, к которым стремится приобщиться адепт темной волны. Не-пробужденный воспринимает сексуальность и связанные с ней возможные долгосрочные последствия в виде беременности и заболевания, словно во сне, принимая все подряд с пассивной инерцией; истинный посвященный должен до конца осознавать все возможные последствия любого сексуального союза.
Соитие неподвижного мужчины, воплощающего собой энергию Шивы на земле, и активной женщины, символизирующей земную силу Шакти, нередко обескураживает или представляется, мягко говоря, непонятным западным мужчинам и женщинам. На Западе совокупление чаще всего проходит в форме, когда женщина откидывается на спину (так называемая «миссионерская поза»), а партнер резко проникает в нее, используя ее влагалище как своего рода приспособление для мастурбации. При совершенно ином распределении физических ролей, обусловленном целями, которые ставит путь левой руки, инициатрикс использует свою йони намного активнее, нежели то принято у женщин Запада.

Йони Шакти
В тантрической традиции женщины, обученные играть роль шакти, или сексуальной инициатрикс, осваивают технику владения мышцами вагины, известную как сахаджоли. В Индии этой методике старшие посвященные женщины (иногда мать или бабушка) учат девочек, достигших половой зрелости. Что очень важно, сахаджоли включает в себя способность полностью контролировать работу мышц влагалища во время совокупления так, что во время ритуала они сдавливают пенис партнера и активно манипулируют им. Традиционное обучение сахаджоли состоит в интенсивной тренировке вагинальных мышц в течение многих лет, нередко с использованием лингамов и прочих фаллоимитаторов, способствующих овладению техникой в совершенстве. (Эти упражнения сходны с популярными упражнениями Кегеля на Западе). Сексуальная инициатрикс пути левой руки задействует все возможности своей вульвы с ловкостью и искусством, вряд ли известным Западу, где даже самые искушенные исходят из предпосылки, что вульва – это инертное отверстие, которое следует заполнить.
Такого рода владение вагиной, среди прочего, составляло в Индии важную часть подготовки священных храмовых куртизанок, девадаси (буквально: «рабыни бога»), а также, видимо, входило в спектр изысканных сексуальных умений у древнегреческих гетер. Описание самой древней из известных форм сакральной проституции, а именно – института квадишту, или храмовых проституток, посвященных шумерской богине-блуднице Инанне/Иштар, также содержит упоминание о существовании сходных методик. Йони, которую в пути левой руки считают матрицей всех проявлений, является в высшей степени активным, подвижным участником ритуала экстаза, ибо ее достоинства равны энергии безудержной Богини, чьим символом она служит.
На Западе среди мужчин поразительно развито настороженное отношение к мистике вагины, пожалуй, наиболее драматично представленное распространенной фобией, связанной с комплексом кастрации через vagina dentata, вульву с зубами. Подобного рода неврозы совершенно нетипичны для сексуальности пути левой руки, где гениталии обоих полов в одинаковой мере мыслятся как живое, созидательное воплощение божественного начала. Достойно удивления, сколь многим западным мужчинам и женщинам непривычная концепция активной вульвы кажется чуждой, и в этом – одна из невысказанных причин, почему инициация левой руки пока что не до конца приемлема на Западе. Здесь еще не сложилась эффективная традиция приобщения к мистике женской плоти. В результате женщине, постигающей путь левой руки, подчас тяжело освободиться от навязанного ее культурой представления о том, что ее влагалище – не более чем пассивное отверстие, а не энергетический водоворот божественного созидательного хаоса, на концепции которого путь левой руки основывает свое поклонение йони.
Тщательное стимулирование при майтхуне всех эрогенных зон женщины считается необходимым для достижения уровня сексуальной энергии, который требуется для ритуала. Процесс венчают искусные ласки клитора, техника которых была разработана до степени изысканного искусства средневековой Тантрой пути левой руки. В то же время знание о женской сексуальности на Западе практически исчезло под влиянием христианского неприятия тела, в особенности – тела женщины.

Жертвоприношение
Истинная тайна тайн, охраняемая ритуалом Вама Марги, состоит не в инициатическом эффекте нарушения табу, просто освобождающем и снимающем преграды. Это может стать лишь первым этапом всякого глубинного процесса самопрограммирования. Едва запреты были преодолены и стали сакральными, посвященный продолжает отправлять обряд ради инициатической ценности самого эротического обмена, прежде всего – ради физиологического воздействия пролонгированного сексуального ритуала на разум адепта. Следующий шаг представляет собой обучение тому, что самореализация и обретение божественного сознания, знакомого с истинной реальностью, может произойти при вспышке острого оргазма. Посвященный левой руки мыслит сам оргазм как измененное состояние сознания, и посему оргазм продлевают, им управляют, его усваивают и сопрягают с инициатическим опытом.
Однако, оргазм, к которому стремятся в тантрических ритуалах, – совсем не то, что скоротечный физиологический феномен, каким обычно завершается сексуальное общение. Оргазменный экстаз, увенчивающий эротический ритуал пути левой руки – это не короткий спазм, снимающий сексуальное возбуждение, как это свойственно в повседневном сексе. Он соединяет с тайным вместилищем безграничной энергии-шакти, становясь физической «взлетной полосой» для психических метаморфоз. На пике оргазма «двери восприятия», о которых говорит Уильям Блейк, распахиваются настежь, раскрывая возможность обрести чистое осознание настоящей реальности.
Сексуальный маг (вне зависимости от пола) может воспользоваться этим распадом естественных ментальных функций, чтобы вплети свою волю в ткань майи; либо использовать экстаз исключительно с инициатическими целями, для совершения внутренних изменений в себе. Самое главное здесь то, что при оргазме адепт должен развить в себе способность сохранять бдительность и остроту мысли даже на вершине сексуального наслаждения, а не скатываться в помутнение сознания, типичное для обыденного завершения полового акта. Все тантрические учения в этом вопросе единодушны и настойчиво рекомендуют последователю сопротивление естественному порыву погрузиться в состояние, которое они иногда называют «обмороком».
Кроме того, некоторые – но не все – практикующие путь левой руки сдерживают естественный порыв семяизвержения. Некоторые из методик предлагают замедлять процесс дыхания до полной почти остановки, отчего тормозится эякуляция; завернуть язык назад, упираясь им в нёбо; сосредоточенно повторять мантры. Также эффективна упоминавшаяся выше йони-мудра, когда мышцы промежности резко сокращаются перед самым оргазмом. Однако, такого рода механические усилия не столь важны по сравнению с внутренним состоянием измененного сознания – экстатическим трансом – в котором разворачивается все действо.
Непролитое семя, предположительно, порождает в организме новые оджа, которые, как принято считать, укрепляют бессметную сущность адепта; теоретически они создают неподвластное распаду спиритуальное тело, которое будет жить после смерти тела физического. Если оставить всю эту метафизическую физиологию, ибо она всегда остается вопросом субъективного выбора в системе верований посвященного, осознанное сдерживание эякуляции, несомненно, может вызвать сильнейшее измененное состояние сознания, когда оргазм распространяется на весь организм. В смысле магии самым ценным для нас является последующий эффект изменения сознания.
Средний, непосвященный, человек (пашу) применяет секс в качестве транквилизатора либо способа сбросить стресс собственного существования; для него (нее) оргазм – лишь тонизирующее средство при нервном напряжении, очень часто приводящее к полному отключению сознания или засыпанию. Посвященный в темную волну всегда совершает противоположное этому естественному порыву расслабится при оргазме. Вместо этого он (она) использует обострение наслаждения как средство достижения полного пробуждения. Как говорилось выше, в этом индуистском еретическом течении, пути левой руки, мужчине все же разрешено извергать свое семя в шакти при том условии, что незримая энергия бинду, якобы присутствующая в зримом семени, будет возвращена в тонкое тело либо посредством куннилингуса, либо через умение собирать сперму обратно в эрегированный пенис. Данный процесс возвращения спиритуальной энергии семени обратно в тело носит называние ваджроли-мудра, от ваджра («удар молнии», в момент сексуального экстаза пронзающий тело подобно удару электрическим током).

Иллюстрация
Акт пития амриты из йони, изображенный в храме Раджарани.

Овладение этим искусством требует усердных предварительных тренировок по йоге, новичкам оно дается не так-то легко. В то же время мужчина-шакта стремится, совокупляясь, через лингам вобрать в себя сексуально усиленную энергию шакти своей партнерши. Этот метод называется сахахоли. Если эякуляция все же происходит, иногда адепт должен выполнить амароли, т. е. вобрать в еще не потерявший энергию член смешавшуюся квинтэссенцию мужской и женской энергии и, теоретически, изменить направление их течения, заставив двигаться по тонкому каналу позвоночника в верхнюю чакру. Есть множество интерпретаций «правильного» метода мужского оргазма, но, с нашей точки зрения, ни одна из них не бесспорна.
Отличительная – и, пожалуй, определяющая – черта в понимании значения спермы в пути левой руки – это принцип эякуляции как магической жертвы. Эмиссия семени темным адептом – сакральна, ибо он жертвует собственную жизненную силу на алтарь вульвы шакти. Это называется дутияга. В традиционной индуистской церемонии участник ритуала обычно жертвует растительное масло либо «ги» (топленое масло из молока буйволицы) на алтарный огонь. Еретики из сект пути левой руки заменяют эту общественно-одобренную жертвенную субстанцию спермой, которой большинство индусов брезгуют. В дотантрической «Брихад-араньяка Упанишаде» недвусмысленно говорится о понимании эякуляции как священного выплеска энергии в матку-матрицу шакти-силы: «Нижняя ее часть есть священный алтарь: волосы – жертвенная трава, кожа источает сому [сома – дарующее просветление священное снадобье богов; предположительно – некий, ныне забытый, психоделик]. Губы ее йони – огонь в середине».
В символике пути левой руки фрикции лингама и йони сравниваются с движениями палочек для добывания огня. Возрастающее сексуальное наслаждение пары подобно взметающимся языкам пламени. Йони есть тот алтарь, на который священным маслом или семенем, извергнутым мужчиной, изливается жертва. Божество, которому предназначена жертва – женщина, участвующая в ритуале, воплощение Великой Богини. Считается, что сила сексуальной жертвы намного больше, если женщина менструирует, источая тем самым, как верят последователи, еще больше женской энергии, священной для пути левой руки. Несомненно, традиция приносить жертвы богам начиналась с закланий людей и животных. Адепты пути левой руки убеждены в том, что мощь сексуальной энергии, которая сама образуется и высвобождается при оргазме, намного сильнее силы, высвобождаемой через внешнее воздействие, в момент смерти животного. Впоследствии жертвоприношение животных было отменено последователями пути левой руки на Западе.

Эликсир
В концепции полярностей темной Тантры символика белого и красного имеет столь же большое значение, как и вышеописанная символика левого и правого, солнечного и лунного, Шакти и Шивы. Белый – цвет спермы, в котором концентрируется энергия мужского начала. Красный – огненный цвет женской силы шакти. Соединяясь и смешиваясь через сексуальный ритуал, они образуют слияние полярностей. Если говорить менее абстрактно – красный недвусмысленно символизирует женскую энергию шакти, заключенную в менструальной крови. Ритуальная встреча этих красного и белого флюидов при темном сексе напоминает об огромной важности данных цветов для западной алхимии.
Тантристы пути левой руки придают большое значение женским вагинальным секрециям, они пьют их во время ритуалов поклонения вульве шакти, находя в них самую чистую и незамутненную женскую энергию. Эта жидкость, название которой – амрита, или «эликсир бессмертия», – как некоторые полагают, может наполняться жизненной силой магического дара, способного трансформировать человеческое сознание. Это субстанция, укоряющая процесс Кундалини, т. е. пробуждения Женского Демонизма в мужчине. Женская амрита, которую пьют во время сексуальных ритуалов пути левой руки, как считается, обладает наибольшей силой, когда шакти менструирует; этот момент часто уподобляли таинственному «рубиновому эликсиру» из западных трактатов по алхимии, где его называли лекарством для души. Эротические скульптуры в знаменитом индийском храме Хаджурахо изображают сцены ритуального куннилингуса, что свидетельствует о том, что создавались они под сильным влиянием пути левой руки. В китайской сексуально-магической традиции жидкость большой вестибулярной железы, истекающая при оргазме, также считалась субстанцией, содержащей обилие инь, женской жизненной силы, которую можно пить, тем самым обретая бессмертие.
И в даосской, и в тантрической традициях огромное значение придается необходимости впитывать сексуальные выделения лишь у партнеров, обладающих явным хорошим здоровьем. Говорят, что болезнь уничтожает, а то и делает воздействие амриты на адепта ядовитым.
Даже в условиях подчас суровых запретов исламского мира, где изначально зародились древние магические традиции, до сих пор маги-мусульмане занимаются практиками, бесспорно близкими к пути левой рук. Нередко в них входит использование сексуальных секреций и менструальной крови в качестве магических субстанций. Это практикуется, например, в ритуалах (социально неодобряемых, но довольно распространенных) зикр суфли, которые иногда называют разновидностью арабской черной магии. Для проведения этих ритуалов предписывается совершать продолжительное совокупление с женщиной – причем, как характерно и для тантрической Вама Марги, партнерша мага не должна состоять с ним в законном браке. Также считается предпочтительным, если женщина менструирует; в исламе в этом отношении табу строги до мелочей, так же как и в индуистской культуре.
По завершении акта перемешавшиеся сперма, женские секреции и кровь аккуратно собираются хорошо впитывающим куском ткани. Эротически заряженную ткань затем сжигают, и в это время маг призывает одного из джинов – злых духов из арабской мифологии – дабы он помог ему вступить в царство демонов. Такой обряд, замешанный на закрываемой, подавляемой силе Женского Демонизма и идущий вразрез с патриархально-ориентированной внешней жизнью араба, разумеется, у правоверных мусульман почитается нечистым. Подобно всем практикам пути левой руки, энергетическим источником, питающим сексуальную магию, являются действия, направленные на нарушение табу.
Опять же, в свете глубочайшего смысла, приписываемого мужским и женским сексуальным истечениям в ряде тантрических ритуалов Вама Марги, находим необходимым повториться, что сегодня практикующему темную волну в условиях Запада совсем не обязательно некритично воспринимать эти традиционные учения как истину в последней инстанции. Любое такого рода автоматическое приятие древних обычаев, отсутствие личного поиска и творческого синтеза ничем не лучше слепого следования какой-либо строящейся на вере религии или худших бездн оккультного кликушества. Методы пути левой руки ни в коем случае нельзя принимать на веру, их надо испытывать в духе практического эксперимента.
Если после упорных тренировок и экспериментов вы обнаружите, что сдерживание/всасывание обратно женского сексуального эликсира полезно для достижения ваших духовных целей, смело применяйте это для своей инициации. Но не вбивайте себе в голову, что данные практики ценятся в магии пути левой руки лишь постольку, поскольку относятся к восточной традиции темной волны. Слишком уж многие неофиты пути левой руки доверчиво следуют тантрическим предписаниям, не давая себе труда разобраться, а почему эти упражнения считаются нужными в культурном контексте, из которого вышел путь левой руки.
С точки зрения магической практики, методику обращения вспять потока спермы можно рекомендовать по двум причинам. Любая инверсия природного процесса психологически полезна для мага, стремящегося личной волей изменить вселенную. Помимо этого, волевое сдерживание мужчиной эякуляции позволяет достичь наслаждения совершенно иной степени и качества, которое можно направить на достижение магические целей. Самое главное: чем дольше протекает половой акт, тем выше уровень сексуальной энергии, которую участники ритуала могут применить для магической операции. Здесь многие гуру, строго блюдущие обычаи пути левой руки, могут быть скандализированы нашим легкомыслием в отношении вопросов семяизвержения, поскольку возвращение семени в тонкое тело часто называют центральным моментом ритуала. Оставляем на усмотрение читателя решать, насколько он (она) склонен придерживаться «чистоты нравов» относительно сих материй. Что касается пития женских сексуальных истечений, то любую субстанцию, образующуюся при магическом действе, можно считать носителем чистой энергии этого действа. По нашему мнению, это субъективная психологическая интерпретация, а не объективный факт, как склонны думать некоторые правоверные тантристы.

Вама Марга без догмы
Не думайте, что мы советуем западным магам, работающим с сексом, скрупулезно воссоздавать каждую деталь традиционного «ритуала пяти Ма», как этим грешит кое-кто из современных западных тантристов. Напротив, некоторые аспекты нарушения табу и значительная доля символики могут иметь смысл лишь в индуистской культуре Индии. Ясное дело, не будет абсолютно никакой энергии, даруемой нарушением табу, когда западный маг откушает мяса и рыбы или выпьет вина в качестве увертюры к своим ритуальным половым актам, в его культурном контексте это повседневная практика. В своей работе вы можете лишь адаптировать фундаментальные принципы, описанные в данной главе, а копировать специфику – нужды нет.
На западе маги пути левой руки перестали практиковать нарушение табу в том виде, в каком оно представлено в традиционном учении Индии; им надо находить свои личные табу, пошатнуть их, а затем возвести на уровень сакрального через сексуальный ритуал. В Индии, где «священная корова» представляет собой древнюю концепцию, которой следуют миллионы индусов-вегетарианцев, а прочие животные считаются «нечистыми», адепт пути левой руки, употребляя в пищу определенные сорта мяса, тем самым бросает дерзкий вызов массовым устоям. Разумеется, этот акт не будет нести в себе смысла во всеядной культуре «Макдоналдсов», в которой живет большинство наших читателей; вам надо обнаружить и преступить некие иные ограничения, которыми обусловлено ваше личное бытие.
Традиционные практики пути левой руки (например, чтение соответствующих мантр, употребление особой табуированной/сакральной пищи, упражнения, культивирующие кундалини и заставляющие ее подниматься по чакрам, визуализация образов Шивы и Шакти) будут иметь смысл, если вы воспринимаете их и интегрируете комплексную символическую систему, из которой развивались эти практики. Однако данные субконтинентальные методики ни коим образом не являются идеальным ключом к достижению эротического просветления темной волны. Для некоторых людей западной культуры традиционные инструменты пути эффективны и дают им четкую структуру прохождения инициации. Для других же эти пришедшие из прошлого обычаи элементарно далеки от их условий существования и повседневного опыта и будут не более чем отвлекающим внимание развлечением. В таком случае изучение старинных мантр, асан и мудр – кроме как в качестве начального этапа разработки личной системы – даст лишь негативные результаты.
Освоение базовых принципов, лежащих в основе отмеченных печатью конкретной культуры практик эротической инициации пути левой руки и нахождение способа выразить эти основы в понятиях, имеющих глубоко личное значение в соответствии с вашими жизненными установками, есть куда более полезное дело, нежели овладение «сложившейся» тантрической методикой. Лишь физические эксперименты с телом – а не абстрактные рассудочные исследования – могут доказать истинность или ложность посылок, на которых основывается путь левой руки.

Зверь, Герой и Бог
Несмотря на инициатическую ценность, которой отмечены Паньчамакара и прочие сексуальные ритуалы, было бы ошибочным полагать, что те, кто учили традиционному пути левой руки, воображали, что эти методы приведут к мгновенному просветлению всех и каждого. Напротив, путь левой руки к просветлению был – и остается – доступным лишь немногим. Пригодным к инициации пути левой руки считалось относительно малое число претендентов; путь правой руки был подходящим выбором для гораздо большего количества последователей; так и остается по сей день.
«Кауларнава-тантра» показывает, насколько большей частью несведущи люди, чтобы двигаться по пути левой руки, саркастически заявляя, что «ежели простое распитие вина приводило кого-нибудь к просветлению, все, пристрастные к спиртному, достигали бы совершенства. Если бы поедание мяса вело к высшим состояния, всякий, питающий себя падалью, был бы отмечен высокой добродетелью. Если бы свобода обреталась через половую связь с шакти, все создания обрели бы освобождение через своих подруг».
Важным аспектом в традиционном индийском пути левой руки является то, что доступен он лишь для последователей, наделенных особыми качествами; его считают бесполезным и даже опасным для тех, кому не хватает духовного опыта и навыков, необходимых для понимания инициатического смысла ритуалов. Это положение не утратило своей истинности и на современном Западе; эротическая инициация недоступна для большинства людей, многие из которых сопротивляются любой самотрансформации, если вообще способны к ней, не говоря уже о Вама Марге.
Современное ошибочное истолкование ритуалов пути левой руки на Западе строится на идее, что они дают духовное право на бездумный гедонизм. В реальности же мы имеем дело с явлением, которое можно обозначить как продуманный, внимательный гедонизм, сознательное и решительное применение hedone (греч. «удовольствие») для достижения инициатических целей. Этот момент подчеркивается в «Кауларнава-тантре»: она запрещает «обжоре, попрошайке, жадине, невежде, лицемеру, сластолюбцу и пьянице» проходить темную сексуальную инициацию. По традиции Вама Марги, учитель испытывает ученика в течение целого года, прежде чем допустить его к каким-либо сексуальным ритуалам; на Западе такая строгость потенциальным адептам кажется необоснованной. Наряду с умением входить в измененное состояние сознания, упражняясь в йоге и медитации, которым ученик должен овладеть до участия в тайном ритуале, он, как предполагается, обязан научиться управлять своими страстями. Прежде чем он своими глазами увидит женщину, которая будет воплощать шакти в сексуальной инициации, его научат смотреть на нее совсем не так, как среднестатистический, непосвященный пашу привык разглядывать сексуально привлекательную особу женского пола.
Надо пояснить, что большинство адептов пути левой руки проходят такой жесткий процесс подготовки, продолжая зарабатывать себе на жизнь и существовать в прозаичном мире в роли домовладельцев, мужей и жен. Путь левой руки, несмотря на всю свою сложную метафизику, не ставит задачи увести своих последователей от всех обычных человеческих забот. Наоборот, он крепко цепляется за реальность. Нередко днем адепт ведет, что называется, совершенно «нормальное» существование, а ночные часы, когда сильна энергия шакти, посвящает Вама Марге. Некоторые радикальные приверженцы Вама Марги, достигшие высшей степени посвящения, порывают с обществом окончательно, но их всегда относительно мало.
Тантрическая инициация выделяет три класса духовной готовности, каковые не надо путать со степенями или ступенями посвящения, столь любимыми западными магами. Эти три уровня Вама Марги лучше всего называть духовными типажами. Тантризм утверждает, что для каждого из этих типов существует свой эффективный способ инициации. Первый и самый распространенный вид людей – те, кого называют пашу-бхава, обладающие «стадной предрасположенностью». Пашу, или стадное животное, ориентируется на традиционное поклонение богам, принесение жертв, преданное служение и исключительно интеллектуальное обучение – это путь массового сознания, подчинение себя божеству как внешнему явлению, требующему почтения. Для пашу сексуальная инициация и одержимость суть яды – неожиданная встреча с обнаженной энергией шакти способна разрушить схемы, по которым живет пашу. Считается, что пашу, накрепко связанный неконтролируемыми животными инстинктами, управляется статичным космическим принципом, или тамасом. За редчайшим исключением, все, приходящие к учителю пути левой руки за наставлением, обречены действовать на уровне пашу. Под этим мы имеем в виду, что они реагируют на проявления зримой вселенной с тем же отсутствием контроля, что и зверье, находясь в полном распоряжении естественного мира. Пашу скорее реагирует, нежели действует.
После солидных тренировок статичность пашу-зверя можно, в конце концов, преобразовать в вира-бхаву, или «героический темперамент». В зависимости от своих наклонностей, вира может избрать путь правой, либо левой руки. Большинство отдают предпочтение Дакшина-марге, которую считают самым безопасным методом тантрической инициации. Лишь у нескольких окажется достаточно героизма, чтобы испытать себя в темной волне, чьи гораздо более экстремальные практики считаются куда опаснее. Виру, способного взглянуть в лицо этому риску, некоторые тантрические тексты поэтично называют «оседлавшим тигра». Вира созидает в себе активное качество раджас.
Лишь вира, или Герой, порвавший со стадом, считается имеющим достаточно сил, чтобы пройти через нарушение табу, религиозное и общественное осуждение и испытать сексуальный экстаз как средство духовного пробуждения – этот феномен сравнивают с «хождением по лезвию меча». Виру пути левой руки называют воином духа, обладающим нечеловеческой отвагой и мужеством (английское virility <мужество> происходит от санскритского вира). Как сказано в «Гаутамия-тантре», герой должен иметь «крепкое тело». Один из многочисленных парадоксов тантрического мировидения состоит в том, что хотя вира левой руки ставит целью пробудить в себе темную женскую волну, он должен стать мужественным <virile> (одно из качеств Шивы), прежде чем идти к этому. Кажущееся противоречие здесь основано на идее, что перед тем, как мужчина будет готов принять на себя могущественную силу шакти, он должен развить собственную силу, которая будет намного превосходить силу непосвященных мужчин. Это еще одно свидетельство динамичной природы женского принципа, как он понимается в тантрах.
Героический воин сражается с шестью внутренними качествами, называемыми «врагами». Едва эти враги будут побеждены и попадут под власть воли адепта – среди них страх, ревность, гнев и страсть – запреты, обычные в обществе пашу, перестанут для него существовать. Ему откроется следующий этап инициации левой руки, в том числе – «Ритуал Пяти Ма» и прочие сексуальные церемонии, включая оргиастические практики, о которых мы поведем речь ниже.
Один из догматов традиционного тантрического учения, представляющийся людям современной западной культуры старомодным, гласит, что лишь вире разрешено выполнять сексуальный ритуал пути левой руки с женщинами, не состоящими с ним в браке. Так же, как было нами упомянуто при описании собственно тайного обряда, степень наготы, открываемой женщиной-инициатрикс, зависит от степени посвящения сиддхи. Лишь самым опытным дозволяется созерцать свою ритуальную спутницу полностью обнаженной, поскольку полная сила ничем не прикрытой энергии шакти, согласно эзотерическим концепциям, может оказаться чересчур мощной для менее посвященных последователей. Или, если посмотреть с более утилитарной точки зрения, как сказал нам один индийский адепт традиционной Вама Марги, истинная причина этого кроется в том, что лишь владеющий более высоким искусством йоги посвященный будет в достаточной мере владеть своим телом, чтобы суметь не поддаться влечению такого соблазна.
Последний тип личности – самый редкий – носит называние дивья-бхава, божественный темперамент. Дивья, или Божественный, превзошел даже героическое качество и стал самообожествившимся спиритуальным разумом, освобожденным, но продолжающим существовать во плоти, получая право действовать как бог в человеческом теле. Обрести бытие бессмертного, независимого дивьи есть истинная цель избравших темную волну. Тем не менее, божественное бытие нельзя путать со святостью; традиционный образ благого мудреца не имеет отношения к дивье пути левой руки. И действительно, адепт пути левой руки высшей степени посвящения покажется далеким от стандартных понятий о святом или праведнике. По «Каулавалинирнайя-тантре», достигший освобождения адепт левой руки подчас кажется непосвященным «демоном» или «безумцем». Он (она) может продолжать играть в божественную лилу с миром майи, но уже находится по ту сторону всех внешних форм ритуала. Качество дивьи – саттва, чистота.
Высшее существо, сотворенное алхимией Вама Марги, не сводится к мягкой и «благости» типичного Будды или просвещенного сознания из других учений. Суверенная свобода дивьи вполне может подчас проявляться в непостоянном, непредсказуемом, неуправляемом образе поведения, способном лишь шокировать до сих пор пребывающих в Супте, Великом Сне. Одна из самых страшных ловушек на пути левой руки заключается в том, что адепты склонны объявлять о своем достижении этого состояния на слишком ранних этапах своего развития; это грозит им и, что не столь уж нередко случается, тем, кто их окружает, неминуемым поражением.
Концепция триады зверь/герой/бог, принятая в индийском пути левой руки, типична для индоевропейской духовности, для которой характерны тройственные модели, разделяющие явление на три различных фазы бытия. Но и внутри этих трех степеней присутствуют три «подраздела». Полследователя пути левой руки, например, в тантризме называют также свекчакайя, что, среди прочих вариантов, переводится как «идущий собственной дорогой» или «тот, кто делает все, что пожелает». Такой посвященный свободен поступать согласно собственной воле, а не как субъект закона. Можно с уверенностью заявить, что в тантрической традиции свобода делать все, чего пожелаешь, не есть право, доступное всем людям подряд. Свекчакайя сумел достичь стадии развития, когда он волен действовать без руководства гуру, наличие которого считается столь значимым для остальных адептов. Лишь немногие кандидаты доказали, что обладают достаточно сильным характером, чтобы пользоваться абсолютной свободой, доступной на высших уровнях инициации темной волны.
Одно из особых качеств, которому в инициации пути левой руки приписывается большая ценность, – философский склад ума, называемый двандватита. Это подразумевает, что такой человек избавился от всех элементарных и ограничивающих диаметральных противоположностей вроде «черное и белое», определяющих мышление простых человеческих существ. Мужчина (женщина), представляющий собой двандватиту, в ницшеанском смысле, шагнул по ту сторону Добра и Зла и совершил переоценку всех ценностей. Концепция Сверхчеловека (Übermensch), предложенная в девятнадцатом веке Ницше, отнюдь не нова; ее происхождение можно связать с представлением о двандватите, забытом ключе к пути левой руки.
Мысль, допускающая, что некоторым людям от природы дано больше возможностей обрести абсолютную свободу и просветление, с самого начала кажется неуютной многим обитателям современного Запада, выросшим на демократических постулатах эгалитаризма. Однако традиционное для пути левой руки понимание инициации исходит из совершенно иного восприятия человечества, нежели то, которое пропагандируют ныне. Тантрическая метафизика предполагает, что, раз люди, несомненно, не одинаковы, будет вполне логично, если методы инициации, дарующие освобождение одному индивиду, окажутся недейственными для другого, имеющего целиком и полностью иную природу.
Восточный путь левой руки никого не ущемляет на основе критериев, простое упоминание которых способно довести сегодня многих до истерики – например, раса, пол и так далее. И как мы сами видели, путь левой руки постоянно ломает индийские предрассудки, связанные с кастовой, расовой и общественной принадлежностью, возвышая людей низкой касты и общественного положения до божественного уровня. Эта инициатическая дискриминация в темной волне исходит из гораздо более тонких факторов. Прежде всего, обращают внимание на то, какова духовная природа конкретного индивида. При этом один из главных принципов темной волны – это допущение возможности радикальной трансформации; состояния пашу, вира и дивья не считаются неизменными. Теоретически, зверь способен стать божеством с помощью своей воли и добровольной дисциплины, сопряженной с сексуальной инициацией и пробуждением Женского Демонизма силой шакти.

Сексуальная Инициатрикс
Мы назвали лишь некоторые из базовых критериев инициатической градации, принятой в индийском пути левой руки; тантры на этот счет предлагают очень запутанные и подчас противоречивые системы. Следует помнить, что в традиционной восточной системе предполагается, что категории пашу, виры и дивьи относятся к мужскому полу. До относительно недавнего времени в Индии, даже в концепциях пути левой руки, восторженно чтящего богиню, обучение адептов-женщин было разработано мало.
Женщин в традиции пути левой руки считают физической сущностью и воплощением шакти. Поэтому в Индии женщины-последовательницы пути левой руки начинали готовить себя на роль бхайрави, посредника между шакти и гуру учеников мужского пола. Можно сказать, что женщина изначально в практиках пути левой руки исполняла жреческую функцию, будучи медиумом, т. е. через нее являла себя божественная энергия. Тем не менее, к женщине, избираемой на роль сексуальной инициатрикс, предъявляется даже больше требований, нежели к мужчине, который проходит посвящение. И действительно, традиционный отбор женщин, через посредство которых происходит ритуал сексуального посвящения, подчас представляется не менее сложным, чем избрание тибетского Далай-ламы.
Хотя сексуальные маги пути левой руки не обязаны точно соблюдать все предписанные обычаем методы и критерии отбора нужного партнера для эротической инициации, все же старинные учения могут послужить источником многих ценных постулатов. Изучать наследие тантрической литературы – не такое уж простое занятие, поскольку многое там сознательно спрятано под покровом неясностей и недомолвок. Более того, многие полезные методы невозможно отыскать ни в одном письменном источнике, поскольку самое важное всегда сообщалось устно, от одного последователя к другому.
Одна из школ тантрических эротико-магических учений утверждает, что сексуальной партнершей виры должна стать женщина, отмеченная особым даром передавать энергию шакти, чаще всего – прошедшая инициацию йогини («та, к которой некто привязан») из благородной семьи. Считается, что такие женщины во время сексуального ритуала излучают некий биоэлектрический поток, и, как говорилось выше, даже их сексуальные флюиды или амрита назывались магически заряженным эликсиром. Йогини обучали руководить психической и физической трансформацией партнеров-мужчин, сопротивляясь при этом влиянию волн полового наслаждения, которым обычная женщина может поддаться во время ритуала. Они обладали искусством воспринимать сексуальное удовольствие, направляя его на достижение более высоких, измененных состояний сознания во время коитуса. Вышеописанное умение управлять мышцами влагалища или сахаджоли для йогини пути левой руки было обязательным.
Тело женщины-инициатрикс, через которое во время совокупления передается энергия шакти, само по себе приобщает партнера-мужчину к таинствам учения и, в свой черед, он получает возможность посвящать в темную волну других. И наоборот, некоторые шакти проходят инициацию через секс с уже прошедшим посвящение мужчиной. Эта идея передачи на физическом уровне инициации и духовной энергии нередко оказывается камнем преткновения для тех последователей на Западе, которым сложно отказаться от привитой нам нашей культурой фантазии, что мудрость – это такое духовное нечто, что можно сообщить лишь через словесные построения и рациональность. Тантре свойственно убеждение, что уже созерцание образа, например, мандалы, йантры или особой формы, визуализированной в уме, может изменить состояние сознания, так что созерцающий сумеет преодолеть свою привычку мыслить аналитически. И более того, тантрическая традиция утверждает, что истинный духовный наставник (наставница) может приобщить своего ученика к учению через такие тонкие средства как невысказанная мысль, мельком брошенный взгляд, точное прикосновение. Раз такие формы контакта, находящиеся по ту сторону рациональности, полагаются в достаточной мере эффективными инструментами, то дающее куда более острые ощущения сексуальное взаимодействие, несомненно, будет гораздо более мощной техникой инициации.
Женщину-партнершу чаще всего называют шакти или мудра, однако в различных кругах последователей пути левой руки существует много и иных обращений. В Индии чаще всего она – дути, «посланница» между адептом-мужчиной и божественной энергией Шакти. Слово дути подчеркивает, что женщина несет жреческую функцию, она – физический посредник между человеческим бытием и божественным. Также она носит имя лата, или «вьюнок», что описывает способ, каким она обнимает мужчину. Тибетские ритуалы пути левой руки обращены к дакини, «небесной путешественнице». Дакини является одновременно и краснокожей обнаженной полубогиней, чей образ в тибетском религиозном искусстве служит объектом медитации, и земной женщиной, воплощающей ее в темных ритуалах.
В тибетской традиции тайне, окутывающей ритуалы, придается намного большее значение, чем в индийской Вама Марге; некоторые ламы, внешне ведущие целомудренный образ жизни, выбирают себе подругу, которую называют Songyum, буквально «тайная мать». Она приносит клятву пожизненно хранить секрет, иногда в случае нарушения обета ей грозит умерщвление с помощью магии. Одна из тибетских традиций определяет женщину-спутницу как «помощницу мужчины на пути к просветлению». Понятное дело, такая концепция «помощницы» подразумевает, что женщина помогает мужчине достичь просветления, но для нее самой сексуальный обмен энергией инициатической ценности не имеет.
Такая подчиненная роль кажется абсолютно противоречащей идее, в соответствии с которой адепт-мужчина усматривает в своей партнерше живое воплощение Богини. Это пример того, насколько теория пути левой руки подчас расходится с непосредственной практикой. Всякий, решивший предпринять серьезное изучение пути левой руки, должен всегда помнить о «человеческом факторе». Нередко эзотерическая символика служит удобным оправданием сексуального насилия, в котором просветленности не больше, чем в любом современном офисе. Спиритуальный «свальный грех», увы, более чем распространен среди магов как Востока, так и Запада, и в обеих культурах представляет собой главное препятствие на пути к истинной эротической инициации.
Выбор женщины для участия в ритуале Паньчамакара левой руки подчас сам по себе становится нарушением табу. Часто на роль ритуальных сексуальных партнеров избирают вдов, по причине их традиционно приниженного статуса в индийском обществе; этот обычай сложился во времена, когда вдова занимала настолько низкую ступень на социальной лестнице, что ей предписывалось сжигать себя вместе с мужем на погребальном костре. Даже до сих пор во время ритуалов левой руки к женщине обращаются «вдова», пусть она формально вовсе и не вдова.
Ряд индийских тантрических доктрин настаивают на том, что идеальную мудру надо искать среди женщин возраста шестнадцати, семнадцати и восемнадцати лет. Предполагается, что в данный период жизни их энергия шакти пребывает на пике силы и динамизма. Другое соображение – юная женщина относительно мало вовлечена в рутину повседневных забот, отчего ей легче воплотить Великую Богиню, поскольку ей не мешают обязанности по хозяйству, которыми связаны более зрелые женщины.
Юную, физически привлекательную шакти часто считают наилучшей партнершей, поскольку именно она, скорее всего, разбудит мощный поток желания, необходимый для ритуала. Но так бывает не всегда. В равной мере ценятся женщины, имеющие за спиной десятки лет опыта шакти. Частично это объясняется традиционным для Индии уважением к женщинам в возрасте; но также существует убеждение, что более зрелая мудрость немолодой шакти сделает инициацию ее партнеров глубже. Хотя путь левой руки уважает – даже чтит – красоту молодости и физического тела; на определенном этапе посвящения ритуальный секс выходит за рамки внешних проявлений обычной плотской привлекательности. Тантра благоговеет перед Женским Демонизмом во всех его обличиях и на всех жизненных фазах, начиная от жуткой Кали, безжалостной и смертоносной, и заканчивая прекрасной Парвати, благоухающей богиней соблазна. Нередко шакти исполняет свою сакральную функцию всю жизнь, подчас приобщая к пути левой руки несколько поколений адептов. Также она играет важную роль в тайном обучении молодых женщин плотским и ментальным искусствам, которыми должна владеть мудра.

Иллюстрация
Дакини

Многие индийские тантрические секты разделяют убеждение, что эротические ритуалы следует исполнять лишь с женщиной, состоящей в браке с другим мужчиной, и никогда – с собственной женой. Теория, лежащая в основе этой концепции и иногда называемая паракия, или «незаконная любовь», состоит в том, что в идеале партнерша по ритуалу должна быть недостижима в качестве романтической подруги и доступна лишь для инициатических сексуальных практик. Совершенно иной пыл, сопровождающий внебрачную связь, любили сравнивать со страстью божественных любовников, например, Кришны и Радхи, считалось, что для инициатического секса он подходит лучше, чем отношения женатой пары. Предполагалось, что адепт-мужчина ничего не знает о мирской жизни своей шакти; поэтому ему проще начать поклонятся ей как живому воплощению Шакти. Усматривается некое сходство между этой концепцией и западным средневековым рыцарским культом дамы, обожествленной женщины, почти всегда недоступной, поскольку она чужая жена; ею любуются, вознеся ее на пьедестал. На сексуально сублимированном уровне Дама Сердца является истинной вдохновительницей подвигов рыцаря – еще одной разновидностью принципа шакти.
Огромная разница между строгостью индийских брачных обычаев и относительной свободой в супружеских отношениях на Западе сегодня постепенно отвергает целесообразность этого обычая. Тем не менее, может оказаться в магическом смысле полезным выбирать сексуальным партнером для ритуала не того, с кем вы обычно занимаетесь сексом или живете в браке. В любом случае, является ли он (она) партнером другого или нет, это направит ваши усилия на постижение инициатического смысла вашего эротического контакта, свободного от отвлекающего фактора, который может создать привычная домашняя или романтическая обстановка. Разумеется, это верно для всех магов вне зависимости от пола.
Должно подчеркнуть, дабы опровергнуть недавно распространившееся на Западе ошибочное понимание тантрического сексуального мистицизма, что ритуалы пути левой руки не имеют ни капли общего с романтической любовью в общепринятом смысле. А также то, что характерная для пути левой руки сакрализация Эроса абсолютно не задумана служить расхожим терапевтическим методом улучшения сексуальных отношений у пар – сексуальная энергия направляется на цели, превосходящие человеческую личность как таковую.
Другая практика, часто рекомендуемая тантристами-каулами из северной Индии, представляющими одно из самых радикальных направлений индийского пути левой руки, представляет собой выбор в качестве магических спутниц женщин из низших каст. В суровом, опутанном кастовыми законами обществе Индии, как мы можем наблюдать, это переступание строжайшего социального табу может наполнить ритуал левой руки дополнительной силой, привнося в сексуальную инициацию освобождающую атмосферу нарушения закона. Однако, в хаотичном социуме Запада, где каста – это, прежде всего, принадлежность к определенному экономическому классу, а переход такого рода границ – повседневность, будет сложно вообразить совокупление, сопровождаемое эквивалентным нарушением табу. Можно лишь сказать, что сознательная практика сексуальной магии с партнером (вне зависимости от его пола), который разрушает ваши личные установленные нормы, поможет генерировать энергию, необходимую для работы темной волны.
Как в Индии, так и в Китае, существует убеждение, что рожавшие женщины теряют значительную долю своей женской энергии – называемой соответственно шакти или инь – утрачивая возможность стать сильной эротической инциатрикс. Эта мысль имеет отношение к восточному магическому культу девственницы, в том смысле, что девственница считается самой лучшей партнершей для эротической инициации, ибо переполнена нетронутой женской энергетикой. Сексуальный контакт с брызжущей энергией девственницей, якобы заряженной магией, объявляется большим благом, сохраняющим молодость адепта-мужчины, которого она насыщает собой во время совокупления. С экзотерической точки зрения, мы находим оба эти представления плодом конкретных культурных традиций, связанных с восточной верой в то, что удерживание спермы не дает мужскому началу ослабнуть; для прагматичных же сексуальных магов Запада это особого смысла не имеет.
Но существует еще один, эзотерический слой релевантных смыслов этой предлагаемой традицией концепции – та манифестация Шакти, что значима для пути левой руки, всегда представляют собой дикую, необузданную женскую энергию в самом чистом виде, находящуюся вне социальных рамок. Отсюда следует, что женщина, осознающая себя в роли жены и/или матери, преимущественно из-за этого не способна стать совершенной сексуальной инициатрикс пути левой руки. Женщина-мать – природное создание, связанное естественным законом и почтенным положением в обществе, коим окружен в обществе институт материнства. То есть, выходя за пределы биологического уровня деторождения, о женщине, еще не соединившейся через материнство с миром природы, можно в эзотерическом плане сказать, что из нее получится более эффективное воплощение темной стороны женского начала в сексуальной инициации пути левой руки.
Старинное понятие девства, разнящееся с современным мировидением, подразумевало не одно целомудрие – оно относилось ко всем незамужним женщинам, в том числе – к проституткам. В нескольких тантрических текстах советуют отправлять сексуальные ритуалы пути левой руки лишь с найикой. В жестко регламентированной социальной структуре Индии найика представляли собой класс женщин, к которому сэр Ричард Бертон, один из первых исследователей индийской сексуальной традиции, относил «любую женщину, которой можно наслаждаться без греха». Девственницы, женщины, вступавшие в брак более одного раза, а также куртизанки – все они были найиками, именно их, как правило, шакты пути левой руки приглашали к участию в ритуале в качестве плотского воплощения шакти.
Иллюстрируя подчас противоречивую природу Тантры пути левой руки, такие очень специальные требования к участницам сексуальных ритуалов нередко бывают отрицаемы другой распространенной тантрической доктриной: часто говорят, что всякая женщина воплощает собой Шакти на земле, невзирая на ее возраст, внешность, кастовую принадлежность или степень подготовки. То есть, в ряде сект Вама Марги инициатрикс, представляющими Шакти в образе старухи, становятся женщины преклонных лет. Здесь наш западный читатель может ошибочно подумать, что эта практика показывает, что восточный путь левой руки в прямом смысле преодолел «дискриминацию по возрасту», характерную для Запада. Но надо понимать, что одна из причин выбора такой мудры – заставить адепта-мужчину, привыкшего испытывать влечение только к гладким, крепким, молодым телам, сохранять ту же степень желания по отношению к той, что видится ему старой развалиной с морщинистой кожей и обвисшими грудями. Составляя часть методичной системы общего перепрограммирования и расстраивания механизма естественных инстинктов и предпочтений, подобные практики, помимо прочего, углубляют у посвященного понимание эфемерной природы майи и ее воздействия на чувства.
Предполагаемой чистоте сексуальной энергии собственно девственниц иногда предпочитают противоположные эротические качества блудниц, которые, как принято считать, излучают свое собственное неповторимое женское начало. Среди адептов секты Каула сознательное сталкивание противоречий, столь характерное для пути левой руки, находит свое выражение в том, как они называют своих спутниц по эротическим ритуалам: Весья-Кумарика – «девственные блудницы».
В древней Индии, где складывался тантризм, проституцию не считали позорным или преступным занятием. К храмовым проституткам относились с религиозным почтением, считая их земным сосудом, хранящим силу женской сексуальности в ее божественном проявлении. Священную блудницу, или девадаси (буквально: «рабыня бога»), также называли женой бога; и даже светская проституция была уважаемой профессией, искусством, требующим специальной подготовки, идущей намного дальше простого овладения разнообразными и хитроумными эротическими навыками. Однако для участия в тантрических ритуалах предпочитали приглашать храмовую проститутку, девадаси. Она с самого раннего возраста обученная сахаджоли, искусству владения мышцами влагалища, необходимому для практик Вама Марги, благодаря полученному в храме опыту, обладала глубоким пониманием сущности сакрального эротического обмена, каковой обычной женщине недоступен. Легендарный царь-мудрец Дарикапа, по легенде, обрел просветление при помощи богатой куртизанки с юга Индии, которой сейчас поклоняются как воплощению богини Ваджрайогини.
До тех пор пока вместе с вторгшимися в Индию британскими колонизаторами среди этих женщин не начались массовые эпидемии венерических заболеваний, девадаси были постоянными участницами тантрических практик. В конце концов, древний культ священной проституции в этой стране был запрещен британцами как явление крайне аморальное и после контакта с Западом утратил свое религиозно-эротическое значение, выродившись в заурядную торговлю телом. С того времени окружавший священных куртизанок почет сменился презрением, им пришлось служить для скоропалительных утех британских солдат в качестве «девок».
Куртизанки, участвовавшие в некоторых ритуалах пути левой руки, могли при желании получить образование и воспитание, по своему уровню недоступное законным женам индусов, для которых возможности развития интеллекта были строго ограничены. В этом вешьи похожи на куртизанок Древней Греции, еще одного общества, где женщина была прочно прикована к домашнему быту. Вешьи в Индии, как и греческие гетеры, были уважаемы за свои ум и сообразительность в той же степени, что и за красоту и сексуальный искус. Священным проституткам Индии, подобно их сестрам из других древних культур, разрешалось получать хорошие знания в области философии, литературы, музыки, танца и живописи еще в раннем детстве. Также они были сведущи в магических искусствах, что делало их идеальными партнершами для ритуалов пути левой руки. Тот факт, что в женской среде образование было почти исключительно прерогативой проституток, привел в замешательство миссионеров в начальный период британской колонизации Индии. Когда благочестивые миссионеры открыли первые христианские школы для индийских девочек, родители последних пребывали в уверенности, что их дочерей будут готовить к проституции. Шокированным миссионерам пришлось объяснять потенциальным клиентам, что юные воспитанницы не предназначены для продажи.
Один из недостатков традиционных учений, наверняка уже отмеченный нашими читательницами, состоит в их единодушном убеждении, что посвященный, к которому они обращаются – непременно мужчина. Женщинам практически всегда отводится роль инициатрикс, и не заходит и речи о возможности для адепта-женщины пройти инициацию с помощью сексуальной энергии последователя-мужчины. Современные маги-женщины должны игнорировать эту дискриминацию как обстоятельство неизбежное и исторически обусловленное. Значительную часть работы западных адептов пути левой руки составляет обновление подобных традиционных методик, чтобы ими могли пользоваться современные последователи-женщины.

Бестелесные сексуальные инициатрикс
- Похотливые фантазии мужчин действительно способны производить искусственные элементалы… эти элементалы суть нечто большее, нежели субъективные образы и обладают объективным эфирным существованием.
– Дайон Форчун, «Психическая самозащита»
Посвященный пути левой руки не ограничен в выборе партнера человеческим сообществом. Многие тантрические ритуалы предлагают адептам магически вызывать в человеческое тело своего партнера сверхчеловеческое элементарное существо женского пола. В индуистской Тантре оно называется деви, в буддийской Тантре – дакини. В определенном смысле такой процесс сексуальной теургии занимает центральное место во всех эротических ритуалах, поскольку задача пары во время совокупления всегда состоит в том, чтобы трансформировать свое эфемерное сознание до божественного уровня Шивы и Шакти. Но вызывание деви и дакини может происходить и с несколько иной целью, приблизительно сходной с западными ритуалами, где маг вызывает какого-нибудь демона или духа, чтобы совершить дело, которому, как принято считать, покровительствует данный конкретный демон. Если обычная тантрическая практика достижения сознания, сходного с сознанием Шивы/Шакти, через сексуальный экстаз носит в первую очередь инициатический характер, то деви и дакини обычно вызывают не с мистической целью, а, прежде всего, когда тантрист желает произвести материальную трансформацию в майе. Деви и дакини, на время явившиеся в тело партнера мага, становятся соучастниками его действий.

Иллюстрация:
Шакти Чхиннамаста

В Прайоге адепт вообще обходится без материального мира. Он визуализирует эти образы женской энергии с таким реализмом, что затем может наделить их способностью самостоятельно двигаться. И как раз здесь происходит совокупление с деви, совершенное с магическими целями, часто для того, чтобы впитать в себя ее знание о более высоких уровнях бытия или «посмотреть» ее глазами.
Тантристы пути левой руки в Индии и последователи тибетской традиции Ваджры также разработали собственные магические процедуры для общения с бестелесными сексуальными сущностями, весьма напоминающими суккубов и инкубов, снискавших в средневековой Европе дурную славу. Дакини, или «Танцующие на небесах», говорят, иногда являются своим смертным любовникам в облике невероятно прекрасных и изящных полубогинь, благоухающих сладким ароматом цветов лотоса, и нередко дарят наслаждение, намного превосходящее то, которое способны дать земные женщины. Европейская и каббалистическая демонология утверждает, что, однажды испытав рай объятий суккуба/инкуба, простой смертный никогда больше не удовлетворится в обычной жизни.
Как и все проявления шакти, Дакини может принимать и жуткий облик; во время сексуальных ритуалов нередко материализуются краснокожие, кошмарные дьяволицы, пьющие кровь. Пожалуй, самой страшной из этих Ваджарайогинь, становящихся бестелесными сексуальными инициатрикс адептов пути левой руки, является размахивающая мечом Чхиннамаста, которую изображают держащей в руке собственную отрубленную голову, с бьющим из шеи фонтаном крови. (Отсеченная голова символизирует безжалостное отсечение адептом пути левой руки всех ложных идентификаций, навязанных обществом.)
Особенно в буддийской ветви пути левой руки монах или маг практикует создание этих существ в качестве упражнения, при котором он учится придавать абсолютно реалистичным мыслеформам или тулпам видимый – сексуально доступный – облик. По-настоящему успешным проецирование этих созданий принято считать, если остальные воспринимают тулпа так же живо, как сам маг. С этим умением связано искусство посылать подобные бесплотные сущности другим.
И как часто это бывает, индуистская и буддийская ветвь пути левой руки объясняют магию вызывания этих сексуальных энергий с противоречащих друг другу точек зрения. Индийский адепт верит, что деви после материализации становится самостоятельным существом, находящимся вне его сознания. Для тибетца она всего лишь проекция майи, такая же нереальная, как и все видимости в этом мире – в том числе и он сам.

Ритуалы радикального пути левой руки
Даже в тантрических сектах Вама Марги, и так уже действующих по ту сторону установленного порядка, существует масса самых различных подходов, когда встает вопрос, насколько далеко продвинется каждый из культов в нарушении табу и сексуальных норм ради обретения адептом божественного статуса. Три старейшие секты применяют методику, куда более экстремальную, чем та, каковая сложилась в более поздних разновидностях Тантры. Что свидетельствует в пользу того, что первоначальное направление пути левой руки было и самым радикальным, постепенно утрачивая свою первоначальную природу по мере наделения течения законным статусом, что в итоге завершилось появлением в Тантре выхолощенного пути правой руки.
Северная Индия является родиной двух самых радикальных фракций пути левой руки – Каулы и Капалики. Оба эти культа шиваистские, т.е. посвящены Шиве, и, видимо, представляют собой некоторые из ранних практик Вама Марги. Капалики, или Носящие Череп, получили такое название потому, что постоянно носили с собой чаши для подаяний, изготовленные из верхней части человеческого черепа, которая именуется капала. Это было одной из деталей их зловещего внешнего облика. Впервые появившись в Кашмире, Носящие Череп, похожие на занявшихся духовными поисками Ангелов Ада, совершали действия, сознательно направленные на то, чтобы спровоцировать оскорбления и создать себе дурную репутацию в респектабельных слоях общества. Капалика и прочие секты пути левой руки нередко пили запрещенную мадъю, или вино; их опьяняла мистика смерти.
Капала является крайне важным символом как в индийской, так и в тибетской разновидностях тантры левой руки; ее часто изображают как один из традиционных атрибутов многих мрачных богинь, которым поклоняются темные адепты. Ваджрайогиню, бесконечно желанную алокожую Дакини, воплощающую в тибетской Тантре Ваджру, богиню, украшенную ожерельем из человеческих черепов, нередко представляют держащей в левой руке чашу из черепа, откуда брызжет кровь. Тантрических Дакинь тоже обязательно рисуют подносящими собственный сексуальный эликсир или амриту в таких же чашах из черепа. Сложная система символических коннотаций капалы выходит за рамки мгновенно приходящих на ум, очевидных ассоциаций со смертью и бренностью; помимо этого, она подчеркивает значимость мозга – содержимого черепной коробки – в инициации. В работах великого румынского исследователя шаманизма Мирчи Элиаде высказывается предположение, что сакральная роль чаш из черепа в Тантре левой руки продолжала традицию архаического культа богини у охотников за головами, действовавших в Бирме и Ассаме.
Практика майтхуны (ритуального соития) у сиддхов пути левой руки не ограничивалась инициатическим половым актом между всего лишь двумя магами. Некоторые из последователей Каулы и Капалики учат, что духовное освобождение и просветление можно также обрести в несдерживаемом разгуле чувств, особенно через посредство наслаждения с женщиной. Это становится подоплекой безудержных оргиастических ритуалов наряду с более свойственным тантристам соитием двух адептов, воплощающих Шиву и Шакти. Каула представляет собой клан, или духовную общину, в которой можно родится, либо приобщиться к ней через инициацию; все эти orgia, какой бы разнузданностью они не сопровождались, проходят строго в контексте инициатической школы. Некоторые изучающие тантризм исследователи предполагают, что намеренная распущенность оргий Каулы, возможно, была вдохновлена религиозно-сексуальными сценами, изображенными в знаменитых эротических скульптурах храма Хаджурахо.
Оргии пути левой руки – явление совсем иного порядка, нежели сопровождавшийся сексуальным развратом знаменитый праздник Холи (его отмечают и по сей день, но в символической, неэротической форме), в котором участвовала вся община, чтобы торжественно встретить наступление весны. Во время празднования Холи сперма – обычно ее усердно сдерживали – текла рекой, радостно пелись непристойные песни, разжигающие похоть. Но оргии Холи представляли собой, прежде всего, обряды, целью которых было соединить участников праздника с природными силами плодородия. Это был праздник традиционного выплеска Эроса, разрешенный религиозной властью ради блага всей общины. Такого рода сексуальное групповое действо – хотя внешне оно напоминает практики пути левой руки – на самом деле служило совершенно законным и общепринятым религиозным целям, представляя собой полную противоположность индивидуальному и инициатическому неприродному характеру orgia пути левой руки.
С каулами, прежде всего, ассоциируется текст «Кауланава-тантра»; один из высказанных в нем принципов мог бы стать девизом этого течения: «О, госпожа Каулы! В дхарме (мудрости) Каулы наслаждение становится совершенной йогой; дурные поступки делаются добрыми, и мир этот становится средоточием освобождения». Как во всех эротических ритуалах Вама Марги, задолго до участия в оргиях посвящаемый должен достигнуть уровня виры или дивьи, научиться эффективно культивировать состояния измененного сознания, управлять ими. Еще раз подчеркнуть это последнее положение никогда не помешает; каким бы острым не было соматическое удовольствие, порождаемое оргиастическим действом, очень сомнительно, что оно сможет оказать сколько-нибудь продолжительное инициатическое влияние на разум, ежели тот не был предварительно подготовлен к ритуалу с помощью обязательного курса духовных тренировок.
В традиционных практиках пути левой руки в Индии мы находим множество исторических свидетельств в пользу пригодности оргий для сегодняшней, не столь стиснутой запретами, темной волны. «Ритуал пяти Ма» иногда проводят в контексте организованного группового секса с большим количеством участников. В групповой церемонии, называемой еще чакра пуджа, или круговое поклонение, бывает, принимают участие до сотни пар, одновременно занимающихся ритуальным сексом, иногда это сопровождается обменом партнерами. Часто отправляемая Каулами чакра пуджа включает употребление традиционно запрещенных элементов, включая коноплю, которую в качестве афродизиака принимают в виде подслащенной каши, совместно курят или пьют как отвар. Как и всегда, сам ритуал начинается с дыхательных упражнений, задача которых – сфокусировать разум и активизировать кундалини в телах участников.
Внутри круга находится юная девственница, излучающая энергию шакти с максимальной силой. Старший адепт, мужчина или женщина – чакресвара – оказывает ей сексуальные почести как живой Шакти, силе, управляющей оргией. Йогиня высших ступеней посвящения, излучающая шакти, будет поочередно вступать в половой контакт с каждым из участников мужского пола, а затем те во время оргии передадут ее энергию своим партнершам. Причиной неверного понимания чакра пуджи может стать употребление по отношению к этому процессу слова «оргия», если оно будет ассоциироваться у человека с тотальной несдержанностью и потерей контроля. Оргии пути левой руки напротив представляют собой строго контролируемое, управляемое сохранение групповой сексуальной энергии под бдительным оком чакресвары, внимательнейшим образом дирижирующего (ей) сексуальным совокуплением, происходящим вокруг него (нее), чтобы ритуал дал максимальный эффект. Оргия нередко начинается с урока, преподаваемого гуру-руководителем, относительно какого-нибудь из аспектов метафизической мысли, затем следует обмен вопросами и ответами между наставником (наставницей) и учениками.
Один из аспектов такого действа – в том, чтобы черпать инициатическую силу из нарушения ортодоксальных индуистских запретов, но всегда ставятся и более практические магические задачи. Интенсивный рост сексуальной энергии, создаваемый этими оргиастическими практиками, формирует динамичный энергетический поток, который можно подхватить и направить на достижение магических целей. Участники поддерживают этот бурный поток сексуальной энергии Чакра Пуджи, чтобы иметь возможность продолжать оргию в течение многих часов. Чакресвара лично направляет всплеск групповой сексуально-магической энергии, словно некий дирижер сексуальной симфонии.
Несмотря на запрещенность в обществе и табуированность подобных ритуалов, вера в их волшебную силу распространилась даже среди респектабельных индусов, не имеющих отношения к пути левой руки. К примеру, оргии чакра пуджи иногда проводились как «представления по королевскому приказу» для правителей воюющих территорий, надеявшихся победить противников при помощи интенсивной эротической силы, которую создавал круг.
Использование плотской магии в деструктивных целях может показаться противоречием в глазах тех, кто увяз в распространенном заблуждении, что сексуальная магия непременно по природе своей «несет любовь». На самом деле, взаимодействие полярностей, неотъемлемо присущее пути левой руки, делает сексуальный экстаз идеальным оружием в битвах магической войны. Это вопиющее несоответствие прекрасно выражено символикой радостно-гневной и страстно-разрушительной природы капризной игры Кали с вселенной.
Круговая структура оргии чакра пуджи, вероятно, исторически вышла из всем известных мандал, которые показывают множество божественных пар, совокупляющихся в позиции йаб-юм (отец-мать), образуя круг, в центре которого находится главное божество. Индуистами пути правой руки, буддистами и историками эти мандалы традиционно интерпретируются как чисто спиритуальные символы, однако их реальное оргиастическое происхождение вполне очевидно.
Вариантом Чакра Пуджи является Чоли Марга, название которой происходит от чоли (яркая цветная рубашка, которую одевают участницы ритуала). Церемония начинается с того, что каждая тантрическая женщина снимает с себя чоли и швыряет ее в соломенную корзину, стоящую в центре магического круга. Каждый тантрист мужского пола с закрытыми глазами вытаскивает какую-нибудь чоли из корзины, так случайно выбирая свою шакти для ритуала этой ночи.
Это разбивание по случайным парам для эротического ритуала чаще всего нарушает кастовые табу, но при этом иногда также происходит преодоление более глубоко укорененного запрета на инцест. Поскольку инициатический клан, или Каула, может состоять из близких родственников, Чоли Марга нередко провоцирует половой акт между матерью и сыном, братом и сестрой и прочие возможные комбинации. Гневная тибетская богиня Лхамо, являющаяся одним из образов Кали, по легенде, забеременела от кровосмесительного союза; нарушение этого табу делает ее одной из самых почитаемых богинь у адептов пути левой руки.
Главным в факторе случайности, направляющем весь оргиастический обряд, является абсолютное нарушение социально установленного порядка, сосредоточенное пробуждение эротического экстаза вне рамок принятых норм. Один из запретов, принятых в Чоли Марга, состоит в том, что последователям не разрешено исполнять сексуальный ритуал со своим законным супругом (супругой). Как и в описанных нами более распространенных ритуалах с участием всего двух человек, каждая инициатрикс занимает место слева от шакты-мужчины, тем самым утверждая темную природу женского принципа. В одной из разновидностей оргий пути левой руки, которая называется ритуал паутины, каждый из сидящих в кругу участников соединен с остальными с помощью полоски ткани. Каждая нить ткани создает символическую паучью сеть, по которой передается сексуальная энергия, чем подчеркивается сходная с паутиной природа самой Тантры.
Оргиастические и кровосмесительные эротические ритуалы Каулы и Капалики кажутся вполне безобидными по сравнению с бескомпромиссным приятием всего незаконного и неподобающего, которое мы наблюдаем среди сторонников секты Агхори. Движение Агхори достигло пика приблизительно в шестнадцатом веке, но до сих пор сохранило активность, как это видно из описаний его практики в современном Варанаси, хотя число его последователей неуклонно падает.
Основателя Агхори, Баба Кинарам, при жизни называли живой аватарой Шивы. По легенде, он умер, достигнув преклонного возраста (150 лет), во второй половине 18-го века. Как и у всех тантристов, главным предметом Агхори было соитие Шивы и Шакти (Агхора – имя одного из пяти ликов Шивы), особенностью же была персонификация мужского и женского начала в образах богини Тары и ее спутника Махакалы, Шивы – Повелителя Мертвых и Господина кремационной площадки. Трехглазая смеющаяся Тара кремационных площадок, которой поклонялись Агхори, представляет собой крайне мрачный образец божества. Ее спутанные волосы удерживает извивающаяся змея, она закутана в тигровую шкуру, которая символизирует ее свирепость. Тару часто изображают держащей в руках кинжал и уже знакомую нам чашу из черепа, что сближает агхори с капаликами. Хотя четкой этимологической связи здесь не прослеживается, некоторые из современных тантристов склонны считать Тару просто индийским вариантом архаического божества, культ которого был распространен во всем древнем мире. Эта догадка основывается на имени богини, которое перекликается с именами Иштар и Астарты – разных образов богини, связанной с противоположными, но соединенными полярностями могущественнейшей сексуальной энергии и разрушительной силы.
Это обращение к более мрачным ликам Шивы/Шакти обусловило откровенно жутковатый характер секты – Агхори обитают на кремационных площадках, которые служат им местом отправления ритуалов и святынями и, когда они не обнажены, они носят саваны для покойников. Они специально не расчесывают волосы, дабы походить на Тару. Они мажут тело пеплом кремированных, этот акт сознательного покрывания себя грязью – строжайшее табу для касты браминов. Подобно носящим черепа капаликам, от которых агхори, видимо, отмежевались, они просят милостыню с чашами, вырезанными из человеческих черепов. Эти жуткие миски для сбора подаяний также служат агхори тарелками для еды – трапезы для жизни, принимаемой от смерти.
Агхори разделяют основное учение тантрического пути левой руки, говорящее об абсолютной идентичности противоположностей. Для них вещи, презираемые в силу общепринятых устоев за свою нечистоту, следует возводить в сакральное – табу следует интуитивно преодолеть, раскрыв его иллюзорность. Этот инициатический урок ведет к достойному богов отделению и освобождению от норм, опутывающих пашу. Желанная цель агхорических практик левой руки – в достижении сверхчеловеческой беспристрастности к явлениям шактической майи. Сражение с внутренними демонами, страхами и кошмарами составляет важный аспект агхорической инициации пути левой руки, следствием которой нередко становится стремление агхори уединиться от человеческого общества в местах вроде кремационных площадок, пещер и удаленных джунглей.
Пожалуй, больше всего агхори известны своим неповторимым подходом к отправлению Паньчамакары, их вариант «ритуала пяти Ма» намного превосходит в своем нарушении норм описанный нами выше. Матсья (рыба), мамса (мясо), мадья (вино), мудра (зерно) и майтхуна (ритуальный половой акт), играющие центральную роль в прочих инициатических ритуалах левой руки, у агхори заменяются иным перечнем пяти запрещенных элементов «Ма». Тантристы этой секты совершают ритуальное поедание падали, употребляя в пищу мясо (мамсу) человека, а не животных; предпочтение отдается мясу трупов с кремационных площадок. Хотя концепция сакрального каннибализма является, пожалуй, одной из самых поразительных черт традиционных практик пути левой руки, не стоит забывать, что даже католическая месса, с ее церемонией вкушения «плоти и крови» христовых, остается не более чем символическим пересозданием той же самой идеи.
Наравне с вином и прочими опьяняющими напитками адепты Агхори пьют человеческую кровь (медха) и человеческую мочу (меха). Копрофагия или поедание человеческих экскрементов (мала) завершает церемониальную трапезу, финалом которой является механа, это слово может обозначать сперму или пенис.
Ни одно из этих нарушений табу не мотивировано теми инстинктами, которые заставляют современных непосвященных любителей (любительниц) урины, дерьма или крови сосать их по фетишистским соображениям. Помимо значительного выплеска магической энергии, высвобождаемой при подобных актах, цель агхори состоит в радикальном преодолении привычного чувства страха или отвращения, препятствующего познанию, и достижении состояния полного безразличия ко всем проявлениям шакти-майи. Во многих случаях употребление таких, традиционно почитающихся нечистыми, субстанций, как человеческая моча, кровь, фекалии, как считается, должно привести к моментальному прорыву в сознании. Повторное нарушение этих табу, после того как было обретено трансцендентное прозрение через исполнение подобной церемонии, будет бесполезно с инициатической точки зрения. Иные агхори продолжают эти практики с особыми магическими целями, не имеющими отношения к инициатическому преодолению запретного.

Иллюстрация
Каула-оргия пути левой руки, изображенная в храме Хаджурахо

Одна из достаточно распространенных буддийских практик свидетельствует о влиянии на нее агхори. Посвящаемому предлагается визуализировать процесс питья пяти жидкостей: экскрементов, мозга, спермы, крови и мочи. Эти субстанции алхимическим образом преобразуются умелым мысленным контролем в дарующие мудрость «нектары», сакральные для тибетского буддизма. Последователь тибетского буддизма – где радикально отрицается реальность всех зримых аспектов существования – мысленно производит действия, которые индийские агхори совершают на самом деле, в соответствии с концепцией, утверждающей, что майя парадоксальным образом иллюзорна и реальна одновременно.
На роль инициатрикс в эротических церемониях агхори предпочитают приглашать менструирующую женщину из низшей, «неприкасаемой» касты, чья смешанная со спермой менструальная кровь, иногда по завершении ритуала, поглощается. Эта практика агхори имеет грубый аналог в одной западной «секте», занимающейся нарушением табу: знаменитый ритуал инициации в байкерском клубе «Ангелов Ада» предписывает Ангелу «заработать крылья», для чего он должен сделать куннилингус женщине с месячными.
Сексуальный ритуал агхори нередко отправляется на кремационных площадках ночью, причем оба партнера усаживаются на труп. Главным, что отличает Агхори от прочих тантрических сект, является их особый акцент на некромантии. Считается, что душа покойника продолжает некоторое время пребывать в недавно сожженном теле, и Агхори претендуют на то, что якобы повелевают этой душой с помощью сексуальной магии. Эти некогда тайные церемонии были впервые описаны за пределами Индии приблизительно в шестнадцатом веке персидским историком, когда движение Агхори только зарождалось. В викторианскую эпоху британские колонизаторы Индии с ужасом узнали, что эти практики до сих пор живы среди оставшихся приверженцев секты, которых к концу девятнадцатого века насчитывалось не более 300. Тем не менее, значительная масса индусов из респектабельного среднего класса до сих пор считает агхори святыми.
Даже в большей степени, чем остальные тантрические секты левой руки, агхори делают акцент на непосредственном, спонтанном проникновении в суть реальности, предпочитая его чисто интеллектуальному получению знаний из книг или писаний. Б. Бхаттачарья так описывает свой личный опыт инициации левой руки: «Агхори – учителя, действующие напрямую, они пренебрегают телом, пренебрегают телесными функциями, плюют на страх, стыд, пренебрежение. Кажется, что они отрицают жизнь и чувства, но они ничего не отрицают». Лишь очень немногие учителя, способные пробудить этот вид инициации, могут, как гласит традиция, действовать в любой момент времени, но этих немногих крайне тяжело отыскать. Хотя в последние годы на Западе вышло несколько в той или иной степени внятных работ современных авторов об агхорической школе пути левой руки, истинное приобщение к учению всегда осуществляется через непосредственный контакт один на один.
Если антипатии, которую испытывают обыватели к практикам левой руки Агхори, бывает недостаточно, чтобы отпугнуть тех, чей интерес к учению – поверхностное любопытство, агхори, дабы внушить профанам страх, часто имитируют безграничную злобу или безумие. Тех, кто приходит к ним учится на запретные кремационные площадки или мусорные свалки, часто встречают градом безжалостных насмешек. Их привычка носить в качестве амулета змей не прибавила любви к ним со стороны особо брезгливых; во многих, рискнувших приблизится к Агхори, вместо приветствия летят человеческие черепа и кости.
Агхори прекрасно иллюстрируют одно тонкое замечание Филипа Роусона: «Каждому, кто доводит Тантру до ее наивысшей точки, как и пристало истинному последователю, неизбежно суждено стать презренным изгоем». Надо отметить, что очень мало кто из избравших путь левой руки, как на Востоке, так и на Западе, заходит так далеко. В своем отказе принимать социально одобряемые духовные концепции и сознательном стремлении заслужить дурную славу, агхори представляют собой живое подтверждение тантрической поговорки пути левой руки, утверждающей: «не завоевав себе дурное имя, невозможно избавится от имени».

Конец пути: освобождение
Таковы самые распространенные исторически сложившиеся методы пути левой руки. Но прежде чем мы проследим появление и развитие этих практик на Западе, следует прояснить кое-какие оставшиеся вопросы. Любой путь, как можно предположить, должен куда-нибудь привести. К какому же пункту назначения приведет, в конце концов, путь левой руки странника, избравшего эту тяжкую, окутанную мраком дорогу? И ради чего приверженцы темного направления изнуряют себя столь непостижимыми для разума физическими, ментальными и духовными трудами?
Если коротко, в конце пути ждет освобождение.
Запад был сбит с толку невежественными заявлениями насчет того, что разница между путем правой и путем левой руки определяется их целями. Это не так. Как мы уже старались объяснить, разница лишь в их методиках. Эротический, связанный с физиологией путь левой руки и несексуальный, исключительно символический путь правой руки ставят абсолютно одну и ту же конечную цель, называемую мокша, или освобождение. Само собой, поборники каждого из путей считают свою дорогу наилучшей, но намерение достичь освобождения у всех одно. Однако, невзирая на общность финального пункта, многие тантристы пути правой руки пренебрежительно взирают на адептов пути левой руки как на спятивших от секса сибаритов; точно так же многие темные посвященные насмешливо дразнят поборников Дакшина Марги застенчивыми скромниками. Но сторонники обеих методик не устают повторять, что Вама Марга, благодаря своим экстремальным приемам, ведет к освобождению быстрее.
В списке основных принципов, которым открывался этот раздел, мы подчеркивали, что путь левой руки «ведет к освобождению и просветлению в этой жизни». Заявление воодушевляет, но вне осязаемой реальности этот тезис – не более чем поэтичная абстракция. Освобождение от чего? Просветление для постижения чего?
Мы уже указывали на то, что последователь (последовательница) пути левой руки стремится освободить себя от пассивной зависимости от иллюзорности майи, скинув с сознания шоры самообмана. Такая атака на нормативную ментальность происходит на нескольких фронтах и бывает вызвана серией самостоятельно произведенных шоковых сотрясений системы.
Сексуально стимулирующая змея кундалини открывает внутри тонкого тела посвящаемого третий глаз, позволяя ему пробудиться и полнее познать реальность, запрещенную для обычного, спящего человечества. Сакрализация оргазма в физическом теле во время сексуального ритуала открывает доступ к измененным состояниям, разрывающим покрывало на кусочки и вызывающим трансцендентный экстаз, открывающий путь к непосредственному восприятию совокупности бытия. Выполняя церемонии сексуальной магии, шакта и шакти пытаются изменить субстанцию майи, открывая изменчивую природу мира видимых явлений и обнажая сокровенные пределы, в которых сознание может стать причастным божественному предназначению созидания новых реальностей.
Нарушая табу и преодолевая самозарождающиеся преграды, посвящаемый (посвящаемая) освобождается от наваждения, которым его (ее) опутали гипнотизирующие силы социального контроля и социальной идентификации, достигая степени свободы от данных обязательств, что позволяет ему (ей) шагнуть далеко за пределы существования приспособленного к обществу человека. В равной степени приемля ужас и радость физических манифестаций, темный адепт в дальнейшем освобождает себя из безоконной тюремной камеры дуалистического мышления по принципу «или/или». Это преодоление всего человеческого достигает своего апофеоза во время поклонения своему сексуальному партнеру (партнерше) как божеству и в течение собственной, подогретой Эросом, экстатической трансформации своей личности в Личность божественную.
Во всех этих действиях адепт освобождается, приходя к осознанию того, что каждый уровень реальности подчиняется его (ее) воле играть с ними, и это – серьезная игра и радостное обучение, ежеминутно вновь и вновь проявляющие сознание тантриста пути левой руки на все более высоких уровнях бытия. Это во многом совпадет с традиционным учением пути левой руки. Хотя мы обнаружили огромную силу в большинстве традиционных практик пути левой руки и рекомендовали бы их нашим читателя, следующий этап, предлагаемый многими гуру Вама Марги, мы все же считаем исключением.
В соответствии с самой распространенной теорией мокши, финальное освобождение из предполагаемого колеса страданий, иллюзий и реинкарнации, можно обрести, лишь достигнув Единства с Абсолютным Разумом или божеством. Иными словами, большинство восточных адептов пути левой руки стремится к состоянию не-бытия, известного как нирвана, что буквально означает «свеча погашена». Это угасание существования в качестве отдельной личности, сознательное растворение своего разума в ослепительно белом свете Брахмана, самого главного, безличного начала, якобы существующего за экраном нашего мира видимостей. Эту мысль принято иллюстрировать метафорой о том, что индивидуальная психика подобна капле воды, растворяющейся в великом океане, из которого она изначально вышла.
Кое-кто на Западе чрезмерно упростил данную концепцию, спутав абсолютное, сверхчувственное бытие с привычными для нашей культуры понятиями Природы и/или Бога. На самом деле, Брахман есть ничто – он неподвластен любой категоризации рамками определений, и вся совокупность природного универсума, как и всякая форма божества, доступная воображению человека, считается не более чем эфемерным миражом в сравнении с этой, куда большей, реальностью реальностей. Теоретически, адепт пути правой или левой руки, пришедший к этой форме освобождения при жизни, перестает существовать, хотя физическое тело, через которое цель была достигнута, продолжает дышать, двигаться, принимать пищу, испражняться и выполнять все функции животного существования. Состояние, в котором пребывает тантрист, обретший единение с Брахманом, часто сравнивают с пустым коконом вылупившейся и улетевшей бабочки, пустой оболочкой.
Хотя многие учителя пути левой руки скажут вам, что вышеописанная цель отвержения себя есть главная вершина инициации, достижимая через темную волну, мы отвергаем это мнение. До сих пор мы старались наиболее точно представить Вама Марга, как она на самом деле существует в форме традиционных учений. Теперь мы отходим от общепринятой точки зрения. Поиск нирваны, с нашей точки зрения, – это своего рода духовный нигилизм, самоубийство истинного сознания, обусловленное прискорбной склонностью Востока ненавидеть мир, противоядие чему, как нам кажется, находится в радостной магии пути левой руки. Цель, которую ищем в пути левой руки мы, – не растворение себя в Единстве, превосходящем нас. Скорее, мы стремимся укрепить самую главную часть личности – называемую иначе то психикой, то демоном, то душой – для достижения богоподобного разума, который будет сохранять по отношению к безликому Единству автономность.
Нам представляется абсурдным выполнять ритуалы сексуальной индивидуализации и самообожествления, свойственные пути левой руки, избавляясь от иллюзий, лишь для того, чтобы растворить это обретшее автономию и самообожествившееся сознание в конце этого путешествия. И поэтому путем левой руки мы идем к бесконечному существованию души. На первых порах эта модель инициации может вызвать у кого-то вздох облегчения, ибо можно вообразить себе, что из этого следует, что можно с комфортом продолжить свое нынешнее существование, оставаясь невредимым и неизменным. Но здесь надо провести резкое разграничение между демоническим духом, который мы стремимся направить в бессмертную, божественную силу, и человеческой личностью, чья временная маска идентификации образована по большей части социальными факторами, с ее «нравится – не нравится», с ее привычками и неврозами.
Вот такая эфемерная и довольно пустая персона действительно все больше и больше растворяется, в то время как инициация пути левой руки продолжает совершать над адептом свое solve et coagula *(букв с лат – разрешение, растворение и сгущение, свертывание, следует понимать в алхимическом смысле). Фактически личность является самым главным врагом посвящаемого, ищущего освобождения сознания, поскольку достаточно плотно привязывает к хорошо знакомым границам. Пожалуй, самая страшная опасность для инициации пути левой руки – часто наблюдаемые попытки удержать и сохранить свою личность, а сознание как раз расширяется за пределы всех известных рамок.
Таким образом, темное освобождение, о котором мы говорим, никогда не станет уютной вещью, как кое-кто воображает, столь же простой, как переход из одной комнаты в другую. Подобно тому, как ракета, взлетая, отбрасывает сгоревшие баки из-под топлива, что-то должно быть отброшено по ходу процесса самообожествления. Операция по отделению ненужных аспектов произведенной социумом идентификации от бессмертной сердцевины Индивидуальности часто бывает глубоко обескураживающей метаморфозой. Путь левой руки, какая бы финальная цель не ставилась, призывает умертвить некоторые аспекты себя, самости (self), что и подчеркивается весьма распространенными в традиционных тантрических практиках символами и образами смерти.
Сами старинные Тантры, как и многие другие магические тексты, довольно загадочны и допускают множество интерпретаций. Некоторые, как кажется, предлагают дорогу к самообожествлению, которую мы и избрали, другие же, можно предположить, указывают адепту путь к более привычному для Востока отвержению себя. Конечно, многие тантристы отказываются от цели, рекомендованной более традиционными учениями, в пользу вечного бытия духа. Однако это довольно редкий случай, и таких адептов, как правило, презирают, как свернувших с пути.
И действительно, одному из авторов этой книги пришлось вытерпеть праведный гнев одной, вроде бы достигшей освобождения, наставницы Вама Марги, у которой мы научились некоторым из приемов, подробно описанных в нашей работе. Если верить ей, направлять путь левой руки на какую-либо цель, не совпадающую с финальным растворением себя – сродни «черной магии» и является вопиющим употреблением учения во зло. Однако мы заняли прагматичную позицию, утверждавшую, что эти методики суть просто инструмент, и практикующий может с их помощью идти к абсолютно любой цели. Для тех из наших читателей, кто желает пойти путем левой руки к психическому забвению, было бы справедливым сообщить, что в оставшейся части книги мы последуем не этим курсом. В этом смысле, наше понимание пути левой руки не имеет ограничений, если уж браться доводить еретические и раскольнические отступничества Вама Марги до логического конца.
Тантры, на основе которых складывалось большинство индийских учений пути левой руки, нередко переписывались и переделывались более поздними толкователями, а многие из них были брахманами, настроенными по отношению к радикальным методам Вама Марги враждебно. Несомненно, в процессе подобных редакций и ревизий, была произведена значительная часть сознательных искажений и размываний истинных целей темной волны, в попытке привести Тантру в большее соответствие вкусам ортодоксальных индусов и буддистов. Тем не менее, тот (та), кто стремился уйти от «правильной» записанной теории к настоящей практике пути левой руки от тела к телу, открывал эзотерическую методику плоти, ведущую куда угодно, только не к «задуванию свечи» нирваны. Одна из сообщаемых по секрету тайн доктрины заключается в том, что путь левой руки способен привести последователя к полной противоположности нирваны, к волевому перерождению вашего личного «я» в божественную душу – бодхисатву – чье живое пламя сможет гореть даже после смерти физического тела, этой алхимической лаборатории преобразований. В этом смысле состояние сознания, достигаемое через соитие пути левой руки, можно интерпретировать как телесную дорогу, ведущую к сотворению вашей собственной божественности, равно как процесс, в котором ваша божественная природа проявляет себя.
Чтобы дальше изучать эту возможность, необходимо проследить, как складывается темная волна за пределами тантрической традиции. Из самой колыбели цивилизации в вавилонских храмах, скрытая за кажущимся негативным отношением к сексу мировоззрения христианства, звучащая в западном магическом возрождении девятнадцатого и двадцатого веков, песнь сирен пути левой руки зовет вас.


Иллюстрация
Заклинание. Фелисьен Ропс.

КНИГА ВТОРАЯ:
Темная волна на Западе



IV.
В начале было слово
Расшифровка языка западной магии



- Если язык используется неправильно, то сказанное есть не то, что подразумевается. Если сказанное есть не то, что подразумевается, тогда то, что должно быть сделано, останется несделанным.
– Конфуций

- То, что не может быть высказано, не может быть осуществлено.
– Постулат Ордена Сехмет.

Логос пути левой руки
Прежде, чем мы обратимся к истории, технике и практике сексуальной магии пути левой руки в западном мире, необходимо окинуть взглядом более широкий магический контекст, в котором сексуальный маг (мужчина или женщина) совершает свои операции. Маг, пытающийся прояснить эти основы магической практики, тут же столкнется с необходимостью употреблять слова из архаичного, часто непонятного языка, традиционно применяющегося Черной Магией. В этой книге мы нередко пользовались словами «магический» и «маг», «колдовство», «теургия», «инициация» и «посвящаемый», «демонический», «работа» и «душа».
Слишком уж часто эти элементарные единицы словаря мага употребляются небрежно, отчего такой словарик просто необходим, дабы в дальнейшем свести к минимуму ложные интерпретации. Хотя каждое из данных слов заимствовано из греко-римской магической культуры Средиземноморья, все они относятся к той же самой индоевропейской языковой семье, из которой происходит основная масса санскритских слов, используемых в инициатическом учении Тантры пути левой руки. Не последнее место, как мы увидим, здесь занимает само слово «магия».
Начинающему магу, только приступающему к освоению запутанного и противоречивого лабиринта эзотерической терминологии, данная глава поможет развить полезные навыки в осознанном и умелом использовании магического словаря, вместо того, чтобы бездумно присваивать терминам значения по привычке или вследствие умственной летаргии. Некоторые избитые магические фразы употребляются просто потому, что считаются как бы мистическими, что очень напоминает притягательность, которой обладают для потребителя названия известных торговых марок. Для более опытного практика анализ знакомого ему магического словаря «свежим взглядом» послужит внесению большей точности в его личное видение магии. Работа мага пути левой руки состоит в том, чтобы наполнить большей силой свой внутренний и внешний мир, поэтому разборчивость и рассудительность в методологии выбора лексики является важным аспектом в процессе реконструкции реальности в соответствии с личной волей.
Один из наиболее распространенных архетипов магии в фольклоре и легендах рисует мага, совершающего чудесные деяния путем произнесения нужного слова в нужное время. Неважно, идет ли речь о том, чтобы вовремя воскликнуть «Абракадабра!», как тому учили древние магические тексты, а потом переняли балаганные фокусники, или же провозгласить аладдиновское «Сезам, откройся!», – принцип везде один. Конечно же, достижение какой-то цели никогда не бывает столь легким или предсказуемым. Тем не менее, зерно истины в этом легендарном прообразе есть: правильное употребление слов и знание их точного значения – это магическая сила первостепенной важности. Это умение, овладеть которым стремятся очень немногие из магов, возможно оттого, что оно не так броско и романтично в сравнении с прочими ветвями Черной Магии. Изумительное средство человеческого восприятия и создания реальности состоит в сплетении абстрактной символики слов и умелом обращении с ней. Определенная комбинация слов может в буквальном смысле отворить тому, кто произнес их бесконечные двери возможностей, хотя те же самые слова, произнесенные в другой ситуации, могут стопроцентно принести сказавшему гибель.
То, что верно в экзотерическом смысле, в эзотерических учениях находит свое подтверждение во всех уголках мира. Как мы уже увидели, тантрическое учение о пути левой руки утверждает, что универсум можно контролировать с помощью досконально разработанной магической технологии манипуляции звуками, связанными со словами, которые произносят боги, создавая миры, используя науку мантр. Очень сходно с этим нордическое искусство рун, особенно – магическая и окутанная мистической вуалью вербальная вибрация, которую, как считается, создает правильное произнесение рунических строф. Библейское «Евангелие от Иоанна» содержит знаменитое утверждение, заимствованное из гораздо более древнего месопотамского текста: «В начале было Слово» или Логос (Ин. 1, 1.). И в древнеегипетской «Мемфисской теологии» утверждается, что сотворение мира произошло от слова, произнесенного божеством – нетером Птах. Маг пути левой руки частично воссоздает универсум, принимая на себя божественную роль произнесения тайных слов силы.
Несмотря на огромную и универсальную значимость слов в сотворении реальности и управлении ей, люди в основной своей массе злоупотребляют этими мощными магическими средствами с несносной небрежностью, порождая собственные реальности, отмеченные глубочайшим беспорядком и хаосом, ибо они в прямом смысле не ведают, что говорят. Следовательно, маг проходит серьезную подготовку, чтобы как следует овладеть наукой применения слов для манипуляций с реальностью. Не всем магическим навыкам можно научиться; этому – можно. Многие маги будут возражать, что им не нужны слова, чтобы творить магию. Нередко это так и есть. В экстатических и физических методиках эротической магии слова нередко оказываются поверхностными и даже излишними для достижения цели. Тем не менее, магия в значительной мере представляет собой искусство коммуникации на различных уровнях реального, а оттачивание структуры и значения слова – ключевая составляющая всякой коммуникации, даже (парадоксальным образом) в невербальных методиках.
Итак, чтобы с данным руководством все было ясно, насколько это возможно, мы должны для начала определить основные термины, которыми мы будем пользоваться, в особенности те, что легче всего могут вызвать путаницу. Словарь Западной магии почти полностью перешел к нам из греко-римской античности, культурной матрицы, сверху донизу насыщенной однозначным приятием ценности магического искусства, к которому современная западная культура приблизиться никак не может. Многие из когнитивных дилемм, свойственных самозваным магам нынешней эпохи, которые употребляют доставшуюся по наследству терминологию давно умерших культур, можно прояснить, предоставив подробное описание непосредственных этимологических корней этих единиц.
К тому же, признание того факта, что слова обладают весьма специфической силой и ассоциативными смыслами, долгое время служило основным принципом магической практики. Будучи одновременно поэтом и механиком, маг стремится отыскать самое нужное слово, понимая, что nomen est omen (слово есть власть). То, как вы называете кого-то или что-то, на самом деле, может изменить этот объект, качество или личность в неуловимом, но очень значительном смысле. Юлиус Эвола заметил в своей работе «Люди и развалины»: «Всякое слово обладает душой». Наш разбор магического словаря осуществлен в этом духе. В отличие от академически сухих и рационалистических анализов, мы ищем скрытую душу, демона, наполняющего жизнью, который скрывается в этих словах. Маг пути левой руки осознанно стремится разорвать общую модель массового сознания, примеры которой можно встретить в любом месте и в любое время. В атмосфере общей безграмотности, подпитываемой набирающей обороты аудиовизуальной культурой, что может быть более таинственным, чем развитие вашего знания слов?

Магия
Ввиду того, что данная книга адресована практикующим магам, нам следует отыскать корни первоначального значения самого слова «магия». Слова «магия» и «маг» перешли в наш язык сравнительно недавно из латинских форм magicus и magus, каковые в свою очередь были произведены римлянами из греческого magikos. Древние греки искусство магии обычно называли magike tekhne, что в буквальном переводе означает «искусство волхвов». Современному магу не стоит забывать о древнем восприятии магии как искусства, а также надо обратить внимание на то, что tekhne послужило корнем слова «технология». Понимание магических практик как хрупкого равновесия между формой интуитивного и эстетического искусства и логической и рациональной механикой – как эзотерической науки и в то же время черной магии – способствует разработке более точного подхода к овладению этим умением.
Греческая концепция magike tekhne подвергалась сильному влиянию иранских волхвов, которых в древней Персии называли Magoi. Волхвы были медейской жреческой кастой в Персии и во всем древнем мире славились своей мудростью. Пожалуй, самый известный рассказ о Magoi представлен в библейском рассказе о трех Волхвах, прибывших в Вифлеем из далекой страны, чтобы преподнести символические дары младенцу Иисусу, узнав в Нем не менее могущественного мага, чем они.
Персидское слово magoi в свою очередь связано с санскритским словом майя, которое мы уже определили как занавес, скрывающий иллюзорную природу реальности от человеческих глаз. Также майя представляет собой ту субстанцию, из которой индийские боги созидают реальность; в таком контексте божество иногда называют майин, то есть маг. Понимание Майи как источника мировой магии заслуживает нашего особого внимания, поскольку маг пути левой руки работает в первую очередь с майей. Рассматривая корни слова «магия» под различными лупами греческого, персидского и санскритского значения этого слова, современный маг получает возможность достичь более полного понимания того, что на самом деле означает быть магом. В то время как дефиниции магии менялись, часто до неузнаваемости, под влиянием приходящих культур-завоевательниц, некоторые базовые принципы не подвластны времени и переменам.
Сегодня авторы многих текстов о разнообразных магических традициях дают свою «авторитетную» интерпретацию магии. Если всегда держать в уме, что каждый автор (в их числе и авторы данной книги) всегда описывает исключительно свой субъективный опыт, пытаясь дать определение магии, практикующий маг избежит ловушки личных границ любого конкретного современного теоретика (еще раз, включая авторов данной книги). Однако когда заглядываешь под покров внешнего глянца или идиосинкразии той или иной культурной/индивидуальной точки зрения, во всех определениях магии можно найти некие ключевые компоненты. Прежде всего, магия есть некий род деятельности, которая, как считается, создает изменения в естественном универсуме, опровергая при этом строгое научное понятие о причине и следствии. Эти изменения, тонкие либо радикальные, манифестирующиеся в материальной реальности либо в душе индивида, проводящего магическую операцию, как правило, производятся при помощи манипуляций с неким числом символических систем, сообщающих волю мага либо внутренним, либо внешним факторам. Для сексуального мага такой символической системой является само человеческое тело, особенно его эротические энергии и экстазы. Маги всегда стремятся овладеть некой степенью контроля над тем, что можно приблизительно обозначить как «естественные» и «сверхъестественные» силы, в соответствии с позицией магической традиции, в рамках которой действует маг/посвященный. Именно этот момент личного контроля над элементами универсума многие религиозные философы используют для различения религиозной деятельности, обычно основанной на приятии вещей такими, какие они есть, и пытающейся привести человечество в гармонию с этим естественным внешним порядком – и магической деятельностью, как правило, базирующейся на стремлении мужчины или женщины установить свою власть в существующих мирах. Остановимся на этих общих замечаниях, ибо будет сложно продолжать, не прибегая к какой-либо из догм, доктрин или не придерживаясь некой точки зрения.
Академические ученые, изучающие магические практики с якобы объективных позиций, так и не дали ни одного удовлетворительного определения, что такое магия. Маги, воспринимающие тот же самый феномен под совершенно субъективным углом зрения, добились не намного лучших результатов. Посвященный левой руки может совсем отойти от этого архаичного эзотерического языка, с радостью скинув пыльный багаж оккультного наследия, чтобы быть готовым принять более гибкие модели. То, что оккультисты называют магией, можно с тем же успехом обозначить как нарушение условий и границ и перепрограммирование; происходит замена одной реальности на другую. Центральное понятие, наполняющее магию, как бы ее не называли, в том, что воспринимаемое нами как реальность, на самом деле – более податливая материя, нежели мы привыкли полагать. Маг занят в первую очередь перекраиванием реальности, формируя гибкие части своего сознания и привнося через этот процесс желаемые изменения реальности в мировую субстанцию.
По правде говоря, почти все маги живут в реальности, абсолютно в такой же мере жестко структурированной, что и реальность их не занимающихся магией приятелей; разница между теми и другими – чисто поверхностная. Обычно во время ритуалов маги могут попробовать направить свою волю и воображение на привнесение нескольких специфичных деталей в мир феноменов по своему желанию. Но едва церемония окончена, они возвращаются к привычно-безопасному, обычному определению реальности, с которого они начинали. И хуже того, слишком часто параметры и правила этой реальности, оказывается, установлены другими.
Магия, понимаемая как манипуляция майей, присутствует в каждом аспекте человеческих взаимоотношений, а не только в оккультных кругах избранных. Работники рекламного бизнеса и политтехнологи, чьи тщательно режиссированные наваждения заставляют реальность миллионов людей плясать под их дудку, демонстрируют гораздо более эффективное знание магических принципов, нежели большинство оккультистов, хотя они никогда не назовут свою деятельность магической. Когда мы реагируем на символические системы механически, мы втягиваем себя в чужой магический ритуал. Одно из самых сильных магических наваждений, действующих по всему миру, состоит в том, что мы верим в то, что некоторые выпущенные правительством бумажки обладают самодовлеющей ценностью. Когда в переполненном зале суда все встают при появлении человека в черном одеянии, это действие древнего приворота.
По-настоящему действенный магический акт не только оказывает влияние на вожделенную цель в универсуме. Он осуществляет радикальную трансформацию личности самого мага, пробуждая его (ее) своей встряской, открывая ему глаза на то, насколько установленная реальность обусловлена слепым соглашательством с идеями, авторитетами и нормами, из-за которых мы оказываемся в плену дурмана собственных нежно любимых иллюзий. У читателя хватит ума не воспринимать ни одно из определений столь широкой и сложной деятельности как последнее слово об этом предмете. Магия – одно из слов, наряду с такими словами, как «любовь» или «искусство», значение которых, в конце концов, должно быть установлено переживающим этот опыт индивидом, а не каким-то внешним авторитетом. Маг, подобно художнику или любовнику, должен постоянно порождать новые, пересмотренные дефиниции магии, ибо новое понимание будет приходить с опытом. Как два художественных критика никогда не достигнут полного согласия в определении, что же такое искусство, так же и в отношении магии. Неплохую формулировку, с не-оккультной точки зрения, предложили Андре Бретон и Антонен Арто, назвав сюрреалистическую революцию 1925 года так: «средство тотального освобождения духа и всего, что на него похоже».
Майкл Бэйджент и Ричард Ли предлагают еще один ценный способ трактовки магии в своей работе по истории алхимии «Эликсир и камень»:

«В самом широком смысле магия – это «искусство заставлять вещи происходить». Поэтому в самом широком смысле магию можно определить как метафору динамических взаимоотношений между человеческим сознанием или волей и всем, что лежит за пределами этого – событиями, обстоятельствами, объектами, другими людьми. Магия подразумевает, как минимум, элемент контроля, либо через управление, либо посредством манипулирования. То есть она подразумевает технику, посредством которой реальность стимулируется, приводится в действие или принуждается к выполнению определенных поставленных целей. Магия, одним словом, – это процесс использования гибкости реальности и формирования ее – или ее алхимической трансмутации – в соответствии с конкретными целями или задачами».

Как и в случае с любым соображением по поводу объективной ценности художественного произведения, то, что одному магу представляется опытом бесконечной глубины, может показаться бесполезным и даже нелепым другому магу. По этой причине, в ряду многих прочих, магия – это предмет неподходящий для тех, кому требуются твердые и четкие правила и абсолютно верифицируемые результаты.
Хотя для облегчения передачи информации мы пользуемся в нашем тексте словом «маг», надо отметить, что те, кто следует классической парадигме западной культуры, не ограничиваются только этим словом для самоопределения. Санскритское слово сиддха широко употребляется в Индии для наименования практикующих магию и бесспорно подходит для пути левой руки (учитывая его субконтинентальные корни). Через общий индоевропейский языковой поток имеют к нему отношение и нордические последователи seithr, гиперборейского шаманизма, сексуальной магии пути левой руки северной Европы. Из Сибири к нам пришло слово шаман – «экстатический мастер, творящий магию в состоянии транса». В эзотерических традициях всего мира можно встретить множество иных обозначений мага; определив точное направление ваших практик, вы можете вызвать к жизни поразительную энергию.

Магия черная и белая
Слово, и без того наполненное неоднозначным смыслом и открытое для интерпретаций, становится еще более расплывчатым после окрашивания в разные цвета. Некоторые настаивают на определении одного вида магии как «черная», а другого – как «белая». По нашему мнению, эта цветовая кодировка только способствует консервации крайне ограниченных и спорных культурных и религиозных предрассудков, но ничего не проясняет. На самом простецком и невежественном уровне, обозначение магии черной/магии белой связано с такой же простецкой дихотомией добра/зла. Поскольку мы не претендуем на объективную трактовку понятий «добра» и «зла», вывод один – мы должны отказаться от популярного представления о том, что черная магия совершается ради служения Злу, в то время как белая творится во имя Добра. Древнегреческое magi, несмотря на почти отсутствующую морально-оценочную коннотацию, относилось к практикам, целью которых было навредить, отуманить, загипнотизировать, и назывались они kakotechnia, «злое искусство». Эту концепцию можно сравнить с распространенным в Индии наименованием тантрического пути левой руки – особенно шести, описанных выше, «злых» ритуалов – Абичхара.
Исторически, употребившим сочетание «черная магия» впервые, был алхимик Альберт Великий, живший в тринадцатом веке маг, высказавший предположение, что черная магия представляет собой «демоническую» противоположность благой природной магии, которой он приписывал небесную ангельскую силу. В двадцатом веке маг Гурджиев, чьи недоброжелатели из желания опорочить называли его черным магом, дал типично идиосинкразическое определение черной магии как «фальсификации, имитации внешней видимости “действия”». Для тех магов, которым для того, чтобы разобраться в себе, требуются простые, легко цепляемые ярлыки, роли черного и белого мага представляют удобный способ строить категории, не требующий и проблеска самостоятельной мысли. Пусть самозваные черные маги, восхищенные расхожими домыслами о притягательности зла, и, как правило, подталкиваемые потребностью доказать свое пренебрежение обществу, наскоро разучат типовую субкультурную роль, удовлетворяющую потребность в легком бунте.
А стоящие на другом полюсе самопровозглашенные белые маги, нередко движимые желанием доказать свою социальную интергированность, пусть сердечно похлопывают друг дружку по спинке, поздравляя с тем, какие они теперь стали добренькие. Обе тактики сводят всю многосложную многоуровневую вселенную магических операций на уровень детского мультика. Если подобная символика удовлетворяет ваши эстетические потребности как мага, не будем оспаривать личные вкусы; сделайте одолжение, называйте себя как угодно – но только делайте это осознанно. Однако для более целостного анализа магии, предпринятого нами, воздержимся от разграничения черной и белой магии, дабы избежать ненужного втягивания в бессмысленную символическую путаницу.
Чтобы проиллюстрировать непостоянство и ограниченность всех этих черно-белых экзерсисов, достаточно нескольких примеров. Хотя черный цвет прочно ассоциируется со злом в европейском мире после пришествия Христа, его символика в других культурах мира куда более неоднозначна. В культуре древнего Египта, например, черный цвет целиком и полностью был символом блага, поскольку означал плодородный чернозем Нила. Древнее название Египта Кем означает «черная земля», этот топоним был переведен на арабский как ал хем. Возможно, отсюда произошли слова «алхимия» и «химия», поскольку издавна эти науки ассоциировались с Египтом. Демонические и вообще «недобрые» существа египетской религии, в первую очередь – бог Сет, были красного цвета, а это общепризнанный оттенок космического зла. То есть, в древнем Египте маг, практиковавший то, что на современном Западе именуется «черной магией», избрал бы в качестве символа низвержения вселенского порядка красный цвет. Красная магия – хотя это сочетание и могло бы показаться уместным для мага-египтофила – вероятнее всего, вызовет в воображении нелепый образ марксистского колдуна, говоря современным языком.
Подобным же образом, белый цвет воспринимается христианизированной культурой как знак космического добра и святости. Но он довольно обычно рассматривается как демонический, дурной цвет во многих африканских и азиатских культурах. Поэт Мартин Фьерро однажды написал: «Белый красит дьявола в черный/ Черный красит дьявола в белый». Это лишь доказывает крайнюю относительность цветовой символики в магических практиках. Наш совет магам: избегайте, насколько возможно, следовать символике, обусловленной какой-либо временной эпохой или культурой, за исключением символики, избранной для конкретной магической операции. Это раскрывает – а не ограничивает – способность мага сообщать свою волю на многих уровнях реальности. Мы сами выяснили для себя, что пользы от разделения магической деятельности на черную и белую ветвь для прагматических мистических операций нет никакой.
С другой стороны, мы обнаружили, что словосочетание the Black Arts (буквально – «черное искусство». – Ред.) оказывается простым и удобным термином, служащим прикрытием целого ассортимента магических техник, доступных на практике, особенно в связи с тем, что оно делает важный акцент на творческой природе magike tekhne. Оттого, что оно стоит особняком, не имея антонима «белое искусство», нам оно представляется убедительным описанием предмета, свободным от любых поверхностных морально-оценочных привнесенных значений. Что касается «черного искусства», этот термин безупречнее, нежели «черная магия», поскольку он возник раньше, чем христианство заклеймило всю магию как зло. Например, уже Овидий (43 г. до Р. Х. – 18 г. после Р. Х.) в своем знаменитом сочинении «Ars Amatoria» («Искусство любви») называет колдовство мифических волшебниц Медеи и Кирки «их черным искусством».
Но нельзя отрицать необходимость выявления и классификации ряда весьма реальных различий, которые объективно существуют между разными магическими методиками. Способность языка различать дискретные противоположности представляет огромную ценность для мага при создании лучше работающих магических проектов. Еще более полезными для наших собственных задач явились тантрические формулировки «путь левой руки» и «путь правой руки». Поэтому они используются в данном исследовании в качестве ключевых описательных терминов. В отличие от терминов «белая и черная магия», понятия «путь правой и путь левой руки», при верном истолковании, не привносят субъективных этических категорий добра и зла. Вместо этого, они больше фокусируют внимание на прагматических аспектах непосредственного метода и цели. Сообщение о том, что некто есть белый или черный маг, ничего нам не говорит о настоящих делах этого мага, а служит лишь смутным свидетельством оценки его действий с позиции абстрактного морального кода сомнительной ценности. Сочетания «левая рука» или «правая рука», при условии точного, а не поэтического словоупотребления, могут точно сообщить нам, какие магические процедуры и техники применяются.

Теургия
В античности мы встречаем и другие описания особых направлений магического искусства, которые не утратили актуальности и по сей день, хотя применять их следует с осторожностью. Греки говорили о форме магии, называемой theourgia, что представляет собой сочетание слов theos = бог и ergon = работа. Поэтому и тогда, и сейчас теургия – это магическая работа, дающая возможность магу вступить в контакт с божественным существом. Теургия предполагает, что маг оперирует некоего рода теологической философией, определяющей бытие божества или сверхчеловеческих форм разума и сущностей. Таким образом, магов, чья теология в основе своей атеистическая, назвать теургистами нельзя. Если коротко, всякий маг, практикующий магию, с помощью которой он обращается к какому-либо божеству либо вызывает его, занимается в техническом смысле теургией. Английское invocation, имеющее латинскую этимологию, буквально означает «призыв, обращение к богу» (in = к vocare = звать), а evocation переводится как «вызывать» или «заставлять появляться». В Средние века и в период магического возрождения девятнадцатого столетия теургию считали «большой магией», более почетным занятием, в отличие от так называемой «малой магии», обращенной к демоническим сущностям. Смысл в том, что последователи первой искали контакта с божественными существами более высокого (следовательно, более величественного) порядка.
Какое бы божество не вызывалось в процессе таких операций, теургист выполняет сакральную функцию жреца (жрицы) этого божества, формируя средство коммуникации человека с царством богов. Разумеется, если такого контакта не происходит, мы говорим просто об иллюзии, на удочку которой рискует попасть любой маг. Предполагая, что большая часть наших читателей интересуется именно обращением к божеству или вызыванием божеств, многими религиями почитаемых демоническими (еще одно насыщенное смыслами слово, требующее последующей контекстуальной дефиниции), можем допустить, что разграничения вроде больший/высший и меньший/низший не имеют особого значения для предмета нашего исследования. Дополнительную путаницу в данный вопрос вносит употребление некоторыми инициатическими школами фраз вроде «малая черная магия» и «высшая черная магия», которые довольно произвольно и неисторично привносят новые значения в традиционные, издавна известные определения низших/высших форм магии. Поскольку мы не хотели вносить еще большую неразбериху, мы старались избегать как сочетаний, затемняющих ясное понимание предмета, так и тех, что ассоциируются, прежде всего, с философией той или иной из современных сект. По этой же причине мы отдаем предпочтение традиционному слову «магия» <magic>, а не ставшему не так давно популярным неологизму «магика» <magick> с его специфически кроулианскими коннотациями.
По нашему мнению, сексуальный маг практикует теургию, даже если во время соответствующих операций он (она) не занимается обращением к нечеловеческим сущностям или их вызыванием. В качестве примеров эротической теургии можно привести поиск инициатического прозрения через ритуальное соитие с конкретным божественным разумом, астральный секс с суккубом/инкубом, использование острейшего сексуального экстаза либо сменяющего его состояния для того, чтобы временно стать определенным богом; есть также бесчисленное множество других вариантов. Перед каждым магом стоит задача установить, существуют ли феномены, на первый взгляд функционирующие как божества или демоны, независимо от человеческой мысли, или же они являются проявлением чьего-либо сознания. Путь правой руки делает акцент на бхатки, или преданности, и потому заставляет своих последователей предаваться религиозному созерцанию некоего божества на основании только лишь слепой веры. В плане теургии путь левой руки, прежде всего, ставит целью пробуждение божественного аспекта в самом маге.
Ритуалы традиционной доктрины Вама Марга являются теургическими, поскольку почти всегда сосредоточены на сексуальной игре мужского начала и женского начала, Шивы и Шакти. Однако, почитание божественного женского принципа в мире и в себе (биологический пол тут роли не играет) является истинным средоточием пути левой руки и, пожалуй, ярче всего выражается в кундалини, пробуждении Шакти в собственном теле. Мы рассматриваем эти упражнения как средства, ведущие к достижению более высокой цели – личного обретения самостоятельного богоподобного сознания еще в этой жизни, что является актом самообожествления.

Колдовство
Часто мы называем мага «колдуном» или «колдуньей», что означает того, кто осуществляет на практике акт колдовства. Эти слова взаимозаменяемы со словами «магия» или «маг». Происходят они от латинского sortiarius – тот, кто обладает даром (или заявляет об этом), изначально – даром прорицания. Однако в современном употреблении это слово стало обозначать особый вид магии. В наших практиках колдовство, как мы его понимаем, сосредоточено на приемах осуществления предопределенной трансформации в мире, находящемся объективно вне психики мага, с помощью материальных предметов, слов, умозрительных моделей, способствующих реализации таких изменений. Что касается эротического колдовства, манипуляции сексуальной энергией явно относятся к основным средствам произведения желаемых трансформаций реальности.
Одним из примеров колдовства может быть использование магии с целью наведения чар на другого человека. Поскольку тема данной книги – сексуальная магия, пожалуй, самой простой и яркой иллюстрацией этой техники будет создание с помощью магии субститута, заменителя объекта вашей страсти; это пример симпатической магии. Колдун выполняет магическую операцию, в ходе которой волевая концентрация, измененное состояние сознания и мощная волна воображения направляются на объект, выступающий заменителем человека, к которому вы испытываете желание. Вы убеждаете все свое существо, управляя мозгом, обычное функционирование которого временно приостановлено, что это символическое означающее и есть тот (та), на кого направлено ваше чувственное желание. Изменяя этот объект и начиная контролировать его своим магически усиленным сознанием, вы изменяете человека, которого вы хотите или, по крайней мере, оказываете сильное влияние на него. Опытный маг способен выйти далеко за пределы такой несложной механики, как в смысле искусности, так и в отношении метода; но базовый принцип колдовства один, независимо от сложности способа его реализации.
Поэтому определенные механические аспекты самого сознания могут стать внешним объектом относительно глубинной сути личности мага в зависимости от конкретной точки зрения; колдовство вполне может включать в себя трансформацию собственных ментальных процессов практикующего. Допуская, что такое четкое определение можно запутать, углубляясь в детали, мы предпочитаем классифицировать такой тип магии, который направлен на изменения преимущественно внутренней сущности, а не внешнего мира – сколько бы взаимосвязаны они ни были – как инициатический.
По мнению древних, большая часть других видов магии подпадает под категорию thaumatourgia, или «сотворение чуда», от греческого thauma = чудо + ergon = работа. Когда сексуальный маг создает изменения во внутреннем или внешнем мире, которые, как представляется другим, противоречат известным причинно-следственным законам, трансформируя тело и психику через какое-либо сознательное изменение состояния сознания, результаты могут показаться удивительными или даже чудесными тем, кто магией не занимаются. Таким образом, понятие тавматургии может быть использовано для обозначения практически всех форм магических операций.

Инициация
Магические действия, направленные на изменение кажущегося внешнего универсума, мы определяем как сферу деятельности колдуна. Более сложную работу, вызывающую самоизменение мы называем инициацией, работой посвящаемого. Слово «инициация» (образованное от латинского initiare, что означает просто-напросто «приступать» или «начинать») обросло многими бесполезными культурными ассоциациями, от которых, прежде чем идти дальше, надо избавиться. На ум незамедлительно приходит инициация в тайное общество или братство путем прохождения секретной церемонии, круто замешанной на мистическом фетишизме, однако лишенной какой-либо ясности или пользы. Мы не имеем в виду такую разновидность инициации, которая представляет собой скрупулезно записанный обряд, встречаемый, например, у франкмасонов или в других магических организациях, инспирированных ими.
Антропологи и специалисты по сравнительному религиоведению также определяют как инициацию сакральные ритуалы, отмечающие определенные фазы приобщения индивида к различным уровням племенной религии как примитивных, так и развитых культур. В то же время подобные практики вполне могут подчас обладать большей истинной магической силой, нежели описанные выше. Коллективная и социально-связывающая природа этих традиционных обрядов весьма отличается от глубоко личной и самостоятельно направляемой инициацией пути левой руки. Пожалуй, самый лучший на Западе исторический аналог инициации пути левой мы находим в древних эллинистических мистических школах, самая знаменитая из которых находилась в Элевсине. По всей видимости, там предпринимались некоторые попытки самоуправляемого внутреннего развития, аналогичные тем, о которых мы пишем в этом исследовании.

Иллюстрация: L’amour Des Ames. (Любовь Душ). Жан Дельвиль

Для нас инициация – особенно когда она происходит в направлении пути левой руки, сторонниками которого являются авторы данной книги – есть, прежде всего, поступательный процесс радикального саморазвития, происходящий внутри, а не церемония, руководимая извне. Однако не всякий, просто практикующий теургическую, тавматургическую или просто «колдовскую» магию, заслуживает титула посвященного. Определенный объем природных талантов вкупе с тренировками может помочь многим людям стать довольно успешными магами, через свои практики достигающими на удивление высокого уровня позитивных результатов. Вполне возможно, что вам удастся произвести желаемые перемены в контексте вашей жизни, ваших жизненных обстоятельств в целом и в окружающих вас людях, если вы будете относительно продуманно заниматься развитием своего магического искусства. Эти внешние перемены, не зависимо от того, насколько они резкие, не обязательно окажут глубокое воздействие на глубочайшие уровни вашей души, где как раз и происходят самые значительные проявления инициатического процесса. Мы знали немало магов, развивших неплохие магические навыки, что помогло им обеспечить себя работой своей мечты, любовником (любовницей) своей мечты, домом своей мечты и прочими материальными благами. Конечно, такие маги достойны всяческого уважения; необходимо много работать ради таких значительных результатов, как показывают наблюдения за жалким, в общем-то, жребием неудовлетворенного человечества. Несмотря на то, что некоторые маги преуспели и подобные их желания обрели жизнь, очень часто их магическое развитие со скрежетом тормозит на половине списка планируемых приобретений для их ограниченных потребностей. Они никогда не задают самого главного философского вопроса, необходимого для инициации. Вопрос этот таков: «Что за субъект все это совершает, и что сейчас делаю я?»
Применять магию в инициатическом смысле, то есть развивать и искать более глубокое знание себя, а не просто удовлетворять свои актуальные потребности, противоречит характеру всех сообщений, передаваемых нам круглые сутки силами социального контроля. В основном мир требует от вас быть хорошим гражданином, хорошим потребителем, хорошим исполнителем правил. Он не приветствует активные поиски магом возможности обрести власть над своей судьбой через инициацию, хотя идиотского трепа, восхваляющего абстрактную идею свободы, в нем предостаточно. Истинная свобода от чужих умозрительных конструкций, за которой следует полное освобождение от собственных заученных моделей мышления, составляет одну из целей инициации пути левой руки, и просветленный вольноотпущенник может воспользоваться сексуальной магией как методом приобретения сей демонической и физической автономности.
Поскольку наша книга содержит практическую информацию, каковая, несомненно, поспособствует достижению магических целей, она более чем ценна для посвященного, который всю свою будущую жизнь собирается отдать самопознанию и самотрансформации. Ежели читатель воображает, что, пропагандируя инициацию, мы стараемся, à la нью-эйдж, питать тлеющий и мерцающий огонек надежды на то, что распахнутся безграничные горизонты человеческих возможностей, то отметим, что у нас на уме и близко нет ничего подобного. Существуют реальные и четкие пределы всякого человеческого потенциала, чему и учит вас, подчас крайне жестко, инициация пути левой руки. Если возможности самоизменения доступны некоторым человеческим созданиям и они намного шире, нежели может показаться с первого взгляда, это не значит, что «вам удастся стать всем, кем пожелаете», как вам охотно пообещают многие оккультисты-мечтатели и торговцы мистикой. Инициация пути левой руки предлагает вам возможности трансформации, недоступные для ленивцев и невежд, однако она не дает вам абонемента на реализацию всех ваших мечтаний и капризов, когда-либо вас посещавших. Такая новость обычно разочаровывает неизлечимых оптимистов или ищущих легких путей, но может оказаться пробуждающей встряской для тех, кто готов к ней и имеет терпение довести сей процесс до конца.
Посвященный левой руки – по сравнению с изучающими другие, лояльнее принимаемые обществом духовные методики – не позволяет себе расслабляться в теплой ванне приятного и безопасного мистицизма. Он (она) имеет смелость с хирургической безошибочностью вступить в контакт и конфронтацию с абсолютно всеми неизвестными гранями своей личности. Результаты этого бесконечного противостояния подчас оказываются глубоко тревожащими и даже болезненными по отношению к устоявшейся концепции себя, сложившейся благодаря структуре социальных взаимодействий и биологически унаследованной антропоидной потребности вписываться в племенную/семейную/культурную систему взглядов. Инициация пути левой руки с необходимостью подразумевает вступление в жесткий и бескомпромиссный конфликт со всеми внутренними и внешними принуждениями, связывающими абсолютную свободу вашего сознания, тела и действия в демонической и материальной сфере бытия.
Многие из привлеченных внешней символикой этих магических актов развенчивания не замечают, что такой инициатический раскол не связан с какой-либо глупой бравадой, следствием которой может быть лишь все возрастающая беспомощность. Популярные заявления представителей более грубых форм пути левой руки вдохновили кое-какого на беспомощную демонстрацию социальным пугалам фиги в кармане. К примеру, нет ничего проще, чем смеяться над двуличностью организованной религии или государства. Гораздо тяжелее и сложнее обнаружить и осмеять свое собственное лицемерие, а такой акт самопознания посвященный пути левой руки стремится довести до завершения, несмотря на мертвые зоны, которые все мы развиваем в себе.
Инициация пути левой руки, таким образом, не синоним легкого протеста; она движется намного глубже, в конечном счете, трансформируя личность посвящаемого, а не служит оправданием бездумного отрицания общепринятых ценностей. Большое значение имеет способность посвящаемого критически различать пустое антиобщественное позерство и истинное инициатическое распоряжение теоморфным сознанием, превосходящим Добро и Зло в ницшеанском смысле. Значительная доля работы посвящаемого пути левой руки состоит в интенсивном, самостоятельно проводимом перепрограммировании и декодировании личных усвоенных норм поведения, мышления и привычек. Посвященный сексуальный маг переориентирует эротическую энергию на решение подобных задач самоизменения, в то время как маг, использующих секс только для колдовства, лишь пытается сделать мир более удобным для реализации своих желаний, не всегда производя самотрансформацию. Такое осознанное переделывание себя далеко от традиционной «инициации», привычной для оккультистов, которая, как правило, представляет собой не более чем воспроизведение или запоминание якобы необходимой фактуры и догматики, заявленной различными школами, а также зубрежку оккультного жаргона или эффектной лексики, составляющей специфику того или иного учения. Инициация пути левой руки радикальным образом отрывает механизм управления личностью от любых внешних источников, предоставляя посвящаемому полную власть над его (ее) силами создания самого себя. Посвященный пути левой руки не подчиняется никаким силам вне своего сознания.
Предупреждение: если вдруг такой отказ от подчинения покажется вам прекраснодушными свободолюбивыми сантиментами, то следует усвоить, что для тех, кто решил сделать все правильно и последовательно, инициация темной волны никогда не будет легкой задачей. Нам возразят, что Великая Богиня говорила мудрецу Васиштхе о пути левой руки «без лишений и боли». Однако мало кто способен пережить неожиданное внутреннее прозрение без определенной доли боли или разочарования. Но в Вама Марге всякая утрата иллюзий переживается как героическая радость просветления, и с каждым новым разочарованием на поясе посвящаемого появляется новый знак отличия, развязывается еще один узел на путах пашу.
Конечно, если вдруг кто рабски и некритично последует рекомендациям этой книги, не проанализировав внимательно себя, не взвесив свои собственные желания, ее можно легко применить не по назначению – для бегства от себя. Запутавшийся или неудовлетворенный человек может отчаяться когда-нибудь освободить себя от неудобства чрезмерного самопознания. Четкое осознание своей личности во всех ее измерениях, вожделенное для посвященных пути левой руки, – как раз то, чего люди чаще всего изо всех сил стремятся избежать. Подчинение власти какой-либо силы – любой внешней силы – в глазах этих несчастных представляется лучшим путем к отступлению.
Из многочисленных сил этого мира, которым можно подчинить себя, темное и нередко загадочное влияние собственной сексуальности может обладать наиболее роковой притягательностью. Тот, чей интерес к сексуальной магии мотивируется подобным желанием убежать от самого себя, скорее всего, обречен на еще одно разочарование и безысходность в будущем. На самом деле, сексуальная магия очень часто становится для мага правдивым и суровым зеркалом его личности, подталкивающим к совершению самых радикальных изменений в себе. Таково одно из великих ее преимуществ для посвященного и одна из великих опасностей для простых мужчин и женщин.
Магия теургического, тавматургического или колдовского типа может быть связанной (и обычно так и происходит) с ограниченной областью вашего существования и оказаться не более чем инструментом, позволяющим решить некоторые поставленные личные задачи. Инициация же, стоит однажды сделать первый шаг на этом пути, пронизывает собой все бытие адепта и становится определяющим всю дальнейшую жизнь выбором, не обязательно связанным с собственно практикой магии. В греческих мистических культах посвященного называли mystes – «тот, кто прошел инициацию». От этого слова произошло английское mystic <мистик>. Получается, в определенном смысле, что колдовство – это собственно магия, манипуляция майей, инициация же подразумевает мистическую подоплеку.

Работа
Большинство магических операций в данной книге мы будем называть «работой», позаимствовав определение из древнегреческого языка: ergon = работа. Импликации выражения «выполнять магическую работу, или ergon» наилучшим образом подходят для описания практик сексуальной магии. Ведь ergon напрямую связано с ta orgia, или «тайные ритуалы» дионисийских вакханалий, а значит, и с английскими словами «orgy» (оргия) и «organ» (орган), а эти два слова особенно значимы для сексуальных магов. Нет единого мнения по поводу слова «оргазм», которое, оказывается, не связано ни с ergon ни с orgia, а происходит от греческого orge = импульс и, возможно, от санскритского урджа = энергия.
Операции, которые подразумеваются выражением «магическая работа», выходят за рамки предписанных и часто повторяющихся действий, называемых магами ритуалами. Полезно отметить, что корень слова «ритуал» – рит – также встречается в греческом arithmos, т.е. «число», что раскрывает строгую, неизменную и связанную с числами природу большинства ритуалов. И действительно, многие далекие от магии люди нередко обозначают свои маниакальные, повторяющиеся жизненные привычки как «ритуальные» (например, ритуал посещать один и тот же ресторан каждую пятницу, всегда надевать любимое голубое платье на первое свидание или всегда покупать утреннюю газету в одном и том же киоске по дороге на работу). Посвященный темной волны активно стремится избегать подобных успокаивающих, отупляющих разум ритуалов и в повседневной жизни, и в занятиях магией. Всякая ритуальная деятельность, если она омертвляет или умиротворяет, опасна для осмысленной бдительности, каковую мы стараемся вызвать в себе.
Магия любой подлинной работы левой руки, особенно работы сексуальной, лучше всего осуществляется в спонтанном и органичном направлении, избегая традиционных средств, вроде записи ритуальных текстов и привычного, якобы обязательного антуража ритуалов вроде колокольчиков, свечечек, ряс, пентаграмм и тому подобного. В опере чистой магической работы маг старается свести использование внешних предметов к минимуму, полагаясь исключительно на абсолютную энергию разума и тела, дабы оказать на мир влияние своей магической волей. Слово «ритуал» обычно ассоциируется с отрепетированным, системным «разыгрыванием» религиозной или метафизической символики, мало отличающейся от эффектного, но пустого маскарада, который устраивают некоторые организованные религии в отведенных для поклонения местах. Хотя магия, несомненно, может переживаться как религиозный опыт в самом чистом смысле этого понятия, она никогда не должна сводится к той разновидности «уютного» религиозного опыта, который ограничивается набором рутинных обрядов. Наше в чем-то строго техническое употребление слова «работа» предполагает более свободные манипуляции с магической энергией. Предполагается, что эта энергия сопряжена с непосредственными сверхъестественными контактами, максимально свободными от привычек или отсылок к устоявшимся магическим положениям.
Даже в большей степени, чем привычной ортодоксии повторяющихся ритуалов, следует избегать церемоний, которые могут представлять собой просто-напросто воспроизведение предписанных законом обрядов, освященных традицией и проводимых в соответствии с жестким сводом правил. Формула и рецепт церемонии гибельны для живой энергетики мага пути левой руки, ни на секунду не позволяющего себе расслабиться в ходе экспериментального, вечно изменяющегося обновления магической стратегии. Большая часть ритуальной и церемониальной магии статична, в ее основе лежит опыт и уверенность, а не риск движения в неизвестном, неисследованном направлении. Если у посвященного пути левой руки вдруг возникнет желание посетить какое-либо церемониальное мероприятие, например, свадьбу, похороны и прочие ритуалы, церемонии и празднества, он и тогда не должен опускаться до банальной декламации текста, как это делает мирское сообщество. Подобные ритуалы всегда должны быть магическим действом по внутреннему содержанию и внешнему проявлению, вызывать движение и перемены и в самом человеке, и во внешнем мире.

Демонизм
Мы уже употребляли несколько раз слово «демонизм», которое тоже легко поддается ложной интерпретации, если подходить к нему поверхностно. Кто-то из читателей может вообразить, что мы имеем в виду мнимых злых духов или же адских существ, которых так часто любят поливать грязью христианские богословы и традиционные демонологи. Авторы исследования тщательно избегают взгляда на мир сквозь призму упрощенной дихотомии добра и зла, а также не верят в существование зла как силы, бытующей вне обусловленных культурой ценностных суждений, равно как и в существование ада, который населен злостными тварями с перепончатыми крыльями. Поэтому речь идет о Демонизме совершено иного плана. Тем не менее, мы обратимся к этимологии этого слова. В греческом языке мы найдем определение более насыщенное и оттого более ценное для мага по сравнению с ограничивающей христианской дефиницией.
Слово «Демон» <Daemon>, происходящее от греческого слова daimon, изначально не имело уничижительной оценки и не ассоциировалось со злом. Оно обозначало просто духа-хранителя или полубога, который был у каждого человека. Демон (от daiomati – «я раздаю»), как считалось, буквально определял судьбу. Еще о демоне говорили, что он «сведущ», и в этом отношении демон был тесно связан с римской концепцией гения, бога, покровительствовавшего человеку с рождения. Люди верили, что человека, наделенного талантом или отмеченного успехом, ведет Демон или Гений. Точно так же до сих пор выражением genius loci* (*Genius loci (лат.) – гений места.) описывают характерную атмосферу конкретного места. Пожалуй, самым ярким историческим примером этого феномена служит личность Сократа, заявлявшего, что он слышит голос демона, гения, который ведет его в этой жизни. Как утверждает Р. Б. Онианс в книге «Истоки европейской мысли», слово «гений» в греческом изначально было эквивалентно psyche. Psyche определяется как «жизненная сила, пробуждающаяся при рождении, отмежевавшаяся, отделившаяся от сознательного я, расположенная в центре груди». Важно добавить, что на самых высоких ступенях инициации пути левой руки гений человека считался его тонким элементом, могущим пережить гибель его (ее) физического организма.
Гений, о котором римляне говорили, что он обладает созидательной силой сексуальности, которая остается после физической смерти, во многом подобен древнеегипетскому ка (тень, одна из восьми энергий, образующих жизненную силу человека). В статье «Египетская антропология» маг Дон Уэбб называет тень (ка) существом «крайней важности», поскольку «...она источник умения двигаться и способности к продолжению рода. Тень можно похитить, когда человек спит, и тот, кого обокрали, умрет. Некоторые сильные маги умеют отделять от себя свою тень и отправлять ее, чтобы та нанесла кому-нибудь вред или за кем-то последила. Тень следует за покойником в дуат, обеспечивая ему (ей) способность двигаться и там».

Сексуальному магу стоит обратить внимание на такую фразу Уэбба: «тень хранит в себе сексуальность человека, и если чья-то сексуальность переживает смерть человека, это происходит через его тень».
То есть «Демоны плоти», давшие этой книге называние, – это уникальные и неповторимые спиритуальные силы (демон, гений, тень или душа), связанные со всяким магом левой руки. Это индивидуальные, обладающие разумом демонические сущности, лучший способ контакта с которыми – магические операции. Общение с этими демонами – существами, которых некоторые понимают как неведомые аспекты «высшего я», а некоторые – как в прямом смысле слова нечеловеческие сущности – позволяет магу более полно управлять своей, им же самим сотворенной судьбой. Внутренний гений или демон, обитающий в человеке, неразрывно связан с сопутствующей ему в этой жизни удачей.
В чуть ином смысле мы употребляем слово «Демонизм» как синоним спиритуальной и метафизической области человеческого сознания, области, где осуществляется основная масса наиболее «живучей» работы мага. Именно на Демоническом уровне бытия маг вступает в общение и взаимодействие с принципами вечности и космоса, выходя за пределы эфемерной и исключительно человеческой сферы магической деятельности. Одним из этих Демонических вечных принципов, особенно значимых для сексуального мага пути левой руки, является Женский Демонизм, живая квинтэссенция женского начала.
Оккультисты старой школы, пожалуй, приравняют Демоническую сферу сознания к «астральному плану» или области, где можно столкнуться с «хрониками Акаши». Если маг и в самом деле способен создать некую часть своей личности, которая будет обладать бессмертием, как об этом заявляют некоторые школы пути левой руки, то происходит это на Демоническом уровне. Если маг хочет испытать отчасти божественное состояние сознания во время своих занятий, ему (ей) надо прежде научиться Демоническому мировосприятию. Когда маг переносит свою волю во вселенную, дабы ею повлиять на нечто большее, нежели жизненный поток человека, он (она) совершает это, находясь на уровне Демонического. Следует подчеркнуть, что слово «Демон» само по себе морально нейтрально и изначально не обладало ни одной из импликаций зла, позднее связанных с этим понятием христианством. У греков благоволящий демон обозначался словом eudaemon, а вредоносный – cacodaemon.

Душа
Определение Демонизма приводит нас к связанной с ним, непростой для определения концепции души, иначе – psyche (по-гречески) или anima (по-латыни). Как пишет в своей классической работе «Magie Und Andere Geheimlehren In Der Antike» («Магия и прочие тайные учения античности») филолог Георг Лук, «в определенном смысле душа – это демон». Если мы употребляем слова «Демон» или душа/психе/анима для описания безымянной, по сути, вечно сущей метафизической субстанции, занимающей физическое тело – субстанции, являющейся ядром, определяющим вашу индивидуальность – формулировка Лука звучит более ясно.
Нельзя рассуждать об инициации пути левой руки, не попытавшись дать определения «души», этой неуловимой, однако важнейшей личностной эссенции, составляющей собственно сознание. Хотя сложно переоценить значение плоти в сексуальной магии, само по себе физическое тело есть не более чем инструмент манипуляций духа в его более тонких и менее осязаемых целях. Разумеется, можно здесь возразить, что душа вполне может оказаться не более чем сложным фантомом, продуктом деятельности мозга, и посему – просто одним из многих телесных проявлений. Хотя ни один маг не должен отмахиваться от этого весьма спорного вопроса, научный анализ его выходит за рамки нашего исследования. Вместо этого, нам стоит попытаться дать определение души, которое было бы актуально для работы посвященного и мага.
Немаловажное значение для посвященного мага, работающего с мужскими/женскими полярностями, присущими сексуальной магии, имеет то, что само слово происходит от имени эллинской богини души, Психеи. Данная связь нашего современного слова psyche <душа> с именем богини иллюстрирует древнее осмысление мистического начала, занимающего центральное место в пути левой руки, «пути женщины». Душа, понимаемая как пребывающая в человеке богиня, есть, прежде всего, женская субстанция, в буквальном смысле наполняющая его жизнью. Она соотносится с женской энергией шакти, играющей важнейшую роль в традиционном индийском пути левой руки. В гностической традиции концепция Софии, сосредоточения божественной мудрости, предположительно скрытой в каждом человеке, также мыслится как женская сущность. В контексте сегодняшнего Запада влиятельный психолог Карл Юнг предлагает нам современную модель этой концепции. Юнг вводит понятие анимы, что является производным от латинского anima («душа»), определяемого именно как женское психическое начало, присутствующее в каждом мужском сознании.
Самый известный миф о Психее (проливающий свет на предмет нашей книги) рассказывает о том, как Психея страстно полюбила не кого иного, как Эрота. Эта любовь духа и сексуальности показывает четкое эзотерическое понимание античным миром неразрывной связи, существующей между двумя уровнями бытия, которые всегда стремилось разделить западное христианство. Многие в западной магической традиции пытаются утвердить это разделение эротического и психического, однако они вновь и вновь соединяются в практиках мага пути левой руки.
Хотя процесс инициации пути левой руки воздействует и производит трансформацию на всех уровнях вашего психобиологического бытия – в том числе на уровне тела, которое так ненавидят в ориентированных на мужской принцип массовых религиях – самые долговременные проявления происходят именно в области более гибкой психики, которая является средоточием вашей личности. Каждая культура и метафизическое учение предлагает собственную систему магических манипуляций с душой, и мы советуем прагматично настроенному магу сравнить для себя как можно большее их число, прежде чем определиться с собственным подходом к развитию души.

Упражнение в этимологии
Надеемся, читая эту главу, вы узнали некоторые магические слова и выражения, которые, вероятно, успели усвоить за свою жизнь и которые нуждаются в этимологическом анализе. Хотя книга эта была написана с позиции сексуальных магов пути левой руки для тех, кому интересно научиться данному искусству, читателю не следует немедленно называть себя «сексуальным магом пути левой руки», ежели принципы и практики, описанные здесь, ничего не говорят вам на самом деле.
Что касается санскритской лексики в традиции пути левой руки – шакти, кундалини, мантра, майя, йони и так далее – маг должен усвоить, что слова эти суть не более чем удобный инструмент описания. Не надо забывать о стоящем за деревьями лесе, заплутав в понятийном аппарате настолько, что начинаешь упускать из виду куда более ценные реальности, символизируемые этими звуковыми сочетаниями. Такой шаг будет сползанием в чисто абстрактные умствования, отвержением материального мира, в котором коренится инициация пути левой руки.
Читая наш текст, кто-нибудь, возможно, вдруг обнаружит, что ему стало лень самостоятельно обдумывать некоторые области, когда он начал говорить о себе или своих магических практиках в терминах, которые в реальности не имеют отношения к его личным магическим целям. Например, многие маги любят называться ведьмами, язычниками, сатанистами, магами Хаоса, магиками, белыми магами, черными магами или иными популярными именами, позволяющими им немедленно идентифицировать себя на довольно зыбком основании. Взгляните на истинные значения и смыслы этих слов новыми глазами, с позиций науки дефиниции слов, а не хватайтесь за небрежные определения разнообразных магических субкультур, из которых они выскочили.
Возможно, окажется, что эти слова никаким боком вам не подходят, но, на самом деле, мешают важнейшей работе по самоанализу, лежащей в основе всех магических занятий. С другой стороны, вы можете обнаружить, что избранное вами словечко имеет более четкое употребление, чего вы раньше не знали. Пользуйтесь наименованиями с присущим магу осознанным чувством соответствия, ибо вы магическим образом формируете себя тем, как вы себя называете. Старайтесь изгнать из своего словаря как можно больше туманного, магического и оккультного жаргона, оставаясь всегда нацеленным на более высокий уровень точности и четкости.
Именно так истинные маги пути левой руки начинают менять мир.


Иллюстрация:
Темный маг «Иисус» и священная блудница «Мария Магдалина». Фрагмент картины Фелисьена Ропса Голгофа.

V.
ПО ЛЕВУЮ РУКУ ХРИСТА
Священная блудница и гностический маг



- Пусть левая рука твоя не знает, что делает правая.
– Евангелие от Матфея 6:3

- Не отдает ли педантизмом и ханжеством склонность призывать все силы, за исключением Христа? Это делает Его своего рода «дьяволом», а потому он должен привлекать к себе всех достойных людей.
– Алистер Кроули о сексуально-магическом обращении к Христу.

Крест, который несет Запад
Всякому, рискнувшему пойти ускользающей тропой пути левой руки на Западе, не миновать гигантской преграды на этой дороге.
Преграда эта – непреходящее удушающее влияние организованного западного христианства на сексуальность. Чтобы понять специфический контекст, в котором вынужден действовать западный сексуальный маг темной волны, нам необходимо сначала разобраться с изуродованными психосексуальными условиями, порожденными многими веками господства искаженного на Западе христианства. Несомненно, индуистское и буддийское пуританство со своими ограничениями представляют специфические для этих культур проблемы, которые должен решать восточный адепт пути левой руки. Но они просто не идут ни в какое сравнение с неприкрытой свирепой ненавистью к телу, составляющей экзотерическое мировоззрение западного христианства. Любая попытка принести путь левой руки на Запад должна учитывать пагубное влияние, которое повсеместный культ распятия – даже в его ущербной нынешней вариации – оказал на самые глубокие уровни восприятия эротического.
Некоторым читателям, вероятно, покажется неправильным и парадоксальным начинать поиски пути левой руки на Западе с рассмотрения негативных последствий институционального христианства – религии, зародившейся на Востоке. В конце-то концов, за тысячи лет до эпидемического распространения христианства, магическое и эротическое были полноправными и неотъемлемыми аспектами высокоразвитых западных культур. Никто не мешает вам наивно оглядываться назад, взирая на дух эротической свободы и радости, наполнявший историю дохристианского Запада. Однако, богатая сексуально-магическая традиция, взращенная колыбелью Западной цивилизации, древними Грецией и Римом – сюда же относится менее известная эротическая магия, практиковавшая в «варварских» скандинавских и кельтских странах – была почти полностью разрушена наступлением армий Креста. Уничтожение христианством древних сексуально-магических традиций Европы привело к тому, что у западных магов нет возможности научиться в своей культуре живым практикам эротической инициации. Хотя некоторые неоязычники предпринимали достойные уважения попытки возродить былую мощь этих поруганных обычаев, даже их наилучшие достижения лишены исторической преемственности. Западные сексуальные маги сделали все, что в их силах, дабы преодолеть удивительный удар христианства по сексуальной магии, собирая обломки на развалинах. Несмотря на их старания, многие такие попытки восстановить дохристианский взгляд на сексуальную магию часто вязнут в болоте идеализма, романтизма и капризной склонности принимать желаемое за действительное – а это не самые лучшие инструменты для выковывания жизнеспособной системы сексуальной инициации.
Как мы уже показывали, сексуально-магические практики, более или менее аналогичные пути левой руки, время от времени возникают на Западе и, по видимости, независимо от тантрической традиции. Это не должно удивлять, если инициация пути левой руки на самом деле является универсальным нейрофизиологическим феноменом, порождаемым, прежде всего, человеческим организмом, а не спецификой культурных особенностей. Однако, пробуя набросать в общих чертах историю пути левой руки на Западе, мы обнаруживаем два различных потока темной волны. Более древний из них представляет собой изначально западную традицию сексуальной магии, не столь уж редко совпадающую с тем, что мы обозначили как базовые основы восточной Вама Марги. Относительно молодое направление, которому нет и 150 лет, составляют сравнительно недавние попытки в прямом смысле слова импортировать тантрические учения пути левой руки из Индии и Тибета в Европу и Новый Свет. Многие из этих ручейков, несущих путь левой руки в направлении Запада, оказываются немалой проблемой для прагматично настроенных сексуальных магов темной волны.
Что касается сравнимых с путем левой руки сексуально-магических практик из Западной античности, то очень многие уникальные учения были забыты либо подверглись переосмыслению пришедшим позднее христианством, поэтому почти невозможно изучить эти оригинальные традиции в чистом виде. Что касается сравнительно недавнего знакомства Европы и Америки с аутентичной инициацией Вама Марги, то произойти ему до конца помешала проблема усвоения радикальной сексуально-позитивной доктрины, какой является темная волна, в связи с отрицающими тело догмами христианства, искаженными западным сознанием. Случайного наблюдателя может смутить последнее утверждение. Конечно, подумает он, для насыщенного порнографией современного мира индустриализированного Запада, где открыто приветствуются практически все формы сексуальных проявлений, что может быть удивительного в пути левой руки?
Да, это верно, что многих жителей нынешнего Запада интригует идея тантрических сексуальных практик. Однако пока западный адепт не пройдет полного перепрограммирования от господствующего западно-христианского отношения к сексуальности, его прогресс на пути левой руки едва ли возможен. Можно вести жизнь абсолютной сексуальной вседозволенности, и все же ощущать на себе трансформирующее Эрос влияние христианской культуры. И судя по нашему опыту, библейское понимание секса как греха способно определить соответствующее восприятие тела человеком Запада в случае, если этот индивид в руки не брал Библии и не следовал христианской морали сознательно.
Пытаясь одолеть эту психическую цепную реакцию, многие люди Запада занимались сексуальной магией, чтобы просто обозначить свой демонстративный разрыв с пропитавшей их сдержанностью христианства в отношении секса. Если секс «греховен», они скрупулезно воспроизведут каждый описанный данной книгой грех. Такая позиция противодействия может быть лишь самым первым, подготовительным этапом к инициации пути левой руки. Печально, но многие западные сексуальные маги увязают в этой колее, растрачивая так много полезной энергии на борьбу с греховным внутренним бесом, что им не суждено подняться на высшие ступени инициации.
Можно утверждать, что даже сам Алистер Кроули – наиболее влиятельный на Западе сексуальный маг прошлого века – потративший десятки лет, активно сражаясь с подавлением сексуального, навязанного ему его воспитанием в радикальной псевдо-христианской секте, так и не сумел перепрограммировать себя. Складывается впечатление, что даже после шестидесяти лет он так и остался «гадким мальчишкой», изо всех сил старавшимся поступать назло своим давно почившим родителям-пуританам. На Востоке адепт Вама Марги преодолевает сексуальные табу индуизма на самой ранней ступени инициации только для того, чтобы затем приобщиться к миру божеств, удаленному от любых культурных пределов. Эти трансгрессии – не самоцель, они лишь веха в самом начале дороги к созиданию себя как свободной личности. Точно так же маг темной волны, порывающий с иудейско-христианскими установками, должен остерегаться и не попадать в ловушку лимитированной роли реакционера. В условиях Запада, старинный принцип Випарита-Карами, в определенной степени находит свое выражение в распространенной практике переворачивания, которой отмечена историческая традиция сатанизма на примере ритуалов вроде черной мессы. Однако стоит переворачиванию стать в результате повторений институтом, оно превращается в мертвую ортодоксию и утрачивает если не всю, то большую часть своей трансформирующей энергии. Служение черной мессы по пятницам в полночь так же бесполезно для процессов радикальной самотрансформации пути левой руки, как посещение церкви утром по субботам.

Иллюстрация:
Сексуальный мистицизм Святой Терезы Авильской. Рисунок Фелисьена Ропса

Например, если подросток, живущий в маленьком религиозном городке и недовольный христианским морализированием, впервые надевает перевернутый крест, он предпринимает протест против диктата местного социально-религиозной этики, делает здоровую попытку найти свою индивидуальность. В редких случаях сознательное отстранение от семейных и религиозных запретов способно произвести достаточное потрясение, которое будет способствовать настоящей инициации. Но всякое потрясение со временем изживает себя. Если наш теоретический сатанист-мятежник своим маленьким вызовом обществу завоюет одобрение своих друзей, эмблема «зла» станет символом статуса, сведя на нет цель обратного действия. Едва перевернутый крестик превратится в постоянный атрибут личного имиджа, он станет просто еще одной общественной условностью, которую должно преодолеть.
Фатальный разрыв между сексом и духом, Эросом и Психеей, настолько отравил западную культуру, что даже маги-нехристиане бессознательно восприняли свойственное организованной религии неприятие тела и сексуальности. Это показывает на удивление распространенная нелюбовь к сексуальной магии во всех ее видах многих западных магов, которых явно смущает сама эта идея. Для них любая форма эротической инициации есть уход от «высших» сил разума в «низший» сексуальный центр. В лучшем случае они способны презирать путь левой руки как глупость, отвлекающую от чисто умозрительных экзерсисов, каковые они уважают куда больше. В худшем – они усматривают в сексуально-магических операциях гибельный тупик.
Несмотря на универсальность пути левой руки, как бы он ни назывался, стремящийся пройти его сексуальный маг обнаружит, что один из плюсов, открываемых уже при первом изучении оригинальной восточной модели Вама Марги, заключается в ее уникальной терпимости по отношению к, казалось бы, еретическим или маргинальным концепциям. Это позволило индийскому пути левой руки развиваться так, как он развивался, в атмосфере относительной свободы.
Этого нельзя утверждать, говоря о менее терпимых культурных контекстах, где преследовались и даже уничтожались те, кого заподозрили в экспериментах с эротической самоинициацией. В странах, где господствуют иудаизм, христианство, ислам или другие вероисповедания, отрицающие Эрос и проповедующие самоотречение, до недавних пор сексуальная магия практиковалась, окутанная ядовитым облаком греха и позора, инспирированных религией. Сексуально одержимая истерия сжигания ведьм, подобно заразной эпидемии многие века сотрясавшая Европу, является лишь одним из многочисленных драматичных эпизодов в стремлении Запада изгнать демонов плоти. Немногочисленные записи о сексуально-магических экспериментах на Западе, появившиеся раньше двадцатого века, отражают сексуально-амбивалентную культурную атмосферу, в которой они писались.
Как мы увидим, это придало западной эротической метафизике приглушенный, преходящий характер, совершенно чуждый Востоку, где путь левой руки занимает место вполне легитимного – хотя и протестного – метода духовного развития. Достаточно взглянуть на пример Алистера Кроули, чтобы осознать трудности эротической инициации в сексуально-негативном религиозном и социальном климате. Несомненно, борьба Кроули, подчас меланхолическая, с его сексуальными демонами разбила ряд барьеров, избавив современных сексуальных магов от множества препятствий. И все же, насколько, в конечном счете, безрадостной и реакционной видится его «сексуальная магика» в сравнении с освободительными целями восточного пути левой руки. Да, относительное освобождение эротического потенциала человека, достигнутое так называемой сексуальной революцией, создает для сегодняшних магов куда более благоприятный климат для инициации пути левой руки, чем тот, в котором был вынужден существовать Кроули. Но до сих пор остаточное чувство греха и вины висит мертвым грузом на многих магах Запада, идущих к пробуждению через Эрос. Это подобно отрезвлению от склонности жестко демонизировать плотские радости, что столь характерно для христианской эры.
Пока западный мир, мучаясь сомнениями, пробуждается от долгого кошмара экзотерического иудео-христианства с его удушающим влиянием на Эрос, маги могут найти модель эротической инициации в тантрической Вама Марге. В этой здоровой системе нет асексуальной истерии и морализирующего подтекста борьбы добра и зла, назойливо звучащего в сексуально-магических построениях Европы. Даже за пределами Тантры индийское осмысление божественности – так было и в западной дохристианской античности – предусматривает поклонение пантеону богов и богинь, действующих по воле своих похотливых желаний. Такое утонченно-эротическое понимание природы божества приводит в практиках пути левой руки к идее о том, что самостоятельное приобщение человека к божественным уровням сознания идет не только из той зоны, что выше шеи. Фаллос и вульва становятся важными – и по-настоящему значительными – аспектами полной инициации. Религиозные персонажи, которым дарована честь вести активную половую жизнь на христианском Западе – это исключительно только дьявол и его демоническое окружение. Оттого на раннем этапе своего проникновения на Запад путь левой руки, так уж сложилось, в значительной степени застрял в плену довольно узкой колеи сатанинской мысли, за исключением более глубоких моделей инициации.
Хотя у индийского пути левой руки есть свои собственные пределы – его подчас парадоксально ограниченный взгляд на инициацию женщины составляет самый вопиющий тому пример – Вама Марга дает своим адептам гораздо большее пространство для развития. В отличие от западных сексуально-магических практик, возвращающимся к античным методикам, тантрический путь левой руки до сих пор можно изучать как достаточно органичную, динамическую, цельную систему, действующую сегодня, а не предаваться ностальгическим реконструкциям давно минувшего прошлого. Настоящие учителя индийского пути левой руки продолжают хранить и передавать методики темной волны так, как это веками делали их предшественники, по неразрывной цепи традиции. Их уроки можно приспособить к нуждам современных западных сексуальных магов, раскрывая древнее наследие в новых, неожиданных направлениях, сохраняя свежую энергию, которую способна порождать лишь по-настоящему живая традиция.
Завершая наше обобщение и обозначая западную форму пути левой руки, начинаешь понимать, что по-настоящему «западного» здесь немного. Самые важные качества сексуальной магии, сложившиеся на Западе – в случае, если они не были заимствованы из индийской Тантры – на самом деле происходят из разнообразных ближневосточных источников. Исключением является европейская традиция черной магии, в той или иной степени представляющая собой пережитки дохристианской темной волны. Только по видимости западные сексуально-магические направления, вроде гностического распутства, ереси тамплиеров с их богом/богиней Бафометом, культом Бабалон, поисками святого Грааля и герметической алхимией, родились вовсе не в Европе.

Иллюстрация
Картина Клови Труи «Инквизиция ищет дьявольскую отметину» раскрывает скрытые эротические течения в католическом христианстве.

Из-за его повсеместности и адаптации в разные формы, легко забывается, что христианство, духовная доминанта традиции Запада – тоже восточный культ, совершенно чуждый исконно европейскому духовному импульсу. Но на самом ли деле тормозящее сексуальность экзотерическое христианство, которое так охватило западную душу, точно выражает первоначальное учение Христа? Многовековая борьба церкви с демонами плоти может заставить кого-то подумать, что нет ничего более далекого от христианства, чем сексуальная магия пути левой руки. Тем не менее, неоднократно отмечалось, что организованное христианство, со всеми его заявлениями об умерщвлении плоти, скрывает в себе глубокое – хотя жестко подавляемое – подводное течение эротического мистицизма. Вспомните оргазменно-экстатические видения Терезы Авильской, в которых она переживала проникновение в нее Иисуса «словно копье в сердце». Распространенный на католическом Западе образ Христа как жениха, а верующей как страстной невесты, несет в себе безошибочно узнаваемые сексуально-магические коннотации. На пике упоенного, санкционированного церковью, самобичевания, святой Августин был вынужден предупредить верующих, чтобы они не секли себя излишне увлеченно, иначе к их боли примешаются экстатические тона.
Христианские течения, существующие сегодня на Западе, надо подчеркнуть, представляют собой лишь победившие разновидности неоднородной религии, некогда находившей выражение в головокружительном количестве разнообразных направлений. Эти другие «христианства», многие из которых включали в свой культ Эроса и магию, были почти на корню истреблены, объявленные «ересью» более сильными католиками и Восточной Православной Церковью. После их жестокой чистки нам остались лишь упрямо неэротичные ветви действующего и в наши дни культа да догматы, подчищенные асексуальными психозами неистово аскетических отцов католической церкви вроде святого Павла и святого Иеронима (как, впрочем, и все остальное, что подразумевалось в Евангелиях). Сопутствовало этой относительно поздно сложившейся ненависти к чувственности фанатичное женоненавистничество, презрение к женщине как к виновнице первородного греха, дьявольской искусительнице, ставшей причиной изгнания мужчины из райского сада. Это чувство выражено в сердитом замечании Тертуллиана о том, что женщина – это «храм, построенный на нечистотах».
Но любая религия, столь старательно очерняющая Эрос и Женский Демонизм, не может избежать непредумышленной обратной реакции в рядах своих последователей. Постоянные христианские проповеди против плотского греха делают запретный плот чувственного удовольствия лишь слаще. Однако намеки на сакральную сексуальность, выскакивающие в христианстве на манер досадной эрекции епископа во время служения торжественной мессы, могут на самом деле уходить корнями в давно утраченную тайную эротико-магическую традицию, существовавшую в рамках собственно этой религии.
Эта традиция, которую называют то вольнодумным гностицизмом, то гедонистическим гностицизмом, а то и спермо-гностицизмом, несомненно, оказала самое существенное влияние на развитие темной волны в западной сексуальной магии. Значение задавленного раннехристианского сексуально-магического учения может удивить читателей, склонных полагать, что пример западного пути левой руки – мешанина из недопонятых идей, имя которой «сатанизм». Центральное место в забытой практике плотской инициации, затерявшейся в веками поощряемом Церковью уничтожении Эроса, занимают древние магические архетипы Волхва и Блудницы.

Христос и Мария Магдалина
- Дух Святый найдет на Тебя. – Лк. 1:35
Прежде чем мы начнем расстегивать пояс девственности, которым опутана западная психика, давайте сделаем невероятное допущение, что Иисус Христос, господствующий на Западе архетип строгой морали и благодетельного целомудрия, на самом деле представлял собой тот самый образец сексуального мага пути левой руки. Мы начинали свое путешествие по восточному пути левой руки с притчи о Совокупляющемся Будде. Невозможно составить представление о западном пути левой руки, не обратившись к подобному образу на Западе.
Главным в пути левой руки является понимание того, что адепт достигает высшего уровня инициации через энергию своей партнерши, своей дути или, иными словами, посредницы между материальным телом и божественной силой Женского Демонизма в его многочисленных формах. Мы уже отметили, что общая черта мифов о волхве, встречающихся почти во всех культурах, это его связь как раз с такой инициатрикс. Оставив рассмотрение сложного вопроса, был ли маг «Иисус Христос» (это не личное имя, а греческое наименование «Спаситель-помазанник») реальным историческим персонажем, мы можем легко установить, что за женщина в его мифе была эзотерическим источником его силы.
В соответствии с христианской традицией, Мария Магдалина – образ падшей женщины, грешницы. Она – архетип блудницы, за многие века своего существования религиозным искусством было создано множество ее изображений, китч Голливуда выдал несколько библейских эпопей и как минимум один мюзикл – и везде ее рисуют красавицей-проституткой, оставившей свою бесчестную жизнь, чтобы последовать строгому учению своего Господа. В этом популярном образе многострадальная добродетель, которую, подобно всем первым христианам, она проявляет, противопоставляется ее предыдущему существованию самой распутной в мире женщины. Надо уяснить себе, что тягу Магдалины к разврату породила не столько материальная нужда, сколько безудержная похоть. В этом смысле она иллюстрирует распространенное у христиан убеждение, что всеми женщинами движет всепоглощающая нимфомания, дьявольское искушение, последовательно отвращающее мужчину от чистоты. Уильям Кэкстон в книге «Золотая легенда, или Жизнеописания Святых» предлагает достаточно типичный образ Марии Магдалины. Он сообщает нам, что «она блистала великой красотой, и в изобилии она все больше и больше отдавала свое тело наслаждениям, и оттого утратила она свое истинное имя, и стали ее звать грешницей»
Однако, с точки зрения пути левой руки, типаж Магдалины можно понимать как воплощение огромной энергии аватары или шакти, образ священной куртизанки, эротическая сила которой так ценится адептами Вама Марги.
Что характерно, сама Библия содержит лишь несколько скудных подробностей о Марии. Эти туманные намеки были развиты католическими богословами в полноценный рассказ, равно как другие известные библейские персонажи, в том числе Сатана, лишь в более поздней католической традиции «обзавелись» историями о себе, намного более детальными, нежели то, что собственно присутствует в священных текстах. Но и окружающие Марию Магдалину легенды, созданные церковью, достаточно интересны, ибо не просто так этот загадочный женский персонаж получает столь важную роль в драме Иисусовой инициации.
Принято считать, что она – именно та безымянная женщина, которая умастила ноги Христа миром (Лк. 7:36-50), и таким образом Мария Магдалина стала помазанницей Иисуса, [той, которая], «начала обливать ноги Его слезами и отирать волосами головы своей, и целовала ноги Его и мазала миром» (Лк. 7:38). Через это ритуальное помазание божественный статус мага актуализируется Женским Демонизмом, принявшим облик бесчестной проститутки, живого символа неограниченной сексуальной энергии. В рамках эллинистической магической традиции, существовавшей при жизни Христа, издревле бытовала практика, когда маг сам умащивает себя маслом в знак трансформации своего от человеческого сознания к сознанию божественному. «Женщину, взятую в прелюбодеянии», которую Иисус спасает от решившей побить ее камнями толпы, совершая еретическое нарушение племенного обычая, как правило, тоже идентифицируется с Марией Магдалиной (Ин. 8:1-11). Также в Библии говорится о «Марии, прозванной Магдалиной, из которой вышли семь бесов» (Лк. 8:2).
Подобно эпизоду, где помазание Марией Иисуса показывает, что она первая назвала его истинным «сыном бога» (на это претендовали многие волхвы той эпохи), она также занимает центральное место во всех значимых этапах «магического» восхождения Христа от человеческого к божественному. Ее участие во всех поворотных момента мифа об Иисусе свидетельствует в пользу теории, что она была его тайной инициатрикс, носительницей женской энергии, даровавшей ему его магические способности. Мария Магдалина стоит у подножия креста, когда он переживает инициатическую смерть; именно она идет к его гробу выполнить ритуал помазания тела, и именно она, первая из учеников, обнаруживает, что его труп исчез. И, наконец, из всех учеников, Иисус выбирает ее, чтобы первой открыть ей свое воскрешение. Если читать это повествование как обрывочные остатки тщательно проработанного «инициатического мифа», зашифрованного магической символикой – пренебрегая тем, что это историческая хроника истинных событий – становится ясной ведущая роль Марии Магдалины.
Если временно загладить прочно устоявшийся, смягченный образ Христа как прославленного примера святости, возникает более реалистичный портрет Иисуса – еретика пути левой руки. И под этим углом зрения Христос недвусмысленно предстает олицетворением всех до единого фундаментальных принципов пути левой руки, перечисленных в первой главе нашей книги.
Даже сама Библия, изрядно отредактированная с целью дать респектабельный образ Христа, не может до конца скрыть темную сторону его образа. Она повествует о маге, разгневавшем племенных старейшин своим неприкрытым нарушением законов общины, и объявившем себя богом. Он учит своих последователей, что «Царство Небесное внутри вас» и общается с изгоями, отверженными общиной. Он утверждает, что он бог, и говорит ученикам, что они тоже могут стать богами – чем очень напоминает тантрического бодхисатву.
Хотя сейчас принято особо подчеркивать призыв Христа к любви, несмотря на это, он ведет себя вызывающе и антагонистично, провоцируя вокруг себя беспорядки, как и подобает истинному адепту пути левой руки. Суровым голосом воина пути левой руки, силой созидательного конфликта звучит его предупреждение: «Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч; Ибо Я пришел разделить человека с отцом его» (Мф. 10:34-35). В условиях строго-патриархального общества того времени такой нонконформизм сравним с нарушением адептом пути левой руки в Индии законов касты и индуистских табу.
Джон Уайтсайд Парсонс, сексуальный маг двадцатого века, который относится к числу немногочисленных пионеров подлинного пути левой руки на Западе, признавал в Иисусе «опасный» родственный дух. В своем эссе 1950 года «Свобода – это обоюдоострый меч» Парсонс пишет о Христе: «Он отрицал церковь, проповедуя личное и внутренне небесное царство. Он отрицал власть государства и семьи, проповедуя высшую верность индивидуальному сознанию. Если бы Его философия победила, она бы уничтожила иудаизм и римское государство. Чтобы справится с Ним было необходимо прежде убить Его… и затем превратить Его учение в очередной «делай-как-сказано» сладенький сироп».
Иисуса ассоциируют в Евангелиях с несколькими божествами, считавшимися «злыми» в иудаизме, которому он противостоял, что способствовало его отторжению от клана, в классических традициях пути левой руки. И действительно, религиозные власти старательно обвиняют Его в том, что свои чудотворения Он совершает с дьявольской помощью Вельзевула, являющегося демонической формой ханаанского повелителя бурь Ваала, которого часто сравнивают с египетским Сетом. Христос начинает финальный этап своего инициатического пути, въезжая в Иерусалим на осле, славящемся своим упрямством, которого принято считать символом обращенного в животное злого бога Сета-Тифона. К Сету-Тифону, более позднему, предложенному эллинистической школой аналогу египетского Сета, часто обращались в своих ритуалах волхвы того времени. Многие из дошедших до нас магических папирусов показывают, что Сет-Тифон приравнивался к семитскому богу бурь Иао или Яхве, Которого Христос называл своим Отцом. В полном соответствии с магическими практиками своего времени Иисус произносит загадочные «мантры», чтобы сотворить чудо. И поддерживает особые – хотя и малопонятные – отношения с женщиной, которую все презирают как «грешницу».
В поддержку значения проституции Марии Магдалины в мифе о Христе, некоторые свидетельства той эпохи об Иисусе, далекие от представления, что Он – продукт безупречной концепции о непорочном зачатии, нередко описывали его как якобы внебрачного сына блудницы, забеременевшей от солдата римской армии, занявшей Иудею. Конечно, эта история происхождения Христа – апокрифический миф, исключенный строгими редакторами той авторитетной Библии, которую мы знаем сегодня. Чувствуется бесспорный мифический резонанс в гипотезе о рождении могучего волхва от связи воина (крайнего проявления мужского начала) и блудницы (крайнего проявления женского начала). Это извечный союз противоположных друг другу Марса и Венеры, какими бы именами их не называли. На более прозаичном уровне, блудницы и солдаты в завоеванных странах с незапамятных времен вступали в связи, поэтому не лишено вероятности предположение о том, что легенда о родителях Христа – не более чем тривиальный биографический факт. В любом случае, символ святой блудницы играл важную роль в магической культуре Ближнего Востока задолго до пришествия Христа и, как мы увидим, во многом объясняет, почему иметь развратницу матерью или подругой считалось большим «плюсом» для любого потенциального мага эпохи.
Что касается ставшего впоследствии авторитетным мифа о Деве Марии, то нельзя забывать, что в античности «дева», «девственница» не обязательно означало, в отличие от современных принципов, женщину, ни разу не имевшую половой связи. «Девой» называли просто незамужнюю женщину. Это определение – причина кажущейся нестыковки между противоречивыми апокрифическими легендами о блуднице-матери и более распространенным, однако появившемся позже, образом Марии. Пример богини, называемой девственницей, и одновременно ведущей бурную сексуальную жизнь – Иштар, которую изображали одновременно невинной девушкой и Вавилонской Блудницей, покровительницей проституток.
В конце концов, отвергнутый обычаями и нормами своей культуры, маг Иисус был осужден на казнь как обычный преступник, хотя он и достиг уровня инициации, позволявшего неуязвимой душе пережить физическую смерть. Вряд ли распятие/смерть волхва и его чудесное воскрешение стоит интерпретировать как имевшие место исторические факты. Скорее всего, это повествование – символическая метафора добровольной инициатической «гибели» мага и трансформации из одного состояния в другое. В одной интересной художественной традиции Христа изображают смеющимся во время казни на кресте, которая представляет собой порог между смертной жизнью и божественностью. Подобно многим трансгрессивным магическим божествам древности, Иисуса во время его финальной агонии иногда рисовали с эрекцией, знаком магического потенциала.
Современные Иисусу свидетельства описывают одного из многих колдунов и магов, живших в ту эпоху. Было принято считать, что своему магическому искусству он научился в Египте, где, по легенде, он властвовал над «именами ангела силы», которые Биде и Кумон в своей книге «Les mages hellénisés» (Эллинские Волхвы) также называют «демонами высшего порядка». Путешествие Христа в Египет, страну магии, считалось у его врагов (раввинов и римлян) доказательством темного, оккультного источника его возможностей. Мортон Смит в работе «Иисус Маг» пишет, что противники Христа утверждали, что магические символы были вытатуированы на его теле в Египте. Это представляет собой типичное для пути левой руки нарушение табу, поскольку иудаизм запрещает наносить рисунки на тело.
Понятное дело, Иисус не совершает свои чудеса, заставляя подвластные ему внешние силы выполнять его приказы, или выполняя затейливые ритуалы. Он сумел полностью активизировать темную волну внутри себя, таким образом, сам став демоном. Такая внутренняя сила, называемая в греческой магической традиции dynamis, похожа на автономный энергетический поток кундалини-шакти, который маг левой руки (вне зависимости от пола) пробуждает в своем теле на высшей ступени инициации в дивья. Религиозный институт, позднее сложившийся вокруг фигуры сего таинственного мага, подчас настолько чужд магии какого-либо вида, что в этом видится один из самых абсурдных иронических фактов истории.
Конечно, невзирая на интригующие темные аспекты, видимые в библейском Христе, нельзя сказать, что Священное Писание раскрывает в нем наиболее характерный определяющий признак инициации пути левой руки – использование сексуальной магии. На этот счет гораздо более информативны иные источники. Римские и иудейские противники ранней христианской секты, к примеру, постоянно клеймят учеников Иисуса как последователей некоего любовного культа, где апофеозом многих ритуальных празднеств становился разнузданный секс. Христианское учение о безусловной агапе («любовь» по-гречески), как часто предполагают, включало в себя мистическое преобразование секса, несколько схожее с тем, что практиковалось в тантрических групповых ритуалах. Традиция празднования агапе, изначально бывшая центральным элементом христианского культа, в конце концов, была запрещена самой Церковью в седьмом веке, когда оргиастические ритуалы, отправляемые в местах культа, стали отличительной чертой всего христианского мира. К тому времени все следы сексуально-магического компонента христианства были безжалостно удалены.
Первоначальным талисманом раннего христианства служила Ихтис* (*Ίχθύς (греч.) – «рыба»; древняя монограмма имени Иисуса Христа, состоящая из начальных букв слов: Ίησοΰς Χριστός Θεοΰ Υίός Σωτήρ – Иисус Христос Сын Божий Спаситель.), стилизованная рыба, символ эрегированного пениса, весьма распространенный в ближневосточных и средиземноморских культурах. Верующие, считающие Евангелие повествованием об исторических событиях, склонны думать, что сегодняшний символ христианства, т. е. крест – это просто обозначение распятия. Однако пресекающиеся линии креста также образуют древний символ соития мужчины и женщины, физические врата творения.
Неожиданно агапе, подавленный дух изначального христианства, пережило свое второе, незаконное рождение в 1960-е годы в виде протестной молодежной субкультуры, получившей название «Фрики Иисуса». Некоторые фрики Иисуса пытались шокировать своих консервативных родителей, подражая ключевой религиозной иконе отрицаемого ими истеблишмента – Иисусу – как образцу антиобщественного протеста. Для этого они уходили жить в общины, проповедовали свободную любовь, беспорядочную сексуальность и непослушание старшим, что отличало менее приемлемую сторону мифа о Христе. В каком-то смысле можно утверждать, что это было очень наивное воплощение христианского пути левой руки на практике.
В то же самое время несколько дальше шагнул Чарльз Мэнсон, на пике своей славы известный как «Чародей» (The Wizard). Не углубляясь в историю сенсационных преступлений, в которых он был обвинен, скажем, что прецедент Мэнсона иллюстрирует, как тайные аспекты пути левой руки в архетипе Христа могут захватить тех, кто целиком и полностью отождествляет себя с Ним. Освободившись после длительного тюремного заключения, Мэнсон объявил свое возвращение перед небольшим контингентом недовольной молодежи маргиналов Вторым пришествием Иисуса (и Дьявола), организовывал непозволительные оргии, целью которых было разрушить у своих приверженцев из среднего класса зависимость от собственнических норм и ревности, любил повторять мистические революционные слова Христа о том, что «Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч».
Тот факт, что Мэнсон и сам – в согласии с одной, по крайней мере, из версий легенды о Христе – был внебрачным сыном женщины с репутацией падшей, разумеется, не прошел мимо его внимания. Двойственно-трансцендентное заявление Мэнсона о том, что Христос и Сатана суть одно, представляет собой типичное для пути левой руки соединение противоположностей и неосознанно отражает некоторые гностические учения; то же самое относится к его замечанию насчет того, что внутри него присутствует женщина. Однако, самообожествление Мэнсона после его объявления себя новым Христом (которое зашло так далеко, что он даже воспроизвел помазание Марией Магдалиной ног Господа, назначив на эту роль свою ученицу Сьюзен Аткинс) нельзя считать феноменом пути левой руки. Многочисленные свидетельства присущего Мэнсону женоненавистничества показывают, что в его «пастырстве» отсутствовал культ Женского Демонизма, на котором основана темная волна.

София и Змея
Можно утверждать, что обвинениям в адрес ранних христиан, касающимся их сексуальных практик, можно не верить и считать их не более чем обычными поношениями, от которых страдают все непопулярные религиозные меньшинства. Однако, сделанные в прошлом веке археологические находки, по всей видимости, подтверждают, что оригинальное учение Христа вполне могло основываться на каком-то секретном сексуальном посвящении. И подобно тому, как Мария Магдалина служит тайным ангелом-хранителем Христа в канонической версии католического мифа, она – первостепенный персонаж в более полной картине раннехристианской сексуальной магии, которую мы открываем сегодня.
Путеводные нити, вроде истинного предназначения Марии Магдалины – и издавна скрытые эзотерические корни христианства – появились уже в 1896 году, когда один немецкий египтолог обнаружил неизвестный до этого раннехристианский документ, озаглавленный «Евангелие от Марии». Этот евангелический текст, который припишут той самой прославленной падшей женщине, стал потрясающим свидетельством того, что отцы Церкви сознательно смазали наличие Женского Демонизма на заре христианства. В 1945 году картина прояснилась еще больше, когда жители египетского города Наг-Хаммади наткнулись на спрятанный в заброшенной пещере клад, в котором обнаружили древние апокрифические тексты. В Гностических Евангелиях и Библиотеке Наг-Хаммади присутствуют дублирующие друг друга главы Священного писания, так и не вошедшие в каноническую Библию.
Нет ничего удивительного в том, что они дают неожиданную картину раннего христианства, совершенно не похожую на доселе господствовавшее представление о женоненавистнических, асексуальных, характеризующихся мужским доминированием, общинах верующих. Эти тексты подтвердили свидетельство «Евангелия от Марии» о том, что первые последователи Христа были на самом деле адептами мистического культа гностиков. Одним из самых шокирующих заявлений гностических Евангелий стала концепция роли Марии Магдалины как одного из главных и самостоятельных учителей в этом инициатическом кругу. Эта ее функция сообщает детали, отсутствующие в более позднем изображении Марии как загадочно вездесущей – хотя не особо мудрой – пассивной свидетельнице чудесных деяний ее Господа.
Гностические Евангелия ни разу не называют Марию Магдалину проституткой. Вполне очевидно, что это было добавлено в миф о ней позднее, возможно – с целью снизить ее первоначальную роль. А еще вероятно то, что ее более поздний образ архетипа блудницы является искаженным отголоском мощной эротической составляющей ее личности, в рассмотрение которой мы углубимся дальше. Мифическая фигура, настолько сильная, насколько была сильной в течение своей долгой жизни Мария Магдалина, неизбежно должна была меняться с веками; маг же стремится увидеть все множество уровней, формирующих одно целое.
Гностические тексты постоянно повторяют, что Мария Магдалина постигла некую главную тайну учения Христа лучше, чем любой из его учеников мужского пола. Ее называют «женщиной, понявшей всё до конца» и «помазанницей» – Иисус отличает ее из среды прочих учеников, поскольку она глубже всех проникала в смысл его проповедей. И действительно, складывается впечатление, что все женщины, следовавшие за Христом, обладали неким тайным знанием, которого были лишены мужчины. Мария лишь самая известная из семи учениц, о которых сказано, что они «были сильны своим даром понимать» и обладали развитым сознанием, которое двенадцать апостолов с готовностью признают в них, впрочем, не без зависти. Понятно, эти двенадцать мудрых учениц были выброшены из финальной редакции Библии, а сведенное к минимуму присутствие там Марии Магдалины – не более чем бледное отражение ее выдающейся роли в гностических Евангелиях.
Выдвигалась версия, что семь женщин могли обозначать семь планет древней астрономической системы, а двенадцать мужчин – знаки зодиака. Если это верно, то это вполне укладывается в концепцию Христа как эллинистического волхва; подобные астрономические аналогии играли важную роль в магии. Библейский рассказ об одержимости Марии Магдалины семью бесами звучит и в гностических Евангелиях – возможно, это другое, завуалированное, использование числа «семь», которое, помимо прочего, ассоциировалось с женской эротической и магической силой.
Собственно в гностическом контексте уникальное знание Марии не приравнивается к невежественной, слепой вере, которую так любили творцы более поздних искажений христианства, делавшие из него массовый культ. Скорее, нам дают понять, что она испытала инициатический Гнозис, трансцендентное восприятие реальности, схожее с состоянием Бодханы (пробуждения) в пути левой руки. В некоторых гностических сектах считалось, что это просветление достигается путем пробуждения женской мудрости или знания, хранящегося в теле каждого человека, женского божественного начала, которое называется София. Это напоминает бытующий в буддийском пути левой руки обычай называть сексуальную партнершу словом видья – несущая знание.
Один из ранних апокрифов, где описывается беседа Христа и Марии Магдалины, озаглавлен «Pistis Sophia»*. (*«Вера Премудрость».) Это лишь одно из многих подтверждений тому, что первоначально христианский магический культ не был посвящен монотеистическому поклонению единому божеству мужского пола. На самом деле он, как и путь левой руки, придавал особое значение женской божественной энергетике. Чтобы понять ключевую роль Женского Демонизма в целом и Марии Магдалины в частности для раннехристианских гностических общин, достаточно взглянуть на названия некоторых из их утерянных Евангелий: «Евангелие Евы», «Нория», «Рождение Марии», «Большие и малые вопросы Марии», «Pistis Sophia IV». Становится очевидным контраст этих посвященных женщинам Евангелий и канонических Евангелий, составляющих официальную Библию, все из которых якобы написаны мужчинами. Становятся понятны и все масштабы более позднего вычеркивания женщин из христианской доктрины. Если превращение Церковью Марии Магдалины из учителя, занимающего центральное место, в презренную проститутку, играющую побочную роль, само по себе достаточно показательно, то исключение богини Софии из более поздней христианской догматики оказалось решающим в переформировании этой религии в пуританский, культ, направленный против женщин.
Пробуждение адептом Софии в собственном теле можно уподобить активизации последователями тантрического пути левой руки сокровенной богини Кундалини, которая при успехе ритуала дарует сверхчеловеческую мудрость. Страстное поклонение гностиков Софии называлось философией – любовью к Софии, что представляло собой мистическое общение с божественным женским разумом, имеющим мало общего с чисто интеллектуальными экзерсисами, которые сегодня обозначают понятием «философия». Как мы уже отмечали выше, существует и более глубокая связь между Софией и змееподобной Кундалини как манифестацией Женского Демонизма в темной волне. Как учили в некоторых гностических сектах, София изначально воплотилась праматерью Евой в райском саду в облике змеи, давшей людям запретное знание – прежде всего, знание тела.
Вряд ли современные христиане обрадуются предположению, что Иисус и его первые последователи поклонялись существу, сейчас называемому ненавистным им именем «Сатана», как доброй богине-змее, а сущность, которую теперь называют «Бог», поносили как злого демиурга. Многие специалисты по христианству, занимавшиеся комментированием текстов Библиотеки Наг-Хаммади, сделали все, что было в их силах, чтобы старательно проигнорировать или сгладить сексуально-магическую подоплеку, присутствующую в этих противоречивых документах.

Таинство брачного чертога
А все-таки, что за тайное знание сделало Марию Магдалину «женщиной, понявшей всё до конца»? Если исходить из предпосылки, что гностические тексты, подобно Тантрам и другой древней инициатической литературе, обращаются к читателю не напрямую, а через метафорический и зашифрованный язык, то должна быть причина, по которой Марию выделяют именно таким образом, а не иным. Отчасти кажется, что это знание было сообщено Марии потому, что она занимала особое место среди всех учеников. В некоторых пассажах содержатся намеки апостолов на дарованную ей одной приближенность к волхву Иисусу.
В одном гностическом Евангелии, созданном вскоре после смерти Иисуса, ученик Левий говорит Петру: «Он любил ее больше, чем нас».
Петр, обращаясь к Марии в «Евангелии от Марии», утверждает: «Сестра, ты знаешь, что Спаситель любил тебя больше, чем прочих женщин».
А в «Евангелии от Филиппа» Мария Магдалина названа «спутницей Спасителя».
Из всех учеников лишь Мария удостоилась быть названной христовой «спутницей». Этот факт смутил многих исследователей данных текстов, породив десятилетия дебатов о том, какой, собственно, из него следует вывод. Споры возникли оттого, что по-гречески «спутницей», а именно этим словом пользуется анонимный автор «Евангелия от Филиппа», обычно называли женщину, с которой мужчина прелюбодействует. В древнем мире прелюбодеянием считались любые сексуальные отношения вне брака; возможно, первоначальный гностический образ Марии-любовницы Христа впоследствии сложился в представление о ней, как о проститутке.
Интерпретаторы, желавшие избежать гипотезы о ведущем половую жизнь Христе, возражали, что, несомненно, Мария была в строгом смысле его духовной спутницей. Возможно же это – поэтическая метафора гностического союза посвящаемого с божественной женской мудростью, Софией. Может оно и так, но как мы видели на примерах тантрических текстов пути левой руки, метафора метафизического соединения духовных противоположностей нередко сопровождается физическим слиянием мужчины и женщины в сексуальных ритуалах. Как мертвый Шива, воплощение сознания, черпает свои силы в соитии с активным началом Шакти, таким же образом, в представлениях первых христиан, и Мария Магдалина, «спутница Спасителя», осмысливалась как животворная женская энергия умершего, но воскресшего Христа.
Другой знаменитый неоднозначный и часто цитируемый фрагмент из Гностических Евангелий, посвященный отношениям Марии и Христа, говорит: «Он любил ее больше, чем всех остальных учеников, и часто целовал в рот».
Доказано, что у первых христиан бытовала практика ритуального поцелуя, дабы передать спиритуальную силу от одного последователя другому, и возможно именно она имеется в виду в приведенном отрывке. С другой стороны, «поцелуй» часто употреблялся как эвфемизм совокупления в других текстах той эпохи, точно так же как «рот» был распространенным эвфемизмом влагалища в религиозных трактатах античности.
Эти яркие текстовые аллюзии на то, что Мария Магдалина действительно была любовницей Христа, подкрепляются историческим фактом существования гностической христианской традиции сексуального ритуала. Обычно христиане-гностики проповедовали своим последователям воздержание от секса, поскольку он может породить нежелательную плотскую материю в виде детей. Они верили, что злой бог Йалдабаот, считавшийся создателем мрачного мира материи, держит потенциально бессмертные души в плену с помощью сексуального размножения и продолжения существования человеческих тел. Йалдабаот, гностический «дьявол», и есть, по их представлениям, то высшее существо, которому сейчас христиане поклоняются как истинному, единому Богу. Гностики искали путь освобождения этих томящихся в неволе душ через гнозис Софии, освобождения, чрезвычайно похожего на освобождение адепта пути левой руки из колеса перерождений с помощью джнаны (знания, познания) Великой богини Шакти.
Ненависть гностиков-христиан к материи, несомненно, представляет собой совершенно иной подход к телу, чем в индийской концепции Вама Марга, которая бесконечно приемлет физический мир как ворота на пути к посвящению. Однако, невзирая на крупные мировоззренческие расхождения, непосредственная физическая практика гностической христианской сексуальной магии очень похожа на то, что мы уже видели в пути левой руки. Если, подобно другим гностическим культам, учение мага Христа не приветствовало размножение, то секс в целях спиритуальных оно, видимо, не запрещало.
Как и в индийской Вама Марге особые сексуальные церемонии будут позже позволены избранной элите посвященных, признанных способными постичь учение, так и некоторые ветви гностического христианства действительно разрешали опытным адептам выполнять сексуальные ритуалы. Самый известный из них назывался Таинство брачного чертога; это был ритуал эротического мистицизма, когда пара в соитии переживала экстатическую любовь Софии внутри своих тел. Однако беременности следовало избегать всеми средствами, иначе еще одна неосторожная душа попадет в плен плоти. Поэтому часто пара гностиков практиковала coitus interruptus* (*Coitus interruptus (лат.) – прерванный половой акт.), анальный или оральный секс, дабы избежать попадания семени во влагалище. (Появившаяся намного позже гностическая секта богомилов, действовавшая в восточной Европе, особенно прославилась из-за анального секса; английское buggery (содомия) – искаженное «богомил»). Какая все-таки ирония в том, что сегодня христиане обязаны доказывать свою «правоверность», плодя потомство и осуждая «неестественный» секс – в отличие от того, что представляло собой изначальное гностическое направление в христианстве.
Из-за таких, не связанных с деторождением, практик более поздние аскетические ветви христианства пламенно заклеймили гностиков как развратников-извращенцев, сексуальных преступников, нарушивших естественный закон, предписывающий мужчинам и женщинам тратить сексуальную энергию лишь на то, чтобы «плодится и размножаться». Всякий раз, когда мы сталкиваемся с тем, что эротическая энергия перенаправляется от естественного, смертного мира к демоническому, бессмертному уровню бытия, мы имеем дело с темной волной. Видный специалист по гностицизму Элейн Пэйджелс в своей посвященной Таинству Брачного Чертога статье «Адам и Ева, Христос и Церковь. Анализ полемики второго века относительно брака» пишет, что те, «кто приобщен к “тайне сизигии”, могут вступать в брачный союз во всех формах, которые выразят их спиритуальное, психическое и телесное единение, с радостью узнавая в акте символ гармонии божественной Плеромы. Но не прошедшим еще инициацию следует воздерживаться от сексуальных контактов».
Если Пэйджелс права, в среде гностиков-христиан вполне мог иметь место окончательный раскол между небольшой центральной ячейкой посвященных, практиковавших сексуальные ритуалы с целью самообожествления и более многочисленным движением не проходивших инициацию последователей, живших в аскетизме и целомудрии. То есть могло произойти разделение между адептами пути левой и правой руки в Христианстве. Понятно, что христианство «пути правой руки» процветало в форме одержимости идеей греха, и это был экзотерический «фасад» религии. Посвященные же должны были активно искать темное эзотерическое направление учения Христа, вероятно иногда проскальзывающее в разные моменты истории в виде таких явлений как ересь тамплиеров и поиски святого Грааля.
В своем стремлении избежать эякуляции и ее последствий, христианские гностики, практиковавшие сексуальную магию, должно быть, разработали технику сдерживания семени. Подобно адептам индийского пути левой руки, считавших изменение направления движения спермы магическим актом «обращения вспять вод священной реки Ганг», ближневосточные гностики писали о таинственной науке «изменения течения могучей реки Иордан». (Иордан, как и Ганг, считался священным водным пространством).
Эта практика несколько напоминает тантрические методики, сложившиеся позднее. Тем не менее, можно предположить, что физиологический результат таких упражнений должен был создавать аналогичное экстатическое измененное состояние сознания, которое тантристы левой руки переживали во время пролонгированного, не сопровождающегося семяизвержением, охватывающего все тело оргазма. Какой бы ни была внешняя форма религиозных/культурных мотивов подобных сексуальных модификаций, результат – пролонгированное состояние неврофизиологического наслаждения, дающее трансцендентное просветление – есть просто генетически закодированный биологический феномен, и проявляется от вне зависимости от исторической эпохи. Другой задействованный здесь феномен – прерывание нормального, естественного течения жизненной эротической энергии из пениса, где она растрачивается на кратковременные органические процессы. Направленная сознательным волевым усилием вверх, в мозг, эта созидательная сексуальная энергия становится инструментом «сверхъестественной» самотрансформации, а не средством чисто земной физиологии продолжения рода.
Женщину в Таинстве Брачного Чертога считали живым воплощением божественной Софии. Примером универсальной природы темной волны, в независимости от способов выражения, которые она находила в разное время и в разных местах, служит тот факт, что Софию, осмысливаемую как обретшее плоть другое «я» мужчины-гностика, называли «Той, что по левую руку», лунной силой. Эта несокрушимая женская энергия, воплощающаяся в земных женщинах, практически идентична шакти в тантризме пути левой руки. Члены гностической секты, известной как «Офиты» (Ophis по-гречески значит «змея»), считавшие змея из райского сада воплощением «Той, что по Левую Руку», полагали, что София и Христос были братом и сестрой. Левонаправленная энергия Софии и направленная вправо энергия Христа назывались дочерью и сыном женского Святого Духа; их кровосмесительное совокупление породило биполярную эротическую энергию, якобы спустившуюся на человека-волхва Иисуса во время его крещения. Поэтому офиты пытались воссоздать это физическое соединение полярных сексуальных сил внутри себя, чтобы прийти к самообожествлению. Сходство с концепцией индийского пути левой руки, где происходит соитие Шивы и Шакти, активизируемое в теле адепта, очевидно.
Нельзя забывать, что так же как сиддхи левой руки практиковали ересь, идущую в разрез с ортодоксальным индуизмом, так и Христос с его учениками были еретиками, восстающими против иудаизма. Тантризм подвергся сильному влиянию индуизма, от которого он откололся, а гностическое христианство вышло из древнееврейских теорий, отвергнутых канонической религией. Образ Софии, «Той, что по Левую руку», происходит от образа более древней еврейской богини Шехины, чей культ намного старше монотеистического культа мужского бога-творца. Одно из значений имени Шакти – «жена бога», а Шехина часто переводят «тайная жена царя» – обе они представляют собой образ Женского Демонизма, источника сакральной царской власти, сексуально передаваемой мужчине женщиной. И древнееврейская Шехина, и гностическая София описывались как нисходящий в человеческое тело «Храм Святого Духа», иногда в виде голубя – мужчина Святой Дух христианской Троицы есть та самая Шехина/София, только изменившая пол.
Мужское начало, энергия Шивы, в гностицизме аналогичное Логосу Христа, с которым соединяется София, называлось «Тот, что по Правую Руку» и понималось одновременно как «солнце» и «сын бога». Совершенно так же как в Тантре, гностический сексуальный союз лунной, женской Левой руки с солнечной, мужской Правой рукой представлял собой союз противоположностей, порождающий внутреннего андрогина. В Гностических Евангелиях диалог Марии Магдалины с одним из учеников содержит несколько напоминаний о создании спиритуального андрогина, хотя остается неясным, какая техника использовалась для достижения этого состояния. Мы читаем, что гнозис способен «[сделать] женщину мужчиной» и семь учениц могут «стать мужчинами». Такая инициатическая трансформация напоминает идею буддизма левой руки о том, что «женщина может стать Буддой». В «Евангелии от Филиппа» высказывается предположение, что на некоем высоком уровне сознания женщина превращается в мужчину и наоборот. А в «Евангелии от Фомы» утверждается: «пока мужчина не станет женщиной, а женщина – мужчиной, вам не войти в Царство Небесное». Царство Небесное в понимании гностиков не имеет ничего общего с популярной христианской мечтой о бренчащих на арфах ангелах и жемчужных вратах – это буквально состояние бытия, которое дарует гнозис через соединение Софии и Логоса.

«Ешь плоть мою и пей мою кровь»
В одном из апокрифических Евангелий Мария Магдалина вопрошает у Христа: «Мы слышали, что есть на земле люди, которые смешивают мужское семя и женскую месячную кровь, готовят блюдо из чечевицы и едят его, говоря: “Мы веруем в Исава и Иакова. Хорошо это или нет?”» Иисус резко осуждает этот обычай: «Сей грех превосходит прочие грехи и беззакония. Люди этого рода немедленно попадут во внешний мрак и не будут возвращены на небеса».
И, тем не менее, несмотря на это жесткое утверждение, другие источники примерно того же времени свидетельствуют, что некоторые из первых христиан связывали с Иисусом и Марией Магдалиной именно этот странный «греховный» обычай. Финский ученый Антти Марьянен в книге «Женщина, которую любил Иисус» даже выдвигает гипотезу, что резкость суждения в вышеприведенном пассаже имела под собой своего рода «PR-мотив»: создать впечатление, что первые ученики Христа не имели отношения к сексуально-магическим практикам, в распространении которых их нередко обвиняли противники.
Другой раннехристианский текст убежденно свидетельствует о существовании в рамках христианства сексуально-магической традиции, содержащей поразительные параллели с практиками пути левой руки, задействовавшие использование спермы и менструальной крови. «Панарион», написанный Епифанием, рассказывает о том, что он определяет как «безнравственные секты», которые были сосредоточены на эротическом общении Христа и Марии Магдалины. Епифаний нерешительно замечает, что женский принцип играет особенную, ключевую роль в гностических сектах, против которых направлена его полемика, указывая, что безнравственные христиане называют свои Евангелия в честь женщин, таких как Ева или Мария Магдалина. В «Панарионе» Епифаний ссылается на священную книгу, озаглавленную «Большие вопросы Марии», где рассказывается, как однажды Христос привел Марию на гору, чтобы передать ей тайное знание, которого не удостоил всех остальных своих учеников. Распространенный мифический мотив восхождения на высокую гору – это символ восхождения к состоянию измененного сознания, вхождения в царство божественного существования.
По поводу этого культа Епифаний пишет:

«И книг у них много… о Йалдабаоте под именем Сета… а Евангелия осмелились написать под именем учеников. О самом Спасителе и Господе нашем Иисусе Христе не стыдятся говорить, что показывал Он развратные извращения… представляют такое бывшее ей от Него откровение, преподанное Им на горе: Он помолился и взял женщину, что сбоку, и начал с ней совокупляться, и, действуя таким образом, Он перехватил свое извергнутое семя, дабы показать, что «мы вынуждены поступать так, дабы жить»; и, когда Мария в смущении упала наземь, Он привел ее в сознание и сказал ей: «зачем сомневаешься, маловерка?»* (*Здесь и далее цит. по: Епифаний. Панарион. Против гностиков-борборитов. Перевод Московской Духовной Академии, редакция и дополнения Руслана Хазарзара.)

То, что Иисус избирает только Марию, чтобы разделить с ней свою тайну – еще один показатель особого места, занимаемого ей в его кругу. Указание на «имя Сета», ассоциировавшегося с этими безнравственными учениями, заставляют предположить, что Иисус вполне мог быть одним из магов, поклонявшихся Сету-Тифону, богу, издревле покровительствовавшему сексуальной магии. Практика ритуального совокупления, после которого следовало съедание половых выделений, описанное здесь, конечно же, сходна с вкушением после коитуса семени и женской амриты, что, как мы отмечали, присутствует в традиции Вама Марги. И в темной Тантре, и в гностическом либертинизме участники ритуала глотают сексуальный эликсир не ради каких-то физических составляющих его флюидов, а для того, чтобы наполнить себя магическими энергиями, а материальная субстанция здесь – не более чем их внешняя форма. Цель тантристов – принять в себя жизненную силу шива/шакти. Гностики верили, что когда они пьют сперму или менструальную кровь, они избавляют души от рождения, отправляют не рожденные сущности, находящиеся в семени, в Плерому, спиритуальное царство, неподвластное архонтам, тираническим правителям мира материи. В обоих случаях осознанная трансформация природной, смертной субстанции в бессмертную психическую силу отражает главную идею пути левой руки.
В другом месте «Панариона» Епифаний пишет о секте, по всей видимости, наасенов: «Говорят же, что плоть гибнет и не воскресает, и она принадлежит князю. Но о силе, заключенной в менструальной крови и в семени, утверждают: это душа, и мы ее, собирая, поедаем… А насчет сказанного «если не будете есть мою плоть и пить мою кровь» и учеников, смутившихся и говоривших: «кто может такое слушать?», говорят, что было слово о безобразии [эвфемизм спермы]». Согласно Епифанию, развратные гностики понимали таинство христовой евхаристии «плоти и крови» буквально. Он приводит в качестве примера одного из последователей Христа, который на встрече общины попросил свою менструирующую невесту вступить в связь с одним из его братьев по секте. По достижении оргазма мужчина вынимает пенис, и совокупляющая пара принимает сперму ладонями, не позволяя ему вытечь во влагалище, таким образом жертвуя это Иисусу. «…По совокуплении в блудной страсти, – сообщает Епифаний, – сверх этого простирают хулу свою на небо: приняв женщину, истечения от мужского органа на собственной руке, муж ставит в отрицание небу – на руке имея нечистоту [сперму], так молится.
Приносим Тебе это приношение – тело Христово», – поют они, подразумевая жертвенное семя. Женскую менструальную кровь жертвуют со словами: «Сие есть кровь Христова». После совершения жертвенных молитв пара выпивает соответствующую жидкость. Этот обряд напоминает о предлагаемой Тантрой пути левой руки концепции об эякуляции в тело шакти как жертвования и о необходимости возвращения пролитой субстанции обратно в тело, где она начинает выполнять психическую функцию. Освящение менструальной крови – еще одна поразительно общая черта тантрических и христианских гностических практик пути левой руки. Табу на менструальную кровь как символ опасной женской силы было одинаково сильно и в эллинистических областях на Ближнем Востоке, где процветало гностическое христианство, и в районах Индии, где сходные ритуалы практиковались адептами Вама Марги. За данным обычаем жертвенного съедания спермы и менструальной крови христианами-гностиками, несомненно, стоит намного более древняя практика принесения в жертву животных и людей в магических целях, которая, помимо прочего, отражена в буквальном жертвовании тела Христова на кресте. Далее Епифаний толкует зашифрованные в Гностических Евангелиях метафоры сексуальности, которые, складывается впечатление, были написаны тем же «сумеречным языком» пути левой руки (санскритское сандхья-бхаса), каким позже пользовались авторы тантр:

«…на исходе вод» и «плод свой даст», – сказано, говорят, об удовольствии извержения; а [слова] «лист не вянет» [означают], что мы не допускаем, что, говорят, сама земля пропадет, а они сами будут… И чтобы, представляя на вид свидетельства их, не сделать больше вреда, нежели пользы, посему сам о многом умолчу, ибо, излагая здесь все, что сказано у них худого, я сделался бы распространителем этого. Ибо полагают, что багряницы Раав на дверях не было, но, говорят, багряница суть кровь менструальная, и сказанное «пей воды от сосудов жизни» говорит об этом».

Подобно Марии Магдалине из Нового Завета, ветхозаветная Раав также является проституткой, что дает возможность предположить еще одну связь гностической традиции сексуальной магии и священной проституции. Если Епифаний прав, ассоциируя багряный цвет с вульвой магической блудницы/любовницы, возможно, аналогичная символика обыгрывается в появившемся гораздо позже Апокалипсисе с его описанием «Багряной Жены … матери блудниц».
Хотя мало кто из оккультистов знаком с «Панарионом» Епифания, этот туманный раннехристианский текст на самом деле оказал сильное (правда, не прямое) влияние на развитие современной эротической инициации на Западе. Французский автор Клемен де Сен-Марк часто цитирует «Панарион» в своей написанной в 1906 году статье «Евхаристия», где он приводит такие доводы: истинная сила христианства была утеряна оттого, что каноническая Церковь заменила первоначальную сексуальную Мессу гностиков символической церемонией с водой и вином». Сен-Марк утверждает: «Святой Епифаний дает подробнейшее описание ритуала Евхаристии, но приписывает его целиком и полностью гностикам, старательно представляя его как заблуждение, отвратительное для всех истинных христиан. Во время этих подношений, говорит он, женщины и мужчины едят детородное семя, обратившись к алтарю и со словами (к Всемогущему): “Offerimus tibi donum corpus Christi” “Жертвуем тело Христово!”»
Теодор Ройсс основал в начале двадцатого века в Германии полумасонское братство, известное под названием О.Т.О или Ordo Templi Orientis (Орден Восточных Тамплиеров). Он прочел «Евхаристию» и объявил, что Сен-Марк раскрыл на своих страницах главную тайну О.Т.О: гностическое ритуальное поглощение семени как содержащего логос обеспечивает приобщение адепта к божественному. От Ройсса эта доктрина перешла к Алистеру Кроули, который сделал вкушение собственной спермы почти ежедневной своей магической практикой. Хотя их ритуалы сексуальной евхаристии кажутся одинаковыми, следует отметить, что существует огромная пропасть между гностической инициатической целью самообожествления и кроулианским безуспешным колдовством, главной задачей которого неизменно были тщетные попытки добиться магической материализации денег.
Даже из этого нашего краткого обзора пути левой руки в христианстве понятно, что спермофагия – и один из методов традиции Вама Марга в Индии, и ключевой элемент сексуальной магии, практиковавшейся в более поздней традиции О.Т.О., которую мы еще будем рассматривать. Пока же ограничимся несколькими примерами. Клемен де Сен-Марк в своей «Евхаристии» говорит, что данный обычай встречается в древних религиях Египта, Китая, Африки. Он даже выдвигает странную гипотезу, что сексуальные гностические ритуалы можно связать с индуистскими учениями – отсюда можно предположить о его смутной догадке, что идеи пути левой руки начали постепенно просачиваться на Запад в то время. Факт появления столь внутренне схожих систем эротической алхимии в древней Иудее, средневековой Индии и современной Европе все больше доказывает один факт. Темная волна – это далеко не просто местная традиция, но подлинный архетип, в терминах Юнга или платоновская идея, которая обретает плоть, лишь слегка варьируясь, на протяжении всей человеческой истории.
В этом свете вопрос, были ли волхв Христос и его спутница Мария Магдалина реально существовавшими людьми, мифическими персонажами или то и другое вместе, практически теряет смысл. Для прагматичного мага пути левой руки сегодняшнего дня, который больше заинтересован (заинтересована) в своем самообожествлении, чем поклонении внешним сущностям, союз Христа и Магдалины – один из самых любопытных примеров пары темной волны, очередное проявление игры Шивы и Шакти с майей.

Симон Волхв и Елена
Чтобы лучше понять контрасексуальные формы пути левой руки, в которых проявился архетип волхва Христа и Блудницы, и таким образом составить об этом законченное представление, нам надлежит ненадолго обратиться к Симону Волхву и Елене, которые в древности успешно конкурировали с процветающим культом волхва Иисуса. Как мы увидим, у обоих волхвов было много общего, в том числе их противоречивая связь с загадочными носительницами Женского Демонизма. Но Христос давным-давно превратился в Славного Парня, Симона же – главного его соперника в борьбе за титул Мессии – Библия заклеймила как негодяя.
Несмотря на многие сходства между двумя волхвами, Майкл Бэйджент и Ричард Ли в книге «Эликсир и камень» совершенно точно описывают историю Симона Волхва как «первую полноценную легенду… “о черном маге” в Западной истории». Однако, если бы не превосходная политическая организация и недюжинные пропагандистские таланты западных Отцов Церкви, западный мир вполне мог иметь две тысячи лет симонианства в качестве господствующей духовной доктрины. Христу грозила вполне реальная участь быть отодвинутым на второй план религиозной истории с жалкой ролью одного из многих сумасшедших амбициозных колдунов.
Да, суровая штука это дело – быть спасителем.
Первый исторический документ о маге Симоне датируется временем начала преследования римским императором христианской секты. В тот период пантеону римских богов стал угрожать казавшийся безбрежным наплыв мистических учений из дальних восточных провинций империи. Среди этого хаоса соперничающих магических и религиозных воззрений появляется самаритянин по имени Симон, чьи последователи называли его волхвом, отмеченным «великим даром божьим». Предполагают, что путь свой в качестве мага Симон начал в Самарии приблизительно в одно время с распятием Христа. Как и о волхве Христе, о Симоне говорили, что магическому искусству он научился в Египте. Такое заявление об обучении магии в Египте, столь распространенное среди волхвов той эпохи, аналогично претенциозным заявлениям западных магов девятнадцатого века о том, что они прошли инициацию в Тибете.
Симон прибыл в Рим во время правления Клавдия, путешествуя со спутницей по имени Елена, бывшей проституткой из Тира (находившегося в Финикии, что на территории современного Ливана). Он называл ее источником своей магической силы. Симон сделал несколько заявлений о Елене, в частности, признав ее перевоплощением Елены Троянской, легендарной красавицы, чья эротическая привлекательность была столь велика, что стала причиной Троянской войны. Перекликаясь с гностической традицией, которую мы изучили на примере апокрифических Евангелий, повествующих о магической связи Христа и Марии Магдалины, Симон Волхв, аналогичным образом, учил, что Елена есть живое воплощение Софии, Божественной Женской Мудрости, Той, что по Левую Руку. В этом смысле она была внутренним женским двойником Мага, проповедовавшего, что мужчина «[имеет] женщину в себе». Елена, таинственно говорил Симон, пришла изнутри самой себя; она была «первичной идеей» «небесного разума», обретшей плоть. Истолкование имени «Елена» может основываться на том факте, что София, помимо прочего, была связана с Селеной, богиней Луны, лунным разумом, концепция которого вполне вписывается в теории пути левой руки. Город Тир, откуда якобы родом Елена, был местом широко известного культа храмовой проституции, посвященной богине Ашторет, спутнице Ваала.
Принимая во внимание плодотворное влияние Симона Мага на последующую традицию западной магии, эти сексуально-магические аспекты пути левой руки в его учении имеют крайнюю значимость. Уже много лет спустя, в двадцатом веке провозгласивший себя волхвом Алистер Кроули во многом следовал гностическому наследию Симона. Теория Кроули о необходимости для волхва поддержания сексуально-магической связи с женщиной, «Вавилонской блудницей», «Багряной Женой» – не более чем отголосок отношений Симона и Елены.
Из культа, сформировавшегося вокруг личности волхва Иисуса, Симон, видимо, заимствовал несколько своих ключевых идей. С той же горячностью он объявил себя «Сыном Божьим». А точнее, Симон проповедовал собственную версию Святой Троицы: сам он был «отцом», Иисус – сыном, а его любовница Елена – «Святым Духом». Такая концепция Софии как Святого Духа была распространена в гностических сектах. В противоположность совершавшимся волхвом Христом самоотверженным чудесам исцеления и благовещения, как о том повествует каноническая Библия, свидетельства о чудотворениях Симона говорят о более выраженной темной их направленности. Чудесные его деяния вызывали страх, хотя и прославили его. Он был известен своим даром некроманта, умел вызывать демонов в своекорыстных целях, создал алхимическим путем гомункула, искусственное человекоподобное существо. Нам рассказывают, что он сделал статуи себя и Елены, и многие из его последователей якобы им поклонялись.
Конечно, нельзя забывать, что такой, скорее, инфернальный портрет Симона был использован Церковью, чтобы представить его как эгоистичного шарлатана и самозванца в сравнении с явно добродетельным Христом, которого мы знаем сегодня. Ортодоксальные тексты рисуют Христа кротким, мягким, стремящимся привести других к единению с Богом. Симона же изображают как человека, который сам жаждет стать Богом – такова главная цель пути левой руки. Вполне вероятно, что в реальности магические практики и поставленные задачи у Симона и Христа не так уж и отличались, ибо оба, видимо, основывались на одной и той же греко-египетской гностической традиции. Странно и удивительно, что одной из главных ересей Симона считается то, что он объявил проститутку Елену «Святым Духом во всем его величии», а ведь точно такой же была роль Марии Магдалины в мифе об Иисусе.
Согласно христианской легенде, успех Симона и Елены в Риме был стол велик, что даже император Нерон со своей женой Поппеей числились в их приверженцах. Последний факт – лишний штрих к сатанинскому портрету Симона, созданному ортодоксальными верующими, которые ненавидели Нерона за то, что он инициировал начало гонений на христианство, и впоследствии назвали его Великим Зверем 666 из «Апокалипсиса». Как духовный наставник Нерона Симон Волхв, может, и не был самим Антихристом, однако вполне мог попасть в ряды «лжепророков», о которых в «Первом соборном послании святого апостола Иоанна Богослова» сказано: «последнее время. И как вы слышали, что придет антихрист, и теперь появилось много антихристов, то мы и познаём из того, что последнее время». (1 Ин 2, 18).
В античной мифологии был очень распространен сюжет о Битве Магов. После такого сражения победившая сторона, как правило, приходит к власти как законный представитель истинной религии, проигравшая же объявляется сборищем лжецов, колдунов-шарлатанов. Исконный пример этой борьбы – состязание побеждающего змея волхва Моисея и жрецов Сета, служивших при дворе фараона Рамсеса.
В «Деяниях апостолов» содержится самый известный пересказ мифа о Симоне Волхве. Апостол Петр изображен христианином-героем, одерживающим победу над волхвом пути левой руки в расцвете сил. Приглашенный Нероном совершить чудо на глазах римского народа, чтобы окончательно перетянуть их в приверженцы своего культа, Симон надменно назначает Форум подходящим местом для демонстрации своей великой магии. Дабы показать, что по силе своей он равен Богу – ибо сам сделал себя богом – волхв обещает подняться на Небеса на глазах у зрителей. Это ему легко удается, и он взмывает высоко над Форумом. Рассерженный этим богохульным вызовом, брошенным могуществу его любимого волхва Христа, Петр ухитряется одолеть Симона, просто помолившись и сотворив крестное знамение. Симон разбивается насмерть, побежденный Петром, который вслед за этим становится первосвященником. И на основе подобных легенд, многие из которых изначально поносили магию Иисуса – как мы видели, фарисеи называли ее бесовской – постепенно сложилась почтенная и одобренная государством религия, повесившая на Симона Волхва ярлык бесстыжего лжеца и нахала* (*На самом же деле Симон Волхв был потом крещен в палестинской области Самарии св. апостолом из 70-ти Филиппом, одним из семи первых диаконов, ставшим впоследствии епископом в лидийском г. Траллии на северо-западе Малой Азии.).
Несмотря на относительное поражение Симона, симонианская секта сохраняла свое влияние на протяжении многих веков. Она определила характер гностицизма офитов с их сексуальным учением о женщине-змее, многое из учения этой секты перешло в герметические магические практики и европейскую алхимию: и там и там высказывались туманные намеки на сексуальное сотворение духовного андрогина в физическом организме. Имя Симона Волхва сохранилось в названии одного из грехов, по сей день выделяемых католической церковью.* (*Православной, кстати, тоже.) Грех симонии состоит в попытке купить дар Святого Духа за деньги; это одно из многих оскорблений Церкви, нанесенных ей самаритянским магом.
Можно считать Симона Мага и Елену первыми в Западной культуре полноценными выразителями представления о черном маге и его спутнице, а еще именно этот гностик первого века, по всей видимости, стал прототипом самого известного в Европе легендарного чернокнижника, таинственного доктора Фауста. При жизни Симон имел прозвище faustus, что по-латыни означает «возлюбленный» – возможно, это указание на якобы зловещий дар, данный ему его внутренним демоном или гением. Когда Иоганн Вольфганг Гете писал трагедию «Фауст», точно передавая легенду о Фаусте, он провел глубокое исследование гностических ересей. В гетевском «Фаусте» маг узнает, что самая могучая сила вселенной – превосходящая его подписанный кровью договор с Мефистофелем – это das Ewigweibliche, Вечная Женственность.
Подобно исходному faustus’у Симону Волхву, обретшему силу и энергию Женственности в теле своей спутницы Елены, проститутки из Тира, вымышленный Доктор Фауст находит магическую квинтэссенцию, воплощенную в прекрасной Елене из Трои, которую вызывает из небытия с помощью дьявольской черной магии. Сложно представить, что гетевское описание мага по имени Фауст, заклинающего демона, и сверхъестественной женщины по имени Елена не является осознанным пересказом легенды о Симоне Волхве и Елене, воплощении Божественной Софии. В культуре Рима первого века и Германии восемнадцатого века мы находим вечные образы совершенного адепта пути левой руки и его шакти.

Священная проституция в древности
Мы выяснили, что наполовину мифические фигуры Симона и Христа являют собой пример традиционно греко-египетского волхва. Рассматривая их в непосредственном историческом контексте, их не приходится считать неким уникальным явлением, как считает общепринятое христианство. Они суть лишь наиболее запомнившиеся маги своего времени, эпохи, когда в каждой сфере общества существовали достигшие самообожествления волхвы. Так же и их спутницы, носительницы Женского Демонизма, проститутки Мария Магдалина и Елена представляют один из многих примеров сексуально-магической роли, которую священная куртизанка или иеродула играла еще в самых ранних магических практиках древнейших цивилизаций, известных нам.
Привыкший ассоциировать слово «священный» с чистотой, целомудрием и небесным образом жизни, а слово «проститутка» – с развратом, похотью, чувственностью, современный человек способен уловить лишь режущий слух диссонанс, когда эти на первый взгляд взаимоисключающие понятия соединяются в концепции священной блудницы. Семитское название проститутки – кдеша – происходит от слова «священный». Месопотамские храмовые проститутки награждались похожим эпитетом – квадишту. Несмотря на их доминирующую роль в духовной жизни всех дохристианских культур, сейчас с энергетикой священных проституток мы совершенно не знакомы. Подобно всем остальным силам, которые отвергнуты основным направлением мировоззрения сегодняшних пашу, адепт левой руки может открыть великий резервуар нетронутой магической энергии, приняв эту отторгаемую форму Шакти, интегрировав тем самым ее в свою инициацию.
Особая ценность для посвященных адептов темной волны – в том, каким образом тело блудницы соединяет в самом себе духовность и сексуальность, давно разведенные по разные стороны пропасти. Она есть живая йантра, выражающая свойственное одному пути левой руки взаимодействие физического тела – Храма Девяти Врат – и нематериальной божественной сущности, которую можно перенести в плотскую оболочку. Мужчина, предпринимавший паломничество в один из храмов сакральной проституции – института, игравшего ключевую роль в духовной жизни древности – не просто ищет чувства облегчения обыденного оргазма, каковое легко даст любая обычная блудница. Он осознает, что тело его любовницы мистическим образом трансформируется во время ритуала в буквальном смысле слова в воплощение богини, которой посвящен ее храм.
Нередко обученные еще в юности практике эзотерического танца, священные проститутки поднимали ars amatotia* (*Ars amatotia (лат.) – любовное искусство.) обольщения на уровень искусства религиозного. Ключом к успеху таких сексуально-магических операций самообожествления служила нарочитая безличность этих связей. Безымянная жрица видела в приходящем к ней незнакомце воплощение божественного супруга богини, нередко называя его именем этого бога. Поскольку она была жрицей, ее священная задача состояла в том, чтобы образовать материальную связь между божественным бытием и смертным миром; ее любовник получал своего рода эротическое причастие, сходное с сексуальной трансмиссией шакти во время майтхуны пути левой руки. Трансцендентная функция сексуальности как посредницы божественного причащения, происходящего во вневременном храмовом пространстве, а не избавление от мимолетного связанного с плотью напряжения – вот утраченный секрет сакральной проституции.
Следует четко разграничивать два вида сакральной проституции. Существовали священные блудницы, формально считавшиеся рабынями божества, которому был посвящен храм, но еще были и свободные женщины, призванные исполнить распространенный обычай, предложив себя в определенное время незнакомым мужчинам в храме, совершая тем самым однократное самопожертвование Богине перед вступлением в брак. Последний пример известного у многих народов, обязательного религиозного добрачного обряда не выполняет магической функции, аналогичной той, которую отправляют жрицы-проститутки.
В Египте священные куртизанки служили Баст и Хатор, богиням чувственной любви. Даже на закате Египта город Навкратис по всему античному миру славился красотой и соблазнительностью своих храмовых проституток. В Греции гетеры, посвященные Афродите Порне – Афродите-Блуднице – пользовались не меньшим уважением. Мы уже говорили об индийских девадаси – представительницах, пожалуй, самого долговечного культа сакральной проституции. Но еще в древние времена особым почетом были окружены священные блудницы Вавилона. Их слава дожила и до наших дней в образе Вавилона как апофеоза разврата – даже название его стало синонимом эротических излишеств в радикальных религиозных культах.

Великая Блудница
- За трижды таинственной чертой,
куда не проникают мужчины, мы
чествуем тебя, ночная Астарта, Мать
Мира, Фонтан божественной жизни!
Я раскрою кое-что из тайн, но не
более дозволенного. Вкруг увенчанного
Фаллоса сто двадцать женщин
раскачиваются, стеная. Посвященные
одеты мужчинами, другие —
в разрезанных туниках.
Дымы благовоний, дымы факелов
плывут меж нами, словно облака.
Я плачу жгучими слезами. У ног Бербеи
все мы бросаемся на спины.
Наконец, когда религиозный Акт
выполнен, и пурпурный Фаллос
погружен в Единый Треугольник, тогда-
то и начинается мистерия... но об этом
я умолчу.
Пьер Луис, «Песни Билитис»* (*«Мистерии», перевод А. Кондратьева.)
Ключевая в практиках пути левой руки мистерия самообожествления, передаваемая посвященной женщиной мужчине, описана в одном из самых древних дошедших до нас текстов мировой литературы. В шумерском «Эпосе о Гильгамеше», датированным примерно седьмым тысячелетием до нашей эры, мы читаем об акте сексуальной инициации, проходящем между Шамхат, herem (храмовой проституткой) и дикарем Энкиду. Herem «сорвала одежды, открывая свою красу, отдалась в его объятия, и шесть дней и семь ночей он наслаждался ею, пока не оставил свою дикую жизнь».
Энкиду превращается из дикого зверя в героя через эротическую инициацию, длившуюся семь ночей (магически значимое число). В этом иступленном марафоне сексуальной инициации можно узнать древнюю ближневосточную вариацию методики Вама Марга. Энкиду, зверь, живущий природной жизнью – это пашу; он становится героем – обладающим божественным потенциалом вирой – лишь после продолжительного контакта со священной женской силой храмовой проститутки, посланницы Великой Богини на земле. Как и в ритуале Вама Марга, проводимом с посвященной мудрой, секс с проституткой-жрицей есть акт сексуальной теургической магии. Это производит глубокое изменение сознания мужчины, позволяя ему тем самым достичь более высокого уровня развития.
Анонимный автор сказания о Гильгамеше также сообщает нам о том, что дикарь Энкиду преобразился в «равного богам» человека через энергию шакти, полученную им через «искусство женщин» Шамхат. Здесь важная часть ритуала – куртизанка «умащает Энкиду благовонным маслом». За 2500 лет до начала христианской эры мы встречаем прообраз помазания сакральной проституткой Марией богочеловека Христа священным маслом – сексуальное наложение рук, дарующее силу женского святого духа, Софии, который нисходит в тело волхва. Подобно Шамхат, древнейшей отправительницы этого женского обряда, шумерские и вавилонские блудницы претендовали на аналогичный дар посвящения.
О значении священной проституции в Вавилоне можно судить по тому факту, что самое древнее и почитаемое женское божество месопотамской культуры, Царица Неба, считалась покровительницей всех проституток, как сакральных, так и профанных, как мужского, так и женского пола. Шумерам эта богиня была известна под именем Инанна, у вавилонян это была Иштар, в других культурах его называли Астарта. Все это, если не считать бесчисленных региональных разновидностей. Немного можно назвать божеств, равных этой богине, «проводнице» шакти во время ритуалов темной волны, которой и по сей день, спустя много тысяч лет, поклоняются на Западе маги пути левой руки.
В одном весьма древнем тексте жрица по имени Энхедуанна обращается к Инанне как к матери блудниц. В гимнах, исполняемых в ее честь, Иштар называет свой храм «постоялым двором»; именно туда по традиции тех времен, как и сейчас, приходили искать проституток. Иногда ее изображают в виде проститутки, высовывающейся из окна и высматривающей клиентов. Посвященных ей храмовых жриц называли иштариту в ее честь и в знак того, что им дозволено служить ее воплощением в сексуальных ритуалах, проводимых в ее храмах.

Иллюстрация:
Инанна соблазняет своего возлюбленного Думизи

Инанна – эротическая богиня par exellence* (*Par exellence (фр.) – по преимуществу, преимущественно.): дикая, необузданная сторона женской сексуальной энергии как божественной силы, самодовлеющей и независимой. Несмотря на почтение, которым ее окружали все слои шумерского общества – культуры, обусловленной суровыми законами, господствующей ролью семьи и брачного договора. Эта богиня находится во многом по ту сторону установленных социальных норм. Ни в одном из мифов она не названа ни матерью, ни женой; интенсивность этой манифестации Шакти выходит из-под власти необходимости решать: «или-или», что подразумевает следование социальным условностям обычных женских ролей. «Как и у демонов, – писал об Иштар Фолькерт Хаас в своем исследовании по хеттской магии, – у нее нет ни матери, ни мужа, ни детей». В этом смысле она – ипостась внебрачного секса, проституции и всех чувственных актов, совершаемых вне рамок закона. Диана Волкштайн, современная переводчица мифов об Инанне-Иштар описывает эту богиню как «место, где еще не все энергии были приручены или обузданы».
И все-таки каждый год правители шумера, а позднее и Вавилона, были обязаны в знак своей царской власти и ради плодородия земли принять участие в общенародном ритуале сексуальной магии. Участвовала в нем и жрица, считающаяся воплощением этой безудержной сексуальности. Высшая Жрица всех иштариту поднималась на вершину зиккурата, олицетворяя собой богиню; в специальной комнате ее ждала кровать-алтарь, «ложе царей и цариц». Там она вводила правителя в предельное царство того, что называлось «святое лоно» или «чудесная вульва», и магически передавала силу Царицы Небес Царю Земному во время hieros gamos, священной свадьбы.
В других религиозных публичных церемониях, посвященных Инанне, мы встречаем символику пути левой руки, выраженную в андрогинных ритуалах. Женщины, участвовавшие в них, одевали на правую сторону своего тела мужские одежды, мужчины же выходили в женском одеянии на левой стороне тела, что показывает возникшую еще до появления тантризма ассоциацию полов с энергией правого и левого. Это ритуальное облачение, видимо, означало идентификацию с богиней, которую иногда изображали бисексуальным существом в наполовину мужском/наполовину женском одеянии. Еще об Иштар говорили, что она прячется в каждом человеке, принимая облик существа противоположного пола – данная идея, несомненно, была прообразом контрасексуальной концепции кундалини.
Хотя Инанна играет весьма почетную роль божественного символа бесконечно желанной и страстной женщины, стоит ей оставить свои удовольствия на «ложе, услаждающем чресла», нельзя будет не упомянуть о ее жестоком характере, агрессивности, о порождаемой ей атмосфере страшной опасности. Нечасто встречается, чтобы столь важная богиня из любого мифологического пантеона была бы так связана с темным аспектом женского демонизма – в этом она похожа на Кали, которая является одновременно и Калакашрини, разрушительницей времен, и Каламини, олицетворением чувственности. Инанна-Иштар господствует не только над областью эротического, она повелевает также силами войны. Ее страсть к уничтожению врагов совершенно так же неудержима, как и ее любовные желания. Шумеры называли войну «танцем Инанны», а у аккадов поле битвы носило имя «поле, где играет Иштар». В этом облике ее рисуют безжалостной воительницей, в прямом смысле слова увешанной мечами и стрелами, и в сопровождении ее священного животного – свирепого льва. Но даже облаченная для войны, она принимает сексуально-возбуждающие позы. В Инанне-Иштар соединились Богиня Блудниц и Богиня Войны, созидательный хаос наполняет энергией и ее похоть (Эрос), и ее воинственность (Арес).

Иллюстрация
Иштар в образе сексуально-возбуждающей богини в сопровождении льва.

В астрономии Инанной называли утреннюю и вечернюю звезду – планету Венеру, с которой связан возникший позднее миф о Люцифере, несущем свет. Считалось, что свет этой звезды, символизируемый восьмиконечной эмблемой, освещает проституткам путь во мраке пустыни. Также она – шаманская богиня мистической инициации, спускающаяся в преисподнюю, сражающаяся со смертью и возвращающаяся, преображенная, к дневному сознанию. Один из самых известных мифов о ней связан со священным числом семь, которое мы уже встречали в других контекстах. В нем она ритуально снимает с себя семь предметов одежды* (*Венец, «знаки владычества и суда», лазурное ожерелье, двойную подвеску, золотые браслеты, сетку для груди и повязку на бедрах.), проходя семь врат подземного мира, представая в конце обнаженной. С этим мифом связано происхождение ритуала обнажения женской эротической энергии. Называется он «Танец Семи Покрывал».
Кое-что о противоречивой сущности Инанны – и ее связи с темной волной – можно узнать из легенды, повествующей о встрече богини с Энки, богом мудрости, первым магом. После того, как она в буквальном смысле слова напаивает Энки так, что он валится с ног, бог мудрости, «качаясь от вина», наделяет ее своими тайными силами, называющимися у шумеров ме. Среди них присутствуют такие традиционно почитаемые качества как правдивость, божественность, некоторые таланты и умения, искусство песнопения и разнообразные магические орудия. Но, кроме того, Инанна хвастается, что получила и еще кое-какие дары от пьяного бога мудрости: «Он дал мне искусство любить», «Он научил меня целовать фаллос», «Он дал мне искусство проституции… священный постоялый двор… искусство завлекать речами… искусство обманывать… разорять города». Когда опьяневший бог протрезвел, он с ужасом обнаружил, что его страстная гостья исчезла вместе со всей его мудростью.

Иллюстрация:
Иштар. Литография Фернанда Хноппфа.

Культ сексуальных талантов и магического дара Великой Блудницы достиг даже Египта. Здесь она обрела имя Астарты. В одном из мифов о темном египетском боге Сете его мать Нут предлагает ему взять в любовницы чужеземную Астарту. Мать Сета надеется, что прославленное очарование Астарты заставит Сета забыть о его бесконечных сражениях, губительных для гармонии постоянства, к которой стремятся другие египетские боги. Однако Сет и Иштар – боги войны и беспредельной чувственности, выходящей из общественно приемлемого русла, поэтому вряд ли можно посчитать их союз эффективной мерой достижения гармонии. В коллекции папирусов, известной под названием «Leiden I», где записаны египетские заклинания, Астарта и Сет вызываются в магических целях.

Демонизация Великой Блудницы
Неуязвимая богиня, известная под именами Инанна, Иштар, Астарта и Ашторет, одержала победу во множестве сражений. Но в итоге она пала жертвой трех монотеистических религий, складывающихся на Ближнем Востоке. Разделив судьбу многих великих богов древнего мира, Инанна-Иштар была сброшена со своего престола и была вынуждена, претерпев множество упрощений, служить иудейско-христианским бесом. Как в случае и с другими дохристианскими божествами, ее образ был не просто перенесен в новую религию; Иштар «распалась» на два не связанные друг с другом существа. Это один из незначительных персонажей Ветхого Завета и гораздо более значимая фигура Нового Завета.
Сексуальные ритуалы Иштар вызывали особую ненависть священников-левитов, служивших культу «ревнивого и гневного» бога Яхве. Сама мысль о влиятельных женщинах-жрицах, совершавших обряды сексуального поклонения, оскорбляла приверженцев веры, утверждавшей, что женщина послужила причиной изгнания мужчины из рая. В Ханаане тела храмовых куртизанок, посвященных Ашторет, спутнице Ваала, считались сосудом эротического таинства. Ветхий завет приводит слова Самуила: «удалите из среды себя богов иноземных и Астарт, и расположите сердце ваше к Господу». В другом месте мы читаем, что израильтяне «забыли Господа и служили Ваалу и Ашторет».
Ненависть левитов к Астарте и ее жрицам-проституткам разделили последователи более позднего аскетического течения в христианстве, которое зародилось в Риме. Римский император Константин, первый цезарь, принявший христианскую веру, лично распорядился разрушить один из храмов Астарты в ханаанском городе Афаке в 300 г. после Рождества Христова, объявив древнее святилище «безнравственным». Ревностное служение Константина христианству стало началом сползания Запада в пропасть, а также поворотным пунктом к отнятию у женского принципа его былой силы.
Имя Асторет, вырванное из исторического контекста, в конце концов, обосновалось в христианской демонологии. В христианскую эпоху маги, на основании книги «Goetia», считали Асторета первым в демонической иерархии Тронов. Блистательная богиня Иштар утратила былой статус воплощения чувственного желания, превратившись в довольно убогого беса, который всего лишь «совращает людей в праздность и распутство». Когда знаменитая Мадам Монтеспан, любовница Людовика XIV, в 70-е годы XVII века проводила черные мессы, чтобы пробудить страсть в непостоянном сердце французского короля, она взывала к демону Асторету – непохоже, что Монтеспан знала, что на самом деле своим колдовством она взывает к самой Великой Блуднице. Демонолог девятнадцатого века Коллин де Планси изображал Асторета в образе отвратительного существа с телом паука, играющего головами кота, печального короля и лягушки. Ничего общего с царственной богиней, из-за профанации которой произошел этот бес.

Иллюстрация:
Так представлял себе Вавилонскую Блудницу Рошегросс.

Гораздо более яркий образ Инанны-Иштар попал в новозаветное визионерское «Откровение» («Апокалипсис»), написанное св. Иоанном на Патмосе примерно в 95 году нашей эры. В своем «Откровении» (17, 3-6) св. Иоанн Богослов пишет:

«…и я увидел жену, сидящую на звере багряном, преисполненном именами богохульными, с семью головами и десятью рогами. И жена облечена была в порфиру и багряницу, украшена золотом, драгоценными камнями и жемчугом, и держала золотую чашу в руке своей, наполненную мерзостями и нечистотами блудодейства ее; и на челе ее написано имя: тайна, Вавилон Великий, мать блудницам и мерзостям земным. Я видел, что жена упоена была кровью святых и кровью свидетелей Иисусовых, и видя ее, дивился удивлением великим».

Неподдающиеся подсчетам толкователи Библии, диапазон которых простирается от ученых до умалишенных, пытались расшифровать этот устрашающий образ, возникающий в конце времен. Но имел ли в виду св. Иоанн Богослов под Вавилонской Блудницей некое современное ему зло или метафизическую истину, или то и другое, в любом случае он, возможно, воспроизводил сложившийся образ Инанны-Иштар, которую ее последователи называли «матерью блудниц». Описание св. Иоанном Багряной Жены и дракона Левиафана, на котором она восседает, перекликается с вавилонским религиозным текстом: «Словно дракон ты залил землю ядом… Госпожа воссела на зверя».
Во многом схожая с Кали, Вавилонская Блудница Апокалипсиса символизирует изначальную женскую энергию созидательного хаоса, возвращающегося в конце времен. Обе богини воплощают собой потенциальную сексуальную неистовость, которая порождает универсум, возвращающийся под ее внушающее ужас владычество в свой смертный час. По мнению некоторых европейских герметистов, которые пытались читать Библию как зашифрованный алхимический текст, багряный цвет Жены из Апокалипсиса символизировал одну из фаз алхимической операции, называвшейся «Опус в красном». В 1584 году придворный маг королевы Елизаветы доктор Джон Ди и его помощник Эдвард Келли записали свои «Энохианские Эйры», где искаженный вариант имени Багряной Жены, Бабалон, впервые появляется в зашифрованном виде.
Именно под этим странным именем Инанна-Иштар-Астарта, первая известная в истории человечества богиня женской сексуальной магии, вернется через несколько столетий, чтобы занять место главного эгрегора западной сексуально-магической традиции.
Иллюстрация:
ГОТОС, демонический эгрегор Fraternitas Saturni.



VI.
Восточные тайны и сатанинские наслаждения
Путь левой руки и современное магическое возрождение



Вама Марга – с Востока на Запад
Подавляющее большинство современных европейских магических Орденов и учителей, о которых можно сказать, что они так или иначе оказали значимое влияние на формирование сексуальной магии пути левой руки, основывали свой авторитет на заявлении о том, что они переносят тайное азиатское или ближневосточное знание на Запад. Среди магов, о которых пойдет речь в данной главе, отметим следующих. Сексуально-магическое братство Теодора Ройсса Ordo Templi Orientis (уже в названии содержится намек на потаенный восточный источник); Г.И. Гурджиев и Е.П. Блаватская (они вдохновлялись тибетским буддизмом); П. Б. Рэндольф, утверждавший, что корни его эротической магии уходят в Сирию. Как станет видно, по большей части эти заявления – не более чем романтичные мифы; однако именно тогда подкрепленные аргументами легенды, касающиеся тайной сексуальной мудрости Востока, впервые открылись богатому и восторженному воображению магов из развитых стран начала двадцатого века. Склонность западных напускных мудрецов 19-го века рядить свои знания в восточные одежды, среди прочего, исходит из того исторического факта, что несколькими столетиями ранее Европа через исламский мир подверглась гигантскому влиянию восточной магии. Такие течения как алхимия, трубадурская традиция и герметическая магия возникли благодаря контактам с арабскими учеными.
Складывается впечатление, что западные маги с гораздо большей понятливостью усваивают концепцию сексуальной инициации, если та была заимствована из какого-либо экзотичного отдаленного места. И сегодня мы сталкиваемся с аналогичным явлением; хотя шарм загадочного востока несколько померк с появлением массового туризма, телевидения и Всемирной Паутины. По сей день жаждущие тайн куда более охотно приобщаются к откровениям, полученным медиумами от утонувших атлантов или внимают посланиям внеземных цивилизаций.
Тем не менее, первые свои шаги в западном направлении Восточная темная волна сделала весьма и весьма прозаично. Малопривлекательная группка посланников в первый раз перевезла знание о традиции истинного пути левой руки, полученное из первых рук, из Индии в Англию, оттуда оно распространилось по всей Европе и дошло до Нового Света, подчас принимая совершенно причудливые гибридные формы. В середине девятнадцатого века правящие колониальной Индией британцы готовили клику христианских миссионеров с целью ввести законодательство, делающее уголовно наказуемыми практики Тантры, в особенности «варварский» путь левой руки, ее сексуально-магическую ветвь. Оказывали активную поддержку запретительному движению и многие индусы-выходцы из благородной пуританской варны брахманов. Они издавна видели в еретических методиках тантры левой руки, отвергающих иерархию каст отвратительную профанацию ведических законов. В обстановке такого давления «прижатые к ногтю» круги последователей Вама Марги были вынуждены отправлять свои ритуалы в секретности даже большей чем ранее.
И тут на сцену вышел Эдвард Селлон (1818-1866), молодой офицер британской армии, любитель порнографии и достаточно известный знаток области табуированной сексуальности. Попавшего в Индию в шестнадцатилетнем возрасте Селлона заинтриговали слухи о полуночных ритуалах каулы и священных празднествах во славу вина и женщин во время тайного ритуала пяти Ма. С помощью слуги-индуса Селлон сумел завоевать доверие каула чакры и лично наблюдать то, что он, вполне в духе викторианской смеси развращенности и морализма, описал как «крайне распущенные» групповые оргии, связанные с культом Шакти. Некоторые комментаторы выдвинули версию, что молодой Селлон впервые узнал, что такое секс, именно в обстановке одного из ритуалов пути левой руки; однако об этом загадочном человеке сохранилось так немного биографических сведений, что, пожалуй, последнее предположение – из ряда гипотез.
Творчество Селлона, несмотря на обилие темных мест, сыграло большую роль в знакомстве Запада с путем левой руки. Судя по его работам, он, несомненно, получал из первых рук информацию о тантрической эротической инициации. Тем не менее, лишь спустя двадцать лет после своего возвращения в Англию, Селлон поделился тем, что стало ему известно о сексуальной энергии богини, имя которой он записал как «Сакти». В 1865 году он выпустил любопытную книгу о весьма оригинальных учениях, озаглавленную «Замечания о священных книгах индусов». Там он изложил свою теорию о том, что сексуальные ритуалы, до сих пор сопровождающие шактический культ, суть живое наследие некогда универсальной традиции сексуальной инициации, которая практиковалась древними египтянами, евреями – до того, как они стали монотеистами – и ассирийцами. Даже критикуя ряд тантрических практик за увиденные в них языческие пережитки, он приходит к выводу, что методы обретения просветления в пути левой руки продолжают традицию, «которая существовала за два тысячелетия до христианской эры… и доныне не утратила своей силы; это гностицизм Индии». Пытаясь прикоснуться к тайной сексуальной мистике, наполнявшей все древние религии, Селлон предлагает гипотезу, согласно которой фаллический лингам и вагинальная йони Индии идентичны генитальной символике, связанной с Изидой и Осирисом, наряду с прочими контрасексуальными мифологиями. В оргиях чакра пуджи Селлон видит далекие пережитки древнегреческих ритуалов, связанных с дионисийским культом.
Селлон разъясняет, каким образом вселенский разум, Брахма, распался на «левое» женское начало и «правое» мужское, а их двуполое соединение породило формы, в которых проявляется мир видимостей. С какой-то похотливой скрупулезностью, свойственной его порнографическим историям, он описывает юную красоту обнаженных женщин-адептов, символизирующих силу Шакти, которых он совершенно правильно называет дути. В написанном в 1866 году автобиографическом отчете о своих приключениях, озаглавленном «Взлеты и Падения Бытия; Мемуары, зачитанные перед Лондонским антропологическим обществом», Селлон отмечает, что дути избиралась вне зависимости от ее кастовой принадлежности, и, хотя предпочтение отдавалось храмовым танцовщицам, ей могла стать пария, рабыня или куртизанка. Эти первые отчеты западных исследователей были менее сенсационными и малоинформативными по сравнению с более поздними европейскими описаниями, в один голос клеймившими Вама Маргу как самый черный из всех якобы выродившихся языческих обрядов диких народов. Работа Селлона в значительной мере развеяла сенсационные слухи, преподносившиеся западному обществу, которое по своему невежеству придерживалась мнения, что тайные тантрические ритуалы сопровождаются человеческими жертвоприношениями и кровожадными убийствами, которыми занималась секта душителей «таги».
В апреле 1866 года, сразу после того, как был окончен его любопытный вклад в знание о пути левой руки, 48-летний Селлон застрелился в лондонской гостинице. Его неизвестные широкой аудитории книги, опубликованные всего за десять лет до наступления эры возрождения магии на Западе, оказались первыми из работ, содержащих предположение о том, что непосредственные истоки всех эзотерических традиций, мистических культов и мистической символики базируются на тайном сексуальном гнозисе, непрерывная традиция которого сохранилась лишь в тантрическом пути левой руки. Идеи Селлона, несмотря на довольно грубую формулировку, застуживают внимания уже потому, что предшествовали более сложным сексуально-магическим философским системам на Западе, выработанным более поздними авторами, такими как Рэндольф, Ройсс, Кроули, Парсонс, Эвола и Грант.
Первым, кто познакомил британцев с путем левой руки, был порнограф, продолжалось это ознакомление благодаря текстам священника. Работавший в Калькутте христианский миссионер У. Дж. Уилкинс, в отличие от своих более фанатичных собратьев по вере, не видел в многочисленных индийских сектах червей, коих должно растоптать во имя Господа. В своей «Ведической и пуранической индуистской мифологии», опубликованной в Лондоне в 1882 году, Уилкинс представил своим читателям разумный и объективный отчет об основах тантрической философии и практики, не отмахнулся он и от темной волны. Немногочисленные проживавшие тогда в Индии европейцы неизбежно оказались посвящены в круги пути левой руки, однако эти первые настоящие «белые тантристы» не очень-то старались продвигать на Запад оригинальную практику, которую они усвоили. И как часто случается в истории человеческой мысли, действительная популяризация пути левой руки за пределами субконтинента произошла с подачи личностей, едва знакомых с концепцией – в данном случае налицо безумное смешение подлинной мудрости, наивного романтизма и шулерства, что отличает современное возрождение оккультизма.

Мадам Блаватская поняла все неправильно
Одной из характерных особенностей, отметивших культуру возрождения оккультизма в девятнадцатом веке, стало бестолковое заимствование экзотичной метафизической терминологии из культур не западных. Теософское Общество, основанное в 1875 году русской спиритуалисткой мадам Еленой Петровной Блаватской (1831-1891), сыграло в этом процессе немаловажную роль. Благодаря снискавшему известность во многих странах Теософскому Обществу (оно, кстати, помимо прочего ввело в обиход ныне одиозное выражение «нью-эйдж»), европейские и американские оккультисты пошли сыпать плохо понятыми терминами вроде карма, хроники акаши, махатма, йог, чакра и прочими. В запасе экзотичных фраз, произносимых Блаватской и ее последователями, присутствовали «Путь Левой Руки» и «Путь Правой Руки». (Обычай написания этих слов с большой буквы пошел от Блаватской, впоследствии его подхватил Кроули).
Вряд ли можно найти более бестолкового интерпретатора путей левой и правой руки для Западной аудитории, чем Блаватская, чье настойчиво сбивающее с толку объяснение сексуального и несексуального подходов к Тантре само по себе оказало огромнейшее влияние на складывание ложных представлений о данном предмете. Наиболее принятой в оккультных кругах Запала остается версия путей правой и левой руки Блаватской, впервые изложенная ей (после ее деспотичной цензуры – в смягченном виде) в книгах и журнальных статьях. Их содержание представляет собой грубо надранный плагиат из многочисленных источников; несуразицы в этот вопрос добавили впоследствии еще более глупые толкователи.
У Блаватской все примитивно: путь левой руки – это просто путь зла, в то время как путь правой руки охарактеризован как дорога добра. Обширная сеть тантрических концепций, дающих определение этим терминам – и выходит за рамки самой идеи добра и зла, равно как и прочих оппозиций, которыми живет стадное животное – была проигнорирована. Неудивительно после этого ее утверждение, что сама она и ее Теософское Общество целиком и полностью принадлежат к пути правой руки, который она ассоциировала с туманной розенкрейцеровской формулировкой Великого Белого Братства. По мнению славной Мадам, всякий, кто не верит в ее Теософию, либо решил разоблачать ее махинации – приверженец пути левой руки или Черного Братства. Хотя многие ортодоксальные индусы, скорее всего, согласятся с ее оценкой пути левой руки как «зла», неизвестно, откуда собственно она взяла такое предвзятое определение.
Если верить Блаватской, источником ее мудрости, которой она поделилась с человечеством в своей «Тайной Доктрине», стал Тибет, где она якобы прошла инициацию в бесценное древнее эзотерическое учение. Однако ни один из ее текстов не свидетельствует ни о чем большем кроме поверхностного знакомства с тибетской мистикой, что, в частности, выдает ее невежественная интерпретация пути левой руки. Неглубокие познания, которых она нахваталась в процессе своего масштабного чтения оккультных текстов, показывают ее явное понимание того, что путь левой руки каким-то там боком связан с сексом. Для Блаватской же (по крайней мере, в ее «официальных» текстах) секс – это чудовищно. Это «звериный аппетит, который надо неукоснительно давить в себе». (Подобно прочим самозваным стражам морали, Блаватская, по всей видимости, вела куда более интересную сексуальную жизнь, нежели то предполагал ее публичный имидж ходячей добродетели). Теософская теология, явно испытавшая на себе влияние, прежде всего, аскетического, не безнравственного гностицизма, отмечена неприятием плотской оболочки, в которой теоретически «томится» душа. Карл Юнг однажды тонко назвал Теософию Блаватской «чистым гностицизмом в индуистских одеяниях». Тантра левой руки, будучи инициатической доктриной, видящей в плоти не кошмарную тюрьму, из которой надо бежать, но храм, святилище, разумеется, предана Блаватской анафеме.
В «Теософском словаре» она возмущенно замечает по поводу пути левой руки: «особая энергия, связанная с сексуальными ритуалами и магическими силами – худшая форма черной магии или чародейства». Здесь мы впервые встречаемся со ставшим впоследствии популярным сравнением Восточной идеи пути левой руки с Западной концепцией черной магии. Этот несостоятельный синтез взаимоисключающих культурных формулировок – точное описание методики и непоследовательное моральное суждение – будет любимой «фишкой» вздорного легиона оккультистов на протяжении всего двадцатого столетия. В этот период неграмотная увязка Блаватской пути левой руки с черной магией станет нормой среди поклонников оккультной субкультуры.
В своей космогонии, не уступающей по детальной разработке фантастике Лавкрафта, Блаватская, помимо прочего, учила, что «аморальный» путь левой руки, по сути дела, представляет собой дегенеративный пережиток наследия упадочнической «первичной расы», зародившейся на пропавшем континенте Атлантида. Эта теория – пример того, насколько далеко Западное оккультистское понимание пути левой руки отклонилось от реальных практик Азии. Для Блаватской, чьи эзотерические теории стали предвестниками бредовых идей национал-социализма, оказав непосредственное влияние на его последующее формирование, дурное происхождение пути левой руки от допотопной низшей человеческой расы было тяжким обвинением. Теософская увязка сексуальной магии левой руки с его якобы происхождением от низшей расы перекликается с индуистской ортодоксией, которая, как мы видели, считает Вама Маргу презренным культом, возникшим среди низших каст.

Артур Авалон понял почти правильно
Блаватская стала главным западным автором уравнения «путь левой руки = зло», но ее упрощенческие искривления были сбалансированы куда более точным описанием темной Тантры, представленным в работах сэра Джона Вудроффа (1863-1936). Вудрофф не был оккультистом или магом из маргинальных слоев общества. Он был респектабельным судьей высокого ранга, который жил в Калькутте в конце девятнадцатого века и страстно увлекался тантрической философией и практиками.
Со свойственным законнику рвением защищать и давать явлениям скрупулезное объяснение, Вудрофф взялся за перо, избрав себе загадочный кельтский псевдоним «Артур Авалон», и создал ряд солидных трудов, повествующих о Тантре как о логичном и легитимном духовном учении. Книги Авалона послужили не только частичному развенчанию неверных представлений о Тантре в сознании европейских читателей. Многие говорящие по-английски индийцы также видели в пути левой руки позорный пережиток своего якобы дикарского прошлого, которое они тут же от себя отбросили, пожелав заделаться современной нацией по западному образцу. Работы Авалона познакомили широкую индийскую читающую публику с интереснейшими практиками, которые раньше были окутаны тайной. Предшествующие индийские книги на английском, посвященные Тантре, предлагали жестоко цензурированную, прилизанную версию тантрических дисциплин. Как правило, описание велось с саркастической и предубежденной точки зрения касты брахманов, к которой принадлежали авторы этих книг. Как ни парадоксально, но именно благодаря европейцам Тантра сделалась как минимум частично приемлемым объектом изучения в Индии.
Отдавая должное заслугам Авалона в сохранении живой находившейся под угрозой исчезновения традиции, – его книги были действительно новаторскими исследованиями – заметим, что он также преуспел в распространении оказавшихся живучими ложных трактовок пути левой руки. Если Блаватская живописала Вама Маргу в самых зловещих черных тонах, то Авалон обелял ее, обходя вниманием наиболее социально-табуированные аспекты тайных ритуалов. Вудрофф переусердствовал в своем стремлении одновременно оправдать и сгладить пользовавшиеся дурной славой эротические стороны тантризма левой руки. Авалон подчеркивает опасности и суровые последствия, которые навлекает на себя адепт, познакомившийся с сакральным сексом, и совершенно выхолащивает все следы телесного наслаждения и биологической чувственности из этого акта. Сэр Джон максимально постарался разъяснить духовную философию, на которой зиждется сексуальное просветление Тантры, однако его аргументы звучат как оправдание, отражая, по всей видимости, его собственные, ханжеские предрассудки.
Учитывая превалирующую в то время викторианскую истерию и цель Вудроффа/Авалона не дать объявить Тантру противозаконной, его сдержанность вполне понятна. К сожалению, многие другие авторы, не имевшие доступа к первоисточникам или учителям, невольно позаимствовали такой не вполне соответствующий действительности и «затянутый в корсет» подход непосредственно из работ Авалона. Результатом стало то, что составляет сегодня практически кредо западных исследователей этой темы: якобы всякий серьезный адепт тантрической инициации обязан, призвав на помощь всю свое мужество (или женственность), сопротивляться любым ощущениям физического наслаждения при сексуальном ритуале. Такую педантскую позицию можно проиллюстрировать следующим замечанием Авалона: «Много лет назад Эдвард Селлон, руководствуясь помощью ученого-ориенталиста, находившегося на государственной службе в Мадрасе, попытался познакомиться с мистериями [тайного ритуала], однако по ряду причин, которые мне нет нужды здесь обсуждать, занял по отношению к ним не вполне верную позицию». «Верной» позицией, как мы должны догадаться, может быть лишь анти-гедоническая интерпретация сексуального просвещения, сторонником которой является Авалон, чью нежную душу оскорбил похотливый подход к предмету Селлона. Тем не менее, книги Авалона заслуживают прочтения, поскольку заслуживает уважения та объективность, с которой они повествуют о методах и принципах Тантры.
Еще Авалон замечателен тем, что он первым из авторов предположил, что методы сексуального нарушения табу в пути левой руки по природе своей являются «антиномианистскими». В свете недавно возникшей связи некоторых западных школ, номинально относящих себя к пути левой руки, с антиномианистской концепцией, гораздо более ранние идеи Авалона кажутся прозрениями. Описывая доктрину пути левой руки, где сказано, что достигший освобождения адепт уровня виры или дивьи поднимается над добром и злом (Дхарма и Адхарма), Авалон отмечает, что этих посвященных именуют Свечакари, «тот, чей путь – Свечакара или “твори, что ты желаешь”». Он добавляет, что «В Европе сходные доктрины и практики называются Антиномианизмом». Однако Авалон детально разъясняет, почему Антиномианизм – не совсем точная характеристика преодоления социальных условностей в рамках пути левой руки, и дает следующий комментарий:

«Я говорю об Антиномианистской Доктрине и Практике, а также о некоторых шактических теориях и ритуалах, предположительно, относящихся к ним. Это слово, тем не менее, требует уточнения, иначе оно может (насколько мне представляется) привести к неправильному пониманию в этом конкретном случае. Всегда опасно применять термины Запада к фактам жизни Востока. Антиномианизм – название еретических теорий и практик, зародившихся в христианской Европе. Если кратко, термин, в широком смысле, относится к христианству, а именно означает «противоречащий или несоответствующий Закону, под каковым здесь подразумевается иудейский закон, перенятый и адоптированный этой религией».

Благодаря своему настойчивому стремлению употреблять слова с мантрической точностью, а не следовать интеллектуальным капризам и модам, новаторское исследование Вама Марги Авалоном по сей день на голову выше многих современных потуг проникнуть в мистику пути левой руки.

П. Б. Рэндольф – забытый отец современной сексуальной магии
Хотя книги Селлона, Уилкинса, Блаватской и Авалона принесли зачатки понимания (и непонимания) системы сексуального просветления левой руки, миновало много десятилетий прежде чем Европа сама приступила к практике методик Тантры левой руки. Задолго до того как в 1960-е годы интерес контркультуры к восточному мистицизму соприкоснулся с сексуальной революцией – в результате их перекрестного опыления ряд аспектов Вама Марги стал доступен ищущей молодежи – на Западе стало складываться независимое течение сексуальной магии. Корни этой разновидности темной волны восходят не к культу древней богини в Матери Индии, а к энергиям, бурлившим в Америке в период после Гражданской Войны.
И наиболее значительным сексуальным магом девятнадцатого века и, пожалуй, первым, кто назвал себя этим именем, стал американский оккультный утопист Паскаль Беверли Рэндольф (1825-1875). На протяжении всей жизни страдавший депрессией, он совершил самоубийство в год основания мадам Блаватской ее Теософского Общества и в год рождения Алистера Кроули. По версии русской сатанистки Марии де Нагловской, которая позднее весьма увлеклась учением Рэндольфа, истинной причиной его смерти было проклятие, наложенное на него самой мадам Блаватской. Нагловская, будучи сама сексуальным магом, объявила, что Блаватскую разгневало то, что Рэндольф нарушил неписанный закон, запрещающий открывать секреты сексуальной магии профанам. Эта история служит примером мелодраматических слухов, циркулирующих вокруг известных фактов из жизни Рэндольфа.
Его оккультные работы и, по всей видимости, методы, не преданные бумаге, оказали решающее влияние на Блаватскую, Ройсса, Кроули, а также на немецкого мага Франца Бардона. Концепции Рэндольфа, в частности – его оригинальная идея о том, что он обладает тайным сводом знаний, который он называл «Ансейратические мистерии», как кажется, были заимствованы без ссылки на первоисточник духовным учителем Г. И. Гурджиевым. Итак, мы можем со всей ответственностью заявить, что этот впоследствии забытый маг был автором многих ценных теорий, которые затем были популяризированы самыми значительными персонажами оккультного возрождения на Западе. Здесь мы поговорим, прежде всего, о сексуально-магических практиках Рэндольфа, которые более чем сходны с некоторыми принципами пути левой руки.
Сын преуспевающего врача из Вирджинии и мулатки, возможно, имевшей французско-малагасийское происхождение, Рэндольф стал моряком в возрасте 15 лет и 5 лет плавал по всему миру. Эти поездки усилили в нем вкус к рискованным путешествиям, и он побывал в таких далеких странах как Турция, Египет и Сирия, иногда работая судовым доктором. Рэндольф утверждал, что часть своего магического знания он приобрел в Индии, где, по его словами, у бенгальских йогов прошел инициацию в тантрические мистерии. Но, как говорилось выше, подобная претензия на знакомство с «тайной мудростью Востока» сплошь и рядом встречается в истории сексуальной магии на Западе, и относиться к ней надо с немалой долей скепсиса. Идиосинкразическая система эротической инициации лишь поверхностно отражает оригинальную Вама Маргу.
Знакомый с Авраамом Линкольном, Рэндольф стал известным лектором, занимавшимся противоречивой темой аболиционизма накануне Гражданской Войны в Америке. (Множество теоретиков оккультного заговора предавались спекуляциям на тему, что Честный Эйб был на самом деле тайным адептом сексуально-магического братства Рэндольфа.) Также за свою относительно недолгую жизнь ПБР – как его почтительно именовали – стал значимой фигурой практически во всех основных оккультных движениях и течениях того времени. В 1850 году он прошел посвящение в Герметическое Братство Луксора (известное еще под названием «Герметическое Братство Света»), первый из многочисленных Орденов розенкрейцеровской направленности, где он тоже состоял. Он заразился всеобщим американским безумием по поводу спиритуализма и столоверчения, придуманного сестрами Фокс, потом он отказался от участия в этом шарлатанстве, и позже пришел к герметической церемониальной магии. В друзьях Рэндольфа числились французский маг Элифас Леви, самый выдающийся автор работ начала эры магического возрождения, и Бульвер-Литтон, британский церемониальный маг и автор оккультных романов, создавший концепцию врил*. (*В романе Литтона «Грядущая раса» врил – некая магическая форма энергии.) (Бульвер-Литтон – один из первых британских магов, кто начал пользоваться словосочетанием «путь левой руки», однако, как и Блаватская, осуждал это направление, усматривая в нем форму порочной черной магии, ибо питал отвращение к любому привнесению эротического элемента в инициации.) Рэндольф основал в Сан-Франциско первую американскую ассоциацию розенкрейцеров, Третий Храм Розы и Креста. Во время Гражданской Войны деятельность его Ордена была приостановлена, а Рэндольф сражался за Союз в чернокожем Легионе Фермонта. В 1870 он провозгласил себя Верховным Иерархом, Великим Храмовником, Рыцарем, Приором и Иерархом Тройного Ордена, также известного как Братство Эвлис, через которое он распространял свое сексуально-магическое учение.
В соответствии с традиционным учением левой руки, Рэндольф назвал секс наиболее мощной энергией, доступной человеку для магических операций. Для него секс был насыщен, как он выражался, «чистым ароматом божественного». Хотя он нигде не поясняет, что он подразумевает под «божественным», нет никаких сомнений, что для сего отчаянного розенкрейцера секс был религиозным таинством. Неприкрытый акцент Рэндольфа на сексуальной магии в последние годы его жизни не только снискал ему клеймо «вольнодумца» в глазах его пуританских коллег-розенкрейцеров, но и послужил причиной его ареста за пропаганду «свободной любви» и оскорбление общественной нравственности. Пусть его сексуально-магические теории современному читателю покажутся немного наивными и обрывочными, не стоит забывать, в какой репрессивной психосексуальной атмосфере проходил любой эротический эксперимент в Америке девятнадцатого столетия. Довеском к его рисковой открытой пропаганде сексуальной магии в то время служили африканские корни Рэндольфа, которые и так бросали на него тень в условиях наделенного законным статусом расизма, превалировавшего в Соединенных Штатах. С гораздо меньшим количеством предрассудков приходилось ему сталкиваться в общении с европейскими магами.
Заявление Рэндольфа о том, что свое учение он якобы разработал на основе уроков, усвоенных им в результате его тантрической инициации в Индии, едва ли имеет под собой реальные факты; однако второй источник его теорий, названный им прообразом его «душе-сексивного» мистицизма, базируется на еще более зыбкой почве. Рэндольф утверждал, что он является всего-навсего западным толкователем давно утерянной традиции эротико-инициатического просветления, которое практикует в Сирии племя, известное под именем нузайрис. Этот таинственный клан – не относящийся ни к исламу, ни к христианству – можно сопоставить с племенем езидов, загадочными «поклонниками дьявола» из Ирака. Великий «ансейратический» секрет, вывезенный Рэндольфом из Сирии (по крайней мере, так он рассказывал), заключался в ритуальном обмене между мужчинами и женщинами электромагнетической энергией, испускаемой из «семи магнетических точек на теле человека» в процессе «супружеских отношений и функций» (эвфемистическое название сексуального акта). Идея семи магнетических точек в теле, излучающих энергию, подозрительно напоминает скорее перифраз концепции Вама Марги о семи чакрах, чем какую-либо из известных ближневосточных традиций.
И, тем не менее, невзирая на историю о получении от сирийских племен сексуально-магической тайны, Рэндольф ни в коем разе не собирался потакать характерной оккультистской самонадеянности. Он писал: «моя доктрина… лишь объявляет и утверждает тот факт, что супружеские функции [секс] неоспоримо являются высшим, святейшим, важнейшим и чаще всего страдающим от поругания из всего того, что принадлежит человеку».
Фактически раскрывая истину, почти неизвестную среди утопающих в мифологии западных сексуальных магов, Рэндольф, в конечном счете, признавал, что состряпал всю ансейраитическую легенду – он иногда раскрывал ее под загадочным псевдонимом «Розенкрейцер» – по готовому шаблону. Однако базовая механика его методики сексуальной магии, неважно была она изобретена им или кем-то еще, стала основным источником наиболее известных направлений сексуальной магии на Западе, которые возникли позже. Тексты Рэндольфа подчас окутаны непроницаемой вуалью пустословия, что, пожалуй, являлось необходимым способом смягчения темы секса во времена, когда она обсуждалась редко. Это сочетается с его привычкой изобретать невнятную магическую лексику («волансия», «позизм» и «дискретизм») для объяснения простейших понятий – доступность изложения не была сильной стороной Рэндольфа.
Но если мы разложим рэндольфовское кучерявое сообщение о его мнимой ансейратической мистике на базовые составляющие, у нас останется следующее: когда пара совершает «брачную молитву», сильное, взаимосогласованное желание совместного оргазма – на жаргоне Рэндольфа «брачный миг» – это желание манифестируется в феноменальном мире. Сам Рэндольф дает следующую простую формулу:

«Всю тайну можно передать в нескольких словах, вот так: Верхняя комната; абсолютная личная, умственная и моральная чистота обоих, мужа и жены. Соблюдение закона, только что приведенного, на протяжении всего опыта – 49 дней. Составь желание и помни о нем постоянно, особенно когда творишь брачную молитву; во время этой молитвы не произноси ни единого слова, но размышляй о желанной вещи».

Пара, выполнившая «супружескую функцию» правильно, заявляет Рэндольф, сможет управлять силами, в которых читатель узнает нечто похожее на сиддхи, о которых говорят тантристы левой руки. Наполнившись священными качествами, полученными через взаимный оргазм мужчина (женщина) получает возможность общаться с бестелесными сущностями более высокого порядка, чем человек, практиковать телепатию с партнером, читать ментальные проекции других людей, магически контролировать чужую волю, готовить и заряжать энергией амулеты для колдовства, получать сверхчувственные видения, а также достигать обычных магических целей, связанных с получением денег и здоровья.

Ключевым моментом в сексуальной магии Рэндольфа была тренировка воли. Она должна сохраняться твердой и контролируемой при всех обстоятельствах и, прежде всего, во время великого «кризиса» оргазма. Это управление волей в момент сексуального пика получило название Волансия (от слова «воля» на французском). Концепция контролируемой воли во время сексуального экстаза, о котором Рэндольф писал, что это «непреодолимая сила молнии, что… никогда не прискучит». Во многом это совпадает с буддийским путем левой руки с его концепцией великого удара молнии ваджра, которая вспыхивает во время эротического просветления. В «Мистериях Эвлиса» (1874) Рэндольф провозгласил первостепенность Волансии в своей системе сексуальной магии, выразив это помпезной формулой «Воля правит Всесильно; Любовь лежит в Основании». Через много лет сходным образом прозвучала магическая формула Кроули: «Любовь – Закон, Любовь подчиняется Воле». Это, безусловно, не просто совпадение.
И ведь с трудом верится, что господствующее положение воли в кроулианской религии Телемы не заимствовано из более ранней теории о Волансии Рэндольфа. Как мы увидим, Кроули имел привычку выдавать взятые у других идеи за свои собственные, никогда не ссылаясь на первоисточник. Не забывайте, что Кроули, благополучный ребенок Викторианской Империи, разделял многие расовые предрассудки своего класса и своей эпохи. Вряд ли он стал бы признавать отцом ряда своих важнейших теорий Рэндольфа, человека, которого он, скорее всего, считал обычным «черномазым». Рэндольф был зачинателем еще одной, ныне приписываемой Кроули, практики: задолго до того как этот англичанин погряз в наркотическом хаосе, его американский предшественник открыто писал о своих магических экспериментах с гашишем и эфиром.
Как только маг овладел своей волей во время сексуального акта, Рэндольф советует ему культивировать «дискретизм». Это способность отдавать самому себе приказы, которые будут исполнены беспрекословно, и уверенность, что эти приказы реализуются сразу после того, как сформулированы. «Позизм» – это предписанная система сексуальных поз, напоминающих тантрические асаны, причем позы эти позволяют совершать обмен различными видами электромагнетических сил во время «любовного спазма». Рэндольф называет пенис источником положительного заряда, вагина же испускает заряд отрицательный – его теория перекликается с моделью биполярной энергетической передачи в пути левой руки. Самому Рэндольфу принадлежит идея о том, что на ментальном уровне эти половые полюса меняются местами.
Он говорил, что «в то время как мужской фаллос имеет положительный заряд, а женский kteis соответствует отрицательному полюсу, голова мужчины – орган его ментальных манифестаций, является, напротив, отрицательно заряженным магнитом, который притягивается к голове женщины, которая является положительным и электрическим (возбуждающим) полюсом». Воспользовавшись греческим словом kteis (вагина), Рэндольф опередил Кроули, который спустя много лет объяснял, что его написание слова magick через k служит для обозначения центрального места kteis в его инициатической практике.
Наконец, паре предписывается развивать «тироклеризм», что, по всей видимости, является разновидностью йоговской визуализации, которая позволяет адепту создавать ментальные образы, становящиеся реальностью в момент взаимного оргазма. «Если, – пишет Рэндольф, – мужчина желает обрести силу или власть в своем бытии и постоянно напоминает себе о своем желании с той секунды, когда он проникает в женщину, до момента, когда он выходит из нее, его желание непременно сбудется». В качестве начального упражнения в развитии внутренних основ, необходимых в любой эротической магии – волевой передаче представления адепта в демонический мир, заряженный сексуальным экстазом – система Рэндольфа вполне себя оправдывает.
Несмотря на то, что формула «брачной молитвы» Рэндольфа была позднее заимствована, хотя и в других терминах, такими магами как основатель О.Т.О Теодор Ройсс и Кроули, их практики существенно отличались от практик Рэндольфа в некоторых важных аспектах. Самое явное различие в том, что Ройсс и Кроули, оба ярые женоненавистники, в значительной степени расценивали использование в своих ритуалах сексуальной партнерши как необходимое зло, пихая в нее свои волшебные палочки ради собственного оргазма, едва ли усматривая в ней равную себе участницу действа. Рэндольф же настаивал на том, что оргазм женщины есть ключевой фактор в кульминации ритуала: «Лучше всего, чтобы мужчина и женщина действовали совместно в поисках желаемого мистического объекта». Партнерша должна обладать «идеальным даром к сексу и оргазму, поскольку для успеха необходима двойная кульминация». Поклонение Рэндольфа женщине частично перекликается с ритуалом пути левой руки Шакти-пужда.
Принимая все это во внимание, можем ли мы признать Паскаля Беверли Рэндольфа адептом темной волны? Его «душе-сексивизм» действительно отмечен многими универсальными признаками пути левой руки: божественная природа женской энергии; биполярная позитивная/негативная сексуальная энергия, передаваемая мужским и женским организмами; достижение трансформирующих майю магических сиддхи через усиленный оргазм. Его открытая практика сексуальной магии в консервативной, затянутой в корсет пуританства культуре Бостона девятнадцатого века, несомненно, была смелым и даже рискованным вызовом ортодоксии. Однако, при более близком рассмотрении, в своем мировоззрении Рэндольф – по крайней мере, насколько можно судить по его написанным для публики текстам – слишком уж принимал социальные условности и нормы морали пашу, чтобы развить в себе героические, трансгрессивные качества, отличающие инициацию Вама Марги в высшем ее проявлении.
Невзирая на всю свою отвагу, Рэндольф говорит на языке чудовищного пуританства во многих своих сексуально-магических инструкциях, что идет вразрез с преодолением социального программирования в пути левой руки. Например, он предупреждает, что паре не следует испытывать «похоть или удовольствие» во время «сексивной молитвы». Это мотивируется тем, что всякая «плотская страсть» при эякуляции «самоубийственна» для сексуального мага-мужчины. Это несколько напоминает католические предписания семнадцатого века, где совокупляющимся парам приказывалось продолжать человеческий род «без всякого желания и наслаждения», и не годится в качестве рекомендации для достижения острого экстаза, необходимого для магического изменения сознания. И как бы «Божественное женское начало» Рэндольфа не было сходно с принципом Шакти, свое уважение Рэндольф приберегает лишь для тех женщин, которые подчиняются условностям морали.
«Для успеха, – писал Рэндольф, – необходима помощь превосходной женщины. ТАКОВ ЗАКОН! Проститутка либо дурная женщина бесполезны для этой высокой и священной цели, и посему общение с ними безнравственно, нечисто и развращает мужчину. Не годится ни женщина, требующая за свою уступчивость вознаграждения, ни девственница или девушка, не достигшая восемнадцати лет, ни чужая жена».
Сравните это утверждение с описанным выше поклонением в пути левой руки Шакти во всех ее обличьях – в виде проститутки, чужой супруги, девственницы. Все они считаются идеальными сексуальными партнерами для ритуалов Вама Марги. Наследие Рэндольфа в Западной темной волне неоднозначно; хоть он и был первопроходцем, познакомившим широкую публику с прежде секретными практиками сексуальной магии, он не прошел полную инициацию. У Рэндольфа не достало смелости заговорить о теневой стороне темной волны. Многие из его техник были впоследствии восприняты культом Багряной Жены. Однако его философии не хватало хаотической силы Вавилонской Блудницы, которая является движущим началом пути левой руки на Западе.
Последняя загадка в ряду многих, составлявших жизнь П. Б. Рэндольфа такова. В 1931 году в Париже была опубликована книга «Magia Sexualis», автором которой назван Паскаль Беверли Рэндольф. А переводчиком ее с английского языка на французский заявлена Мария де Нагловская, вышеупомянутая русская сатанистка, занимавшаяся сексуальной магией. Большинство из того, что известно о сексуально-магическом учении Рэндольфа, взято из данной работы, а английский ее вариант был напечатан почти через сорок лет в Соединенных Штатах. Однако остается неясным, то ли мадам де Нагловская и вправду лишь перевела самую знаменитую книгу Рэндольфа, или же она ее автор. Она вполне могла писать под именем Рэндольфа, беря за основу интерпретации некоторых из его туманных памфлетов и документов, хранившихся в Братстве Эвлис, вплетая в текст собственные теории.
Весьма вероятно, что главная работа одного из американских пионеров в области сексуальной магии на самом деле была создана на французском языке спустя несколько десятков лет русской сатанисткой. Это одна из любопытнейших тайн, и ее должен попытаться раскрыть тот, кто изучает западную темную волну. Эта связь де Нагловской, о личности которой мы поговорим позже, с весьма влиятельными сексуально-магическими текстами Рэндольфа, проливает свет на ранее игнорировавшуюся роль, которую своеобразное, но малоизвестное русское направление магического возрождения сыграло в развитии темной волны на Западе. Мадам Блаватская, одна из провозвестниц магического ренессанса, была лишь первой в ряду русских оккультистов, оказавшихся важным связующим звеном между эзотерическими традициями Запада и Востока.

Г. И. Гурджиев и Сексуальный центр
- Я поставил перед собой четкую цель, но позволь мне молчать о ней.
– Г. И. Гурджиев – П. Д. Успенскому
Ни одно аналитическое исследование пути левой руки на Западе не будет полным без рассмотрения учения одного таинственного русского, которого звали Георгий Иванович Гурджиев (1874-1949). Те, кто изучал гурджиевскую систему, которую называют по-разному: «Четвертый путь», «Путь Хитреца» или просто «Работа», но не сравнивал ее с более ранними традициями, может удивиться, обнаружив его в числе сексуальных магов пути левой руки. Однако сходство системы Гурджиева с тем, что предлагается традиционным путем левой руки, несомненно. И Четвертый Путь кажется Тантрой, сознательно адаптированной для современного европейца, конденсацией центральных концепций пути левой руки, хотя и при отсутствии восточной терминологии. Сам Гурджиев на оригинальность своих идей не претендовал, признавая, что он лишь возвещает Западу древнюю безымянную традицию. Свое неясно сформулированное учение Гурджиев якобы сложил, пока странствовал по Востоку. В этом он не очень далеко ушел от своей предшественницы мадам Блаватской, которая тоже загадочно высказывалась о секретных инициациях, каковых она удостоилась в Тибете, или от сентенций Теодора Ройсса, намекавшего на то, что тайная сексуальная доктрина О.Т.О. была передана ему восточными мудрецами.
Если верить свидетельству, сообщенному учеником Гурджиева Морисом Николлом, он знал как минимум одну традиционную практику тибетско-буддийской ветви пути левой руки. Николл утверждал, что однажды ему случайно удалось увидеть, как его учитель, не знавший, что за ним наблюдают, бормотал про себя: «Я дордже. Я дордже». Дордже в Тибете значит то же самое, что Ваджра, молния, свергающаяся из небесного царства на землю во время сексуальных ритуалов ваджраяны. Как говорят Тантры, если мужчина (женщина) стал дордже, или ваджрой, значит, он прошел путь левой руки настолько, что сумел достичь высшего и неразрушимого состояния бытия. Этот случай, если это правда, доказывает, что Гурджиев «частным образом» заимствовал методы пути левой руки для своей самоинициации, пусть даже он не включил эти доктрины в свою систему обучения других.
Высказывалось предположение, что на самом деле Гурджиев составил свое учение на основе обрывков тантрического буддизма, которому учился в тибетских монастырях, и принципов су